![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Люди, объясните кто-нибудь человеку,
что вот этот подход является галимейшей подгонкой задачи под заранее известный ответ. "Если допустить это, то у нас получается вот это, а это получаься не должно".
Причем при разборе мы наплюем на остальные 99 глав, на композицию, на образную систему - и тупо упремся рогом в финал, исходя при том не из того, что там хотел сказать автор, а из того, что НАМ НУЖНО из этого финала вычитать.
У нас есть текст. То есть, это у меня есть текст - у Могултая есть обрезки этого текста. Текст, нивроку, три толстеньких тома убористыми иероглифами. И его нуджно читать ВЕСЬ, а не только покоцанный перевод последней главы.
Причем при разборе мы наплюем на остальные 99 глав, на композицию, на образную систему - и тупо упремся рогом в финал, исходя при том не из того, что там хотел сказать автор, а из того, что НАМ НУЖНО из этого финала вычитать.
У нас есть текст. То есть, это у меня есть текст - у Могултая есть обрезки этого текста. Текст, нивроку, три толстеньких тома убористыми иероглифами. И его нуджно читать ВЕСЬ, а не только покоцанный перевод последней главы.
no subject
no subject
no subject
Я вот думаю - когда же Могултай допетрит наконец, кто такой этот монах? Когда он составит в один ряд кучу даосскую гору, где Юэ-нян впервые с ним встретилась, даосский канон, который он читает, его имя Пу-Цзин, взятое из "Троецарствия" (и вообще весь образ слизан оттуда, вплоть до разгговора с мертвецами), слова о нем "трижды нисходил (он) в пыль (этого) мира, но люди не узнавали" и вознесение обратно на гору Тайшань, на восточный пик? Это же так просто, это же лежит на поверхности: старикан - даосский Бессмертный. Он забирает мальчиа, чтобы наказать Симэня прекращением рода - но при этом забирает его в обитель Бессмертных, что является наградой для Юэ-Нян. Мальчик НЕ является перевоплощением Симэня, монах обманывает наивную Юэ-Нян, но это типичный для рассказов о даосах "добрый" обман, который позволяет развязать сюжет так, чтобы полностью удовлетворить и нравственное чувство автора, и нравственное чувство проницательного читателя: с одной стороны, негодяй должен быть наказан через пресечение рода, с другой - мальчик-то ни в чем не виновен, за что его-то наказывать (автор не верит в буддийское перевоплощение, и это подтверждается остальным текстом романа неоднократно)? И вот конфликт разрулен как надо: гад остался без потомка ("не продлил он собственного рода" - все-таки поэтическая вольность: дословно, у него "едва" есть наследник - то есть, парень, с одной стороны, жив, а с другой - он как бы и мертв, восхищен в обитель Бессмертных) и при этом невинные не пострадали.
no subject
Агащазблин.
Он не пробовал сравнить его с переводом Роя, ледащим в Гугль Букз? Это называется "Я слышала, что им делают обрезание - но чтобы до такой степени..." Мне трудно сверятьтся с гонконгским изданием именно потому, что оно полное, а перевод цензурой бит так, что это не снилось и Цзиню Шэньтану.
***(хотя автор информации заведомо не имеет никаких данных о том, каким переводом я пользуюсь...***
Я ее имею так же ясно, как если бы книжная полка Могултая была у меня перед глазами. ВСЕ издания ЦПМ в России - это перевод Манухина, сокращенный и, как ето скасать по-рюсски, "исправленный". Есть еще незаконченный перевод, изданный в Екатеринбурге - но он обрывается на 60-х главах, так что обсуждать финал, опираясь на него, Могултай никак не может. Не может он и руководствоваться переводом Роя - в Сети нет последнего тома. Эрго, остается только Манухин. Чтобы вы сравнили степень обрезания, вот ссылка на главу в переводе Роя:
http://press.princeton.edu/chapters/s7134.html
и на главу в переводе Манухина:
http://www.fictionbook.ru/author/lanlinskiyi_nasmeshnik/cvetiy_sliviy_v_zolotoyi_vaze_ili_czin_pin_myeyi/read_online.html?page=20
no subject
no subject
кстати, в моей версии книги молитв тоже нет.
no subject
此皆平日好善看經之報
"Это все ей было за ее доброту и чтение сутр (канонов) - так говорили/сообщали".
Вот этот модификатор "так говорили" - почему-то выброшен. Кроме того, знак "цзин" обозначает не только сутру - например, он входит в названия канонов "И-Цзин", "Ши-Цзин" и так далее.
no subject
no subject
no subject
А у Вас есть версия, зачем (ну, кроме шутки) автор ЦПМ весь этот липовый буддизм вообще в финал притащил? Может быть, как раз, чтобы показать, что добродетельной женщине буддийское ложное учение во вред не пойдет - а пойдет в пользу, хотя оно и ложное?
no subject
Даосы сплошь и рядом юзали буддийскую терминологию и буддийские реалии, чтобы завоевывать симпатии склонного к буддизму простого народа. Причем пперекрестное опылениебыло взаимным: буддисты одолжили у конфуцианцев концепцию "инкэ" - причина-следствие, у даосов - концепцию "у", "несуществования" - чтобы доходчивей объясняить про шуньяту... Это такая общеизвестная в Китае штука, что даосы пользуются буддийской риторикой и наоборот. См. сборник повестей 17 века "Заклятие даоса", к примеру. Вот тут его можно скачать бесплатно:
http://www.kodges.ru/19131-zakljatie-daosa.-kitajjskie-povesti-xvii-veka.html
И в "Троецарствии", откуда образ Пу Цзина слизан целиком, он тоже притворяется буддийским монахом. То есть, автор, во-первых, просто передает культурную реалию Китая: с ходу бывает трудно отличить буддиста от даоса; во-вторых - отсылает читателя к "Троецарствию".
Я не знаю, воспринимат ли автор буддизм однозначно как ложное учение. Неоконфуцианцы пробовали найти нечто общее между "ли"-принципом и нирваной, позаимствовали практику медитаций, соглашались с буддистами в том, что нужно отрешаться от страстей. При этом они вовсю критиковали народный буддизм и буддийскую общину - и в роман вся эта критика вошла. А в целом автор явно держится той точки зрения, что если буддизм привел героиню к добру - то и ладно. Ван Янмин считал, что в чаньском учении о том, что каждый человек содержит в себе потенциальное "сердце Будды", есть рацио: каждый человек действиельно содержит в себе потенциал совершенномудрого, только в одних этот потенциал проявляется сразу и ярко, в других - только временами, у третьих почти не виден; но если хорошо поскрести, и в них есть.
Далее. Уже один тот факт, что по "Цзин Пин Мээй" было написано ТРИ сиквела, дошедших до нас (и один аллах знает, сколько недошедших), в которых герои получали воздаяние в следующих перерождениях - красноречиво свидетельствует о том, что мсовременники не находили буддийскую идею воздаяния достаточно выраженной в самом романе. Дин Яокань в предисловии к своей книге писал об этом открытым текстом: автор-де не дотянул, ну так я дотяну.
no subject