morreth | Окончательноэ

Окончательноэ

Ибо достало.

1. "Женской литературы" нет - как общего случая. Как более частных случаев, нет женской поэзии, женской прозы, женского романа, женского детектива, женской фантастики и фэнтези.

2. Тенденция именовать определенную литературу "женской" есть.

Какого рода книги именуют женскими? Я насчитала следующие разновидности:

а) Книги, тематика и проблематика которых касаются жизни женщины, ее роли в обществе, проблем, связанных с этой ее ролью;
б) Книги, в которых протагонистка/лирическая героиня/значимая масса персонажей первого-второго плана - женщины;
в) Книги, созданные женщинами;
г) Книги, созданные на потребу женской аудитории и построенные на эксплуатации гендерных стереотипов.

Как видим, это четыре совершенно разных категории, иногда взаимно перекрывающиеся ("Унесенные ветром" М. Митчелл соответствует всем четырем пунктам), но в большинстве случаев не совпадающие. Например, любовные романы, относящиеся к категории Г, как правило, не задевают реальной проблематики, связанной с ролью женщины в обществе, либо предлагают ложное разрешение конфликта "женщина-общество", описывая, как героиня обретает "счастье в любви"; женщины много и с удовольствием пишут о мужчинах (ваша покорна слугиня тут передает всем воздушный поцелуй); мужчины также нередко делают протагонисткой женщину и поднимают "женскую" проблематику и т. д.

Таким образом, определение "женская литература" на самом деле создано вовсе не затем, чтобы очертить и описать как можно яснее какую-то определенную категорию книг, а ровно с обратно целью - предельно затруднить всякий предметный разговор. Как только поднимается тема о "женской литературе" - сливай воду и туши свет: никакого предметного разговора не будет, смешаются в кучу кони, люди и залпы тысячи орудий, одни начнут освистывать "юмористическую фантастику" и "иронический детектив" как "женскую", читай "плохую" литературу, другие отбиваться именами Урсулы Ле Гуин, Дины Рубиной и Юлии Латыниной, третьи поминать бабусю Нортон, успешно маскировавшуюся под мужика, и т. д.

Почему же это стремление затруднить всякий предметный разговор фиксируется с такой удивительной регулярностью?

Пока что я вижу только один ответ на этот вопрос, возможно, поспешный, но я надеюсь совместными усилиями дойти до истины.

За последние двадцать лет наше общество претерпело очень интересную метаморфозу: с одной стороны, открытость к миру сильно пошатнула патриархальные устои, которые в СССР, несмотря на официально провозглашенное равенство полов, были тверды, и поколебать их было невероятно трудно: именно из-за того, что раенство было провозглашено официально достигнутым, любая серьезная борьба за права женщин воспринималась как отвержение официальной идеологии, и тем самым - всего советского строя. Настоящий феминизм стал возможен только в эти 20 пост-престроечных лет, и он появился.

С другой стороны, пошатнувшийся патриархат радикализовался и ощетинился. Появилась Арбатова - появился и Никонов. Все "подстольные" патриархальные тенденции вылезли на свет божий и обострились.

К чему это привело в литературе? С одной стороны, подросло поколение авторов-женщин, не стесняющихся поднимать женскую проблематику и читателей-женщин, востребовавших эту проблематику. Выросло также поколение женщин-потребительниц развлекательной литературы, не стесняющихся формулировать свои потребности в "иронии" и эротике. Спрос рождает предложение: появился вал любовного чтива и "Хмелевской для бедных". Фантастика как субжанр массовой литературы позволяет совмещать эротику и, прости Господи, иронию, чем вовсю пользуется "Армада". Неудивительно, что этот запрос женской аудитории удовлетворяют в основном женщины же, поскольку первоначальный толчок к созданию такого рода книг происходит от того, что читательская потребность в них есть, а удовлетворить ее нечем - и вуаля, тоскующая читательница сама делается автором, а уж качество выдаваемого ею на-гора продукта напрямую зависит от качества того, чем она загрузила свой "рабочий процессор".

А с другой стороны патриархальные тенденции радикализовались и в литературе, массовая литература при этом дает наиболее яркие образцы такой радикализации, а уж фантастика и фэнтези позволяют автору воплотить все свои комплексы и потаенные стремления в полный рост, со спецэффектами, в 3Д. Аркадий Стругацкий мог в письме к брату откровенничать о том, какой он на самом деле видит роль женщины в повествовании - но попробуй он это сказать в интервью, Ариадна Громова и Ольга Ларионова его бы запинали в четыре ноги. А сегодня сказать "Это написала женщина/тут героиня женщина - я это читать не буду" - ничего, нормально.

Вот для таких заявлений расплывчатый ярлык "женской литературы" - лучше не придумаешь.

Flat | Top-Level Comments Only

***Это показатель хорошего отношения?***
Нет. Но и не думаю, что показатель плохого - как отсутствие интереса к проблемам собаковладельцев, автомобилистов или подростков не показатель плохого отношения к собаковладельцам, автомобилистам или подросткам. Это отношение нейтральное или равнодушное - и по отношению к группам (а не к личностям) совершенно обычное. Независимо от пола.

***А это единственный осмысленный с т. з. литературоведения и критики признак.***
Так литературоведение занимается исследованием, а критика - оценкой качества по тем или иным принятым сообществом критериям. Но "не буду\не стоит этого читать, потому что (это женская литература, это жанровая литература, это не про шпионов, это из школьной программы)..." - это не научный и не критический подход, а обычный читательский. Их, по-моему, имеет смысл чётко разграничивать.

***Нет. Но и не думаю, что показатель плохого - как отсутствие интереса к проблемам собаковладельцев, автомобилистов или подростков не показатель плохого отношения к собаковладельцам, автомобилистам или подросткам.***

Блин, да неужели разница-то не видна?
Человек может прожить жизнь, ни разу не соприкасаясь с собаковладельцем, автомобилистом или подростком (тут, правда, придется делать оговорку, что "соприкосновение с собой" не считается).
Но вот с женщиной такого номера не провернуть. Даже если запишешься в монастырь, у тебя в жизни все равно была как минимум одна женщина: твоя мать.

***Но "не буду\не стоит этого читать, потому что (это женская литература, это жанровая литература, это не про шпионов, это из школьной программы)..." - это не научный и не критический подход, а обычный читательский.***

Но я-то им руководствоваться не могу. По понятным причинам.

Да нет, разумеется, я и не беру случаев, когда с какой-то группой вообще не сталкиваешься (иначе бы я не автомобилистов в пример приводил, а каких-нибудь ловцов крокодилов) – речь о тех группах, с представителями которых так или иначе сталкиваешься, но интереса к их проблемам не имеешь. «Плохим отношением» я это всё равно не назову.
И опять же: речь о группах, а не о конкретных лицах. Человек может всячески сочувствовать сестре или матери, вникать в её проблемы и ей помогать – но именно как родственнице, как близкому человеку, а не как к представительнице группы «женщины», и не питать ни сочувствия, ни интереса к другим представительницам этой группы. Ну, так же, как вполне можно дружить с конкретным, скажем, поляком или слесарем, но не питать ни малейшего интереса – ни дружелюбного, ни враждебного - к его соплеменникам или коллегам, и так далее. И чем обширнее группа, тем это, по-моему, вероятнее.
Конечно, есть (и в количестве немалом) люди, для которых группа воспринимается так же чётко и естественно, как отдельный конкретный человек. И это вполне может выливаться во что угодно – от патриотизма и профессионального товарищества до презрения или ненависти к «татарам вообще», «женщинам вообще» или «мусульманам вообще». Но мне не кажется, что этот способ мышления группами – определяющий для большинства, во всяком случае, в области литературных предпочтений.

***Но я-то им руководствоваться не могу. По понятным причинам***
Так и не надо. Но удивительно ли, если большинство руководствуется именно им? Читателей всяко гораздо больше, чем литературоведов или критиков, и руководствуются они обычно, по-моему, именно своими вкусовыми критериями, а не научными или критическими.

***речь о тех группах, с представителями которых так или иначе сталкиваешься, но интереса к их проблемам не имеешь***

Но если ты хорошо относишься к человеку - тебя волнуют его проблемы.

***Человек может всячески сочувствовать сестре или матери, вникать в её проблемы и ей помогать – но именно как родственнице, как близкому человеку, а не как к представительнице группы «женщины», и не питать ни сочувствия, ни интереса к другим представительницам этой группы.***

Может. Но это говорит, по-моему, о некоей ненамерренной или добрвольной зашоренности. Как у "добрых хозяев" американского Юга: своих негров я не обижаю, а что там с неграми делают за пределами моего двора - меня не волнует.

***Ну, так же, как вполне можно дружить с конкретным, скажем, поляком или слесарем, но не питать ни малейшего интереса – ни дружелюбного, ни враждебного - к его соплеменникам или коллегам, и так далее***

Ну вот подумайте сами - возможно ли такое отношение к своей, скажем, дочери?
То есть, я понимаю, что возможно - но будет ли оно при этом хорошим? "Доченька, я тебя люблю, но на твои проблемы не как твои лично, а как представительницы определенного пола мне плевать". Странная такая позиция.

***Но если ты хорошо относишься к человеку - тебя волнуют его проблемы.***
Да. Так я и не говорю, что это хорошее отношение - это отсутствие какого-то отношения, хорошего или плохого.

***это говорит, по-моему, о некоей ненамерренной или добрвольной зашоренности***
Ну, вот тут, видимо, и отличие между ориентацией на отношение "к группе" и "к лицу". Мне представляется, что интересоваться проблемами "своих" и не интересоваться проблемами "чужих" - общая норма; другое дело, что границы "своих" у разных людей разные, и нередко причисление к "своим" идёт именно по группам. А нередко - нет, по конкретным лицам и конкретным связям. Второе мне гораздо понятнее, и встречал я это очень часто, почему и воспринимаю как норму. Мы об этом, кажется, когда-то давно, ещё в "Уделе", говорили и разницу в подходах отметили - если не путаю.

***Странная такая позиция.***
Мне она кажется совсем не странной - скорее наоборот. При этом, разумеется, бывают проблемы, при которых нельзя помочь конкретному человеку, не оказав помощи всей группе. Но таких, по-моему, меньшинство, и чем шире группа - тем меньше таких проблем, которые возможно решить только "для всех сразу".

***Мне представляется, что интересоваться проблемами "своих" и не интересоваться проблемами "чужих" - общая норма; другое дело, что границы "своих" у разных людей разные, и нередко причисление к "своим" идёт именно по группам.***

Одно из двух - или для такого человека его мать, сестра, ена, дочь - не "своя", потому что "женщина", или она существует отдельно от группы "женщины".
В первом случае это плохое отношение. Одно дело не числить в своих дворника соседнего подъезда, другое - женщину, которая одной крови с тобой.
Во втором случае это слепота. Давайте я проиллюстрирую второй случай. Когда я была еще за Брилевым замужем и работала в рекламном агенстве, а обнаружила, что женщины в креативной группе агентства (в т. ч. я) получют меньше, чем мужчины зату же работу. Я пожаловлась на это Брилеву - без всякой цели,чиста душу излить - и его ответ меня изумил: "Разве я мало зарабатываю?" Т. е. от отделял меня, "свою" женщину, от "всех остальных женщин", считал, что обеспечивает меня всем необходимым - и что по такому случаю мне не должно быть дела до проблем коллег. Я не должна солидаризоваться с ними по признаку "женщины, которым платят незаслуженно мало". Я должна их предать. Более того, я должна предать свое профессиональное достоинство, отнестись к своей работе как к необязательному рукоделию, за которое могла бы вообще не ждать никакой платы.
Сильно покоробило это меня тогда.

А это разве не распространённая позиция - выделять сестру, мать, подругу из "женщин вообще", так что она как бы к ним не относится? При это можно, например, рассказывать сексистские анекдоты про сходство программистки с морской свинкой и искренне не понимать, почему сестра-мать-подруга обижается и коробится - это же не про неё!

Вот в бубен надо бить за такую позцию, ИМХО.

Не надо, бывает, что человек со всех сторон хороший, а тут как шоры. Зы, до своего друга сердца я знаете как эту мысль довела? Про сексистские анекдоты то есть. От просьб толку не было долго, доводы и аргументы не помогали никакие, и тут меня осенило. А представь себе, говорю, что это я травлю антисемитские анекдоты (он еврей, я нет), ты уже стопицот раз просил меня перестать, а я всё равно, и на твоё возмущение отвечаю, что это всё не про тебя, ты-то хороший. Тут у него стали квадратные глаза, и больше я про "ни девушку, ни программиста" не слышала.

***В первом случае это плохое отношение.***
Согласен - хотя сам я, скажем, в "своих" тех или иных людей числю не по признаку родства. Но если уж родич был зачислен в "свои" - и по-моему очень нехорошо его из "своих" исключать только из-за его принадлежности к какой-либо большой группе.

Во втором случае - не согласен; тут оговорка оказывается важнее основы, по-моему. И тут у нас с вами, кажется, и идёт коренное расхождение. Для меня коллеги ни на одной работе, где я деньги зарабатывал, никогда не были "своими" просто потому, что они коллеги; и соотечественник для меня не становится "своим" по факту общего гражданства, и тем более - представитель того же пола (и, соответственно, я никогда не считал и не считаю, что они должны считать меня "своим" только из-за принадлежности к группе). Среди лиц одного со мною пола, соотечественников и коллег у меня могут быть "свои" и очень близкие "свои", и их предавать - плохо, и не стараться, чтобы им было хорошо - неправильно. Но это - лица, а не группы. Солидаризоваться с группой мне тоже доводилось - но на временном, тактическом и формально-обговоренном уровне, друзьями мне, скажем, соратники по профсоюзу не были - это были "чужие, с которыми мы союзники по такому-то делу", но не "свои". И для меня равно неприемлемым было бы, указывал бы мне другой человек, до кого мне должно быть дело или до кого мне не должно быть дела. Права решать за меня, кто мне "свой", кто "чужой", кто "враг", я не могу признать ни за кем. Так что я понимаю, что вас тогда покоробило, если вы коллег числили в "своих" - но я не считаю это (зачисление в "свои" по групповому признаку) единственно возможным или единственно правильным вариантом

***Так что я понимаю, что вас тогда покоробило, если вы коллег числили в "своих"***

ОМГ. Допустим, не былобы никаких коллег, я одна в трудовом коллективе была бы лишена "надбавки на член". Что, ситуация стала менее унизительной? Вот о чем речь я веду. О том, что человек, считавший на тот момент, что любит меня и все такое, ничего унизительного тут не видел и не понимал, в чем дело.

То же самое, конечно. Сам-то себе человек всегда "свой".
Но ведь и у разных людей мерки разные, и унижением они могут считать разные вещи. Что близкий человек считает для себя болезненным - по-моему, вернее узнавать от него самого и изнаблюдений за ним самим, а не из художественной литературы, которая в любом случае не именно об этом человеке. По-моему, не менее обидно, когда человек вроде бы близкий приписывает другому какие-то свойства (плохие ли, хорошие), которых у того нет, исходя из того, что в художественной литературе "у всех бедняков есть такая проблема", или "так поступают все женщины", или "в его возрасте все ведут себя так-то и так-то". Когда вместо конкретного близкого человека видят типаж из литературы.

***Но ведь и у разных людей мерки разные, и унижением они могут считать разные вещи***

Думаю, если бы ему урезали зарплату за отсутствие сисек, он бы не обрадовался.

***Когда вместо конкретного близкого человека видят типаж из литературы.***

Но к этому как раз склонны те, кто женской тематикой в литературе осознанно или подсознательно пренебрегает. Именно они вображают себе женщин офигенно далекими, таинственными, непостижимыми инопланетянами. Удобная индульгенция, чтобы не пытаться понять, на самом деле.

Ну, я вот не радовался бы урезанию мне зарплаты, по какому бы поводу её ни урезали. Но не помню, чтобы мне доводилось считать свою меньшую зарплату за равный труд унизительной. Притом что совершенно не считаю странным, что для другого человека - это именно унизительно. Люди разные.

***к этому как раз склонны те, кто женской тематикой в литературе осознанно или подсознательно пренебрегает. Именно они вображают себе женщин офигенно далекими, таинственными, непостижимыми инопланетянами***
Увы, далеко не только они. И не только в случае с женщинами.

***Ну, я вот не радовался бы урезанию мне зарплаты, по какому бы поводу её ни урезали. Но не помню, чтобы мне доводилось считать свою меньшую зарплату за равный труд унизительной.***

То есть, в таком конфликте вы не выскажете моральной подержки близкому и не скажете "я на твой стороне", а скажете, как тот король "Дорогая, потерпи, может, все обойдется"?

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject

no subject