"О, брат! Это жулики!" (с) Карлссон
Поправьте меня, если я ошибаюсь, но сдается мне, джентльмены, что в нижеприведенных тредах:
http://morreth.livejournal.com/920154.html?thread=20496474#t20496474
http://morreth.livejournal.com/920154.html?thread=20507482#t20507482
я обнаруживаю:
- чтение в сердцах
- подмену моих тезисов
- игнорирование моих тезисов
Не говоря о таеих невинных вещах, как рассуждения не по существу.
Особенно порадовала максима " Страдания и радости вот именно данного человека никак не могут быть мерилом доброго и злого для этики, ибо она предназначена всех людей". Я это запишу в книжечку и непременно вставлю в "Мятежный дом" или "Бог танца" - уж больно смачно.
http://morreth.livejournal.com/920154.html?thread=20496474#t20496474
http://morreth.livejournal.com/920154.html?thread=20507482#t20507482
я обнаруживаю:
- чтение в сердцах
- подмену моих тезисов
- игнорирование моих тезисов
Не говоря о таеих невинных вещах, как рассуждения не по существу.
Особенно порадовала максима " Страдания и радости вот именно данного человека никак не могут быть мерилом доброго и злого для этики, ибо она предназначена всех людей". Я это запишу в книжечку и непременно вставлю в "Мятежный дом" или "Бог танца" - уж больно смачно.

no subject
Да у него вроде и нет стихов с посылом типа "а вот чашка, из которой мы сейчас квасим, была человеческим прахом..."
Так у Хайама это никакое не пессимистическое видение Дахау. У древних египтян на пирушках людей обносили человеческим скелетом – мол, вот какими будем, так оценим же еще острее и полнее, что сейчас веселимся! Никакого надрыва это не вызывало. А ощушение несовершенства всего в мире и обреченности присуще любой вменяемой культуре, и христианской, кстати, тоже.
«И школьное литературо-едение здесь решительно ни при чем».
С радостью приношу извинения. Тем лучше. Но тем более останется в силе то, что я писал: мной перечисленные – никакие не пессимисты, и не стрыдали и не надрывались по тому, по чему не надо надрываться.
По взрослым – бери обратно же перечисленных мной - не иъх личности, а их кодексы - Шварца с Заболоцким, их хрен кто-то из нас перерастет. Ежели чему подражать удастся, и то радость велия.
***Мне вот Шелленберг нравится, я бы его угостил вином с удовольствием, а расстрелял бы с большим неудловольствием (и весьма рад, что расстреливать его было не за что) - это что, значит, что я должен принимать такую этическую систему, ав которой за хорошую пайку идут служить в СС, стараясь только, чтобы непосредственно не быть причастным к убийствам?***
Не знаю, понимаешь? НЕ-ЗНА-Ю.
Хорошо, так я и говорю: не должен.
И это выпаривается из самого же Шелленберга. Стоит только разобраться – мне чего в нем нравится? Что он в СС пошел и там списки на казни англичан посдле победы над Англией составлял? Нет, а то, как он там элегантно уклонялся от участия в реальных казнях, а при случае старался что-то смягчать и спасать из отвращения к убийствам безвинных и жестокости – при том, что совести у него было не больше, чем у кошки. Ну хорошо, значит нравится мне в этом существе то-то и то-то по такой-то логике…
«А из этого я вывожу, что должно быть меньшинство, которое будет у большинства наподобие гвоздя в сапоге - зудеть и надоедать своими требованиями повышать планку».
Истинно.
« Причем это меньшинство в своих требованиях должно себя вести примерно как на восточном базаре - то есть, требовать втрое больше против того, что реально может получиться».
Частично истинно, но только в виде исключения. иногда такая тактика контпродуктивна, иногда губительна. Но самое главное – КАК требовать. В Риме вот отменили право хозяина убивать раба, а в Вавилоне ограничили частную эксплуатацию без всяких таких тройных запросов и поношения тех и этих. Зачем лишняя демагогия и манипуляция? Доброе дело лучше делать без них. Иногда бывают ситуации, когда без этого не обойтись – тогда это наим. зло.
«Стоять. Ты имеешь дело не с одной мной. Ты имеешь дело, таксказать, с базисом - десятилетним ребенком, который подражает Чацкому»
Десятилетних детей этике учат не рацеями. А человеческим обращением, привязанностью и риском потерять уважение того, к кому привязан. И НА ЭТОМ ФОНЕ – объяснениями. Не вовлекающими никаких таких проблем, о которых мы говорим. Десятилетнему ребенку справедливость объясняют вопросами: «А за что такого-то так? А если бы тебя так или твою маму так?» Когда он станет взрослым, он сможет на это надменно ответить: «не за что, а для чего, иди ты со своим за что. Для высшего общественного блага – и маму мою можно». Но в десять лет он до этого матерого зла не дозреет.
«он как рыба-прилипала, каждый раз плыл к какому-то решению под брюхом акулы».
Хорошо. А может он переключиться с плавания под брюхом данной акулы на плавание в основном направлении плавания данной акулы, но не тогда, когда она сама себе (или, вернее, тому, что в ней привлекло) изменяет? Ну десятилетний или пятнадцатилетний мальчик обычно влюблен в старшего холистически – именно поэтому во все времена смертников-шесетрок, готовых положить что угодно и кого угодно (и самих себя допрежь всего) для фюрера, фюреры набирали из подростков, в них влюбленных. Но ведь это у всех так. Это не полностью блокирует возможность расчленить, выделить разные векторы, и самому подражать не каждому шагу любимого, а лишь каждому достойному, который тебя на самом деле и привлек.
no subject
Если бы я была бессмертным эльфом, я бы бухала с не меньшим энтузиазмом и не с большей частотой. И Честертон прав - если человеку, чтобы острее веселиться, нужно иметь в виду череп - значит, само веселье несколько неполноценно. Несамодостаточно. Чувачок, хочется мне сказать при чтении Хайяма, ну вот ести тебе красавица со станом-кипарисом так хороша _сама по себе_ - отчего перед тобой маячит "рок, зверь ненасытный"? Есть какой-то оттенок натуги в этом.
***не иъх личности, а их кодексы***
Чем политрук отличается от комиссара? :)
***Но ведь это у всех так. Это не полностью блокирует возможность расчленить, выделить разные векторы, и самому подражать не каждому шагу любимого, а лишь каждому достойному, который тебя на самом деле и привлек***
А привлекают-то зачастую как раз вещи, которым подражать невожможно.