Про уродов и людей
Еще один аспект "Новгородского дела" который многое для меня расставляет по своим местам - это "наполнение" двух комьюнити - "новгород_дело" и "новгород_секта".
В первом - большинство нормальные люди. Во втором - уроды, которых откровенно радует сам факт чьей-то беды.
Вот, собственно, и все. Можно вообще ничего не знать о Тоне и Кирилле - достаточно посмотреть на общий тон сообщений в обоих комьюнити. По большому счету, по небесному ли, по человеческому - уроды не могут быть правы. Те, кто ищет компании, чтобы посмаковать беду и горе - не могут быть правы. Люди, которые собираются, чтобы помочь - правы все по тому же большому счету.
В первом - большинство нормальные люди. Во втором - уроды, которых откровенно радует сам факт чьей-то беды.
Вот, собственно, и все. Можно вообще ничего не знать о Тоне и Кирилле - достаточно посмотреть на общий тон сообщений в обоих комьюнити. По большому счету, по небесному ли, по человеческому - уроды не могут быть правы. Те, кто ищет компании, чтобы посмаковать беду и горе - не могут быть правы. Люди, которые собираются, чтобы помочь - правы все по тому же большому счету.

no subject
Вообще, позиция защиты, по идее, в таком деле, должна выглядеть так:
дорогие присяжные, мы не поддаем сомнению личность и показания несовершеннолетнего свидетеля, однако, всем свойственно ошибаться, потому мы запросили еще двадцать пять разных экспертиз, а именно ... ля-ля-ля... которые должны были показать / проверить следующие вопросы... ля-ля-ля длинный список вопросов... нам отказали, без этого осталось неясным... ля-ля-ля. А это очень важные детали. Мы не просим Вас поверить в невиновность, но спросите себя, все ли тут ясно...
При этом обвиняемая не должна менять свою позицию по делу, даже в деталях. В отличие от.
Аргумент "свидетель врет / ребенок сочиняет" не работает, пока нет другого свидетеля, либо пока сказанное свидетелем будет, очевидно для окружающих, невозможно. Что, кстати, в конце концов случилось и в салемском деле, и при аналогичных процессах в Испании, Исландии и т.д., где основными свидетелями были дети. Однажды, сказанное детьми переходило по объему фантастических допущений за грань здравого смысла даже для суеверных. Нельзя было мальчика обвинять в неправдивости, его, наоборот, нужно было расспрашивать и детализировать его показания до такой степени, чтобы противоречия стали очевидны, если он фантазировал.
Просто Вы читаете с точки зрения верящего в невиновность, потому многое кажется Вам откровенной глупостью.
no subject
Экого прогрессу мы достигли...
no subject
no subject
Насиильник - тоже свидетель (мы ведь говорим не об оперативных мероприятиях, а о суде, когда он уже схвачен, так?). Понятное дело, что свидетель пристрастный и свидетельствущий в свою пользу - на то и прокурор, чтобы его правильно раскрутить...
no subject
На то и адвокат, чтобы раскрутить свидетеля обвинения и присяжных. Прокурор за него оправдывать обвиняемого не обязан. Либо нет расследования и прокурора, и применяем римские правила, либо есть следствие, экспертизы, и свидетель - свидетель, пока не доказана его ложь.
no subject
Помните дело некоей Сусанны? :).
no subject
Я просто считаю, что нынче правило "один свидетель - не свидетель" и близко применяться не должно, не даром его нет не только у нас, но и в странах континентальной и англо-саксонской системы права.
Ушла вперед и жизнь, и юридическая теория с практикой.
И мальчик - свидетель. И относится защита должна была к нему, не как к лгуну, а как к свидетелю.
no subject
no subject
Что же касается одного свидетеля, представьте, что мальчику упал на голову кирпич после его первого же допроса. И никакого другого допроса не было. Зато есть полдесятка свидетелей, которые слышали его слова сразу после падения девочки. Надо расследовать этот эпизод или нет? Непредвзято представьте. Что это не Алиса, не Антонина, не подлец - следователь. Абстрактно.
Пять человек, независимо друг от друга, подтверждают, что после падения девочки слышали из уст очевидца такое обвинение. Надо расследовать это дело? Заслуживают их показания внимания?
no subject
Понимаете, я-то личо думаю, что мальчишка ошибся. Тоня попыталась втащить девочку через перила, уронила, он это _понял по-своему_, струханул, домыслил до ужастика - и выдал на публику. А вот дальше... Ну, в Сети было и видео, и расшифровка его показаний... Как с ним работали... "Какой рукой она держада левочку? Вот этой рукой, да?...". Дальше умные дяди и тети его _раскрутили_. Сформировали у него ту картинку, какая им нужна. Детское сознание ведь пластично.
И характеристика эта, вписанная в обвинительное заключение - такое пишут про пионеров-героев, готовя к посмертной канонизации.
no subject
А работали с мальчиком стандартно. Я уже писала об этом. Стандартно с ним работали на допросе. С большинством свидетелей обвинения так работают, особенно, если это уже десятый допрос по делу с одними и теми же вопросами. Это плохо. С этим должна бороться совесть следователя и его начальство. Но случай частый и известный, и сам по себе, показаний его не отрицает. Вы ведь не видели записей, как Антонину или свидетелей защиты к допросу готовили? Думаете, там все однозначно?
И характеристики такие выдают на каждого свидетеля, каждого обвиняемого и т.п., все эти характеристики - по стандартным формам. Никто не ходит и не изучает отдельно личное дело и психологию характеризуемого. Испортить характеристику может только другая бумажка.
Все это - набор банальностей нашего следствия. Как и отрицательная характеристика обвиняемой со стороны следствия, на которую защита должна была положительную характеристику предоставлять в ответ.
Дело не в том, что случай - ужасный. Дело в том, что случай - банальный, и обвинительное заключение банально, и предвзятость следствия, и конфликт. И то, что будь Антонина признана невиновной, со следствия, прокуратуры - полетели бы взыскания, а государство могли обязать выплатить ей компенсацию. В таких случаях - открытый конфликт со следствием - защита должна быть филигранна, и наперед ждать, что все будет в пользу обвинения истрактовано.
no subject
так ее просто не приняли к рассмотрению! Всех людей, которых защита выставляла, как способных дать Антонине характеристику, обвинеие тупо отводило, как людей, не имеющих отношения к делу. Отвели эксперта, проводившего допрос на полиграфе, отвели сами показания Антонины, данные на полиграфе.
Вот то, что случай банальны - как раз и ужасно. Для суда существует только обвинение. Защиту можно нагло игнорировать.
no subject
А полиграф отводили предсказуемо и ожидаемо. Нельзя было, вообще, никаких надежд на полиграф возлагать защите. Я не знаю, почему людей удивляет, что полиграф не приняли во внимание, если у нас, чтобы принять его во внимание, по практике, нужно согласие с его использованием всех сторон, включая следствие, и оформление его, как следственного действия. Нет практики такой судебной экспертизы - проверка на детекторе. Как правильно оформленное следственное действие - проходит, проталкивать это сразу через суд - очень слабая надежда. А те, кто упирают на полиграф, не понимают, что если судебная практика, приймет его, как одну из достоверных экспертиз, то завтра следствие возьмет его на вооружение, и всех вокруг начнут сажать на основании полиграфа, только задокументированного следствием.
Тоже самое, с разъяснением присяжным их прав, суд по закону это должен был сделать, под запись. Если суд упустил, формально подошел, и максимально замял этот момент, это должен был делать защитник в дебатах и обращаясь к присяжным. Просто перечислисть все сомнительные моменты, все опущенное следствие и судом, и взывать к тому, хотели бы они, чтобы их осудили на таких сомнительных и неполных данных. Я не знаю, уделялось ли этому внимание, по материалам сообщества возникает впечатление, что они просто настаивали на невиновности, фантазиях мальчика, и у них не было сомнений,что присяжные станут на их сторону просто по факту, что это ребенок - свидетель и Антонина живет с дочерью душа в душу. Но как показало ОЗ, то, что есть в сообществе, предсказуемо, отличается от того, что в деле. Что отвел суд обосновано, а что нет, можно было бы сказать только по протоколам и аудиозаписи заседания. Или если бы текст ходатайств, хотя бы,были доступны.