morreth | А мне нравится

"Может ли самостоятельный человек позволить несчастному роману длиться так долго? Нет, на это способен лишь тот, кому нравится упиваться жалостью к себе."
Слив раздражения пополам с домыслами.

Причем, как мне кажется, с какими-то постсоветскими уже.
В советское-то время было понятно, что Женя - не просто хороший человек, а очень хороший. Потому как, если на его работе работать честно, то это не каторга даже. И личная жизнь такая, какая сама завелась, и друзья те, что с университета, и пространство то же самое - ни на что нет ни времени, ни душевных сил. Впрягся и застрял.

С уважением,
Антрекот

Да... Брюс Уиллис там замечательный.
Особенно в первой части.
Обычный человек, попавший в крайне дерьмовую ситуацию.

Реалии меняются. Раньше Лукашин мог казаться хорошим, сейчас же дядька его возраста, живущий в одной квартире с мамой и во многом, если не во всём, ей подчиняющийся, вызывает...м-м-м-м...подозрение, что ли?
Впрочем, он у меня и тогда вызывал смутное глухое раздражение.

Вторая часть "Крепкого орешка", имхо, достаточно... странная. Я не люблю фильмы, в которых профессионалы совершают слишком много глупостей. Когда герой Уиллиса выскочил на взлетную полосу и начал размахивать двумя факелами, вместо того, чтобы элементарно вылить и поджечь бензин (напрашивается решение, ну елкин же корень), я подумала, что сценарист просто издевается над зрителями... И не только это.

сравнить "Крепкий орешек" с "Иронией..." - неожиданно.
собственно, действительно, есть в чем сравнить - герой Брюса сталкивается с обстоятельствами - работа далеко от дома, захват здания, куда он приехал... его проблемы носят преимущественно внешний характер, в то время, как проблемы Жени идут изнутри... это неумение сказать "нет", наладить отношения, отделиться от матери, в конце концов.

Статья, по-моему, жестковата, но по сути правильна. Лукашину нужна мама, а Наде - хозяин.

То есть в идеале Лукашину нужна девушка сильно моложе его, которая бы восхищалась его душевными качествами и могла бы выплеснуть на него свои материнские инстинкты, посвятив свою жизнь заботам о муже. В этом плане я охотно верю в сложившуюся семейную жизнь Хоботова и Людочки. А вот у Лукашина с Надей вряд ли что получится. Приедет через пару дней Ипполит, и уйдёт она обратно к нему, потупив глаза. И это ещё лучший вариант.

Только хотела запостить... С мелочами не согласна, а вот со статьей в целом - ДА. Особенно. с определением кто родители и кто взрослые.

По мне - этот фильм является наивной апологией главного права среднего интеллигента 70-х - права свободно продавать и предавать всякого другого человека, в том числе и того, которому ты, вообще-то, крепко обязался, - продавать просто потому, что левая нога захотела. Главгероев по сей причине уважать невозможно независимо от их рабочих качеств. Какая там любовь! Что ж такое важное слово к каждому слабому манию черт знает чего прикладывать... да и какое оно оправдание, даже если приложить? В силу этого Женя Лукашин представлялся мне человеком вполне и непорядочным (причем в квадрате - голубоглазо санкционирующим в себе это качество) и нерукопожатным при самой что ни на есть советской власти, с первого просмотра.

За всем тем с тов. Радуловой согласиться неможно, ибо она в своем влечении к могутно-элегантным эсэсманам смешивает воедино самосанкционирующее предательство (1) и то, что она (Радулова) понимает под лузерством (2). Первое и в самом деле достойно всяческого осуждения; а барабанный бой на тему второго дискредитировать может только бьющего в барабан. Тов. Лукашин плох никоим образом не тем, что в бане отрывается, с маменькой живет и "делать жизнь" не рвется. Опять-таки, детская обида Радуловой в стиле: "почему он плохо учится, а ему хорошая девочка досталась, а я (вариант: икс) хорошо - а мне (иксу) ни фига? Гадкий, гадкий фильм, в котором такой размазне достается Брыльска! Он для этого недостаточно старался в жизни!" - вздорна в степени эн; слава богу, жизнь на соревнование похожа очень мало, и выработка и пропаганда системы ценностей скаковой лошади / электрического зайца ее не украшает.

Таким образом, критическая часть выступления тов. Радуловой может быть признана правильной лишь в той части, где она говорит не о силе / слабости (детскости / взрослости), а о верности / предательстве (впрочем, по своему доморощенному ницшеаноидству говорит она о нем слишком мало), сама же Радулова здесь классический ненадлежащий истец.

Чего-то я вас никого не понял. Кроме Ципор.
Я, в частности, в упор не вижу, кому там было бы лучше, если бы помянутые обязательства остались нерушимыми. Не считая некоторых участников дискуссии.

Промежуточные итоги. В дискуссии выделились такие блоки:

помолвку разорвали Н. и Л. - или помолвку разорвали И. и Г. (во всяком случае, так это выглядело с полными основаниями для И. и Г.). Тут самое характерное то, что верно-то, как показал Антрекот, именно второе - но при этом участники дискуссии в течение долгого времени это не замечали, а Антрекот помнил, но не оговаривал.

2) Независимо от этого выделилась другая контроверсия: определяется ли реакция И. и Г. (и реакция Н. и Л.) на эту реакцию их "общим нетоварищеским отношением" к Н. и Л. (оглашаемая презумпция недобросовестности + собственничество) или стрессовой ситуацией + слабостью.

3) Независимо от этого выделилось то обстоятельство, что все герои не обучены правильной (технически) форме объяснений и разбирательств. Как будто язык выяснения межчеловеческих отношений для них иностранный. Подчеркну, что это момент для них крайне прискорбный, но не этический: можно очень хорошо понимать справедливость и при этом совершенно путаться в регламенте следствия и суда, а также в формулировках, ежели ты мужик, а не юрист.

Я думаю, что единственный принципиальный пункт применительно к обсуждаемой теме (об этической вине) - это пункт 1), и по нему никто не выходит предателем, а И. и Г. выходят гражданами, которые из страха предательства и думая, что уже оказались преданы, реально сами отреклись от тех, кто их на деле не предавал - причинами же тому являются обычные слабости + неумение разбираться по правильному регламенту, а не изъяны в базовой этике (каким была бы презумпция недобросовестности партнера и неуважение к нему). К Н. и Л. тут этических претензий нет вообще, к И. и Г. имеются, но слабые (приговор лишь по подозрению в условиях сильного стресса и прочие безобразные вяки).

С другой стороны, ежели бы сами Н. и Л. расторгли свои обещания в одностороннем порядке (чего, как указал Антрекот, нет) и без объяснений и выдвижения претензий просто потому, что что-то там почувствовали, но сказать не могли - то были бы они вполне виноваты без всяких смягчающих по части их неумения говорить. Без внятных объяснений такое слово не резрывают, и это знают все. Если чувствуешь, а выговорить не можешь, то тогда сначала сообрази, как выговаривать и попробуй это сделать, а потом разрывай слово - если же нет, то тебе причитается без всяких счмягчающих и вина, и ответственность первого разряда. Не вина то, что не знаешь, как объясниться, но вина то, что слово первым разрываешь, не объясняясь и не выдвигая претензий к конекретным делам или общим подходам партнера. (Иное дело, что в Иронии ничего этого, как выяснилось, нет). И вот то, что это вина - знают все, и если кто не знает, то тут Соввласть ни при чем и не в оправдание.

А вот сам тот факт, что они очень плохо обучены друг с другом взаимодействовать и объясняться - это действительно не их вина, а вина социально-политического энвайронмента. Потому что если насчет обещаний все все должны знать и при Соввласти, то вот в каких именно словах объясняться по этому поводу и какие именно стороны психодлогии могут стоять за теми или иными воплями - это человек сам знать не обязан, если не учили.

Поэтому "Ирония", полагаю, делалась как нормальная рязановская трагикомедия, но из-за недостаточной акцентировки того, что И. и Г. успели достаточно ярко и сильно отречься от Н. и Л. - первыми и без (реально) должных оснований - этот момент мог оказаться зрителем упущен, и тогда весь фильм прошел бы по ведомству ибсеновской свободы самореализации / свободы от обязательств ради "настоящей любви" и соответствующего освобождения былых "дрожащих тварей" Л. и Н. для этой самой реализации поверх обязательств. Многие зрители увидели именно это - и одним именно это понравитлось, а другим именно это не понравилось, в том числе мне и Моррет. Но тути само прочтение было, видимо, неверным.
Кстати, тогда должно и отказаться от выпадов в адрес тех, кто смотрел это как историю хорошую - они вполне могли смотреть именно тот фильм, где слово-то разорвали именно И.и Г.

Прошу прощения, по недоступным моему рацио причинам, ответ там у меня не постится. Кину сюда, не пропадать же таким светлым мыслям):
___________
Мне кажется, что контракт там рвут все четверо, и сразу на четыре части. И что для всех это к лучшему - как, вроде, Мит сказала - "повезло всем". И. и Г., однозначно, начали первые - но не уверен, что это так важно. Мог Лукашин к вечеру 1 числа выпросить прощение у Гали (справку предъявил бы от Иполита: "провел ночь на балу у Сатаны, будучи привлечен в качестве транспортного средства (боров)"). Тем более, что был реально виноват. Могла Надя еще трижды кольцом обвиться вокруг Ипполита, он бы не возражал. А надо?
А вот собственническое отношение Г. и И. к партнерам "нетоварищеским" не является. Они на самом деле по-другому не умеют, и там - уже сказано - травма, а не злонамеренность. И это, конечно, жалко, а не в упрек. И рвать стали они, потому что обнаружили вдруг в партнере несовместимо-чужое - как и другая пара.
Так что смазанные обстоятельства разрыва - кто кого куда посылал в какой последовательности - это не "недостаточно акцентированные" решающие факты - а просто история не об этом. Авторы фильма все сделали правильно - по части этики и права там и должен быть полный сумбур, это не о законе, а о благодати - как бутерброд раз в тысячу лет маслом вверх падает.

Нет. Не нравится мне эта ягуариха

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

И раввин, и капуцин...