С удивлением наблюдаю

[morreth]

как мои френды перестроились с написания "Цхинвали" на "Цхинвал".

Нетерпеливо жду, когда в знак солидарности с независимой Абхазией они начнут писать "амагазин", "ахозяин", "амудак" etc...

Comments

[re-expat.livejournal.com]

При том, что, спектакль по пьесе Корнейчука "Гибель эскадры" в сухумском драмтеатре шел по народной легенде под названием "Аэскадра апиздец".

[morreth.livejournal.com]

Легкой и, как показалось милиционеру, гарцующей походкой он подошел к
нему.
-- Моя резала амагазин ахозяин, -- сообщил он ему. Милиционер решил,
что к нему подошел подвыпивший крестьянин. Он кончил дежурство и шел домой,
и ему совершенно неохота было с ним связываться.
-- Езжай домой, -- сурово ответил ему милиционер и пошел дальше. Махаз
остановился, удивленный равнодушием милиционера. Он постоял немного и снова
нагнал его.
-- Моя резала амагазин ахозяин! -- крикнул он требовательно.
-- Будешь буянить -- арестую, -- вразумительно сказал милиционер и
помахал пальцем возле его носа.
-- Да, да, арестуй! -- радостно подтвердил пастух. Это важное слово он
никак не мог вспомнить, а тут милиционер сам его подсказал.
-- Ты убил человека? -- спросил милиционер заинтересованно.
-- Убил, -- сокрушенно подтвердил пастух. Он сказал это сокрушенно не
потому, что чувствовал раскаянье, а потому, что хотел показать милиционеру,
что правильно понимает печальное значение этого слова. -- Горло резал: хрр,
хрр, -- также сокрушенно добавил он, -- амагазин ахозяин...
-- За что? -- спросил милиционер, начиная что-то понимать и замечая
кончик чехла от ножа, торчавший у него сбоку из-под ватника.
-- Плохой дело делал, -- старательно разъяснил Махаз, -- моя клятва
давал: кто плохой дело делает -- моя кровь пьет. Моя пил кровь амагазин
ахозяин.
Махаз вынул стопку из кармана и показал милиционеру, чтобы тот
окончательно убедился в правдивости его слов. Но милиционер, почти
поверивший ему, увидев стопку, снова усомнился в его трезвости.
-- Езжай домой, -- сказал он ему, -- садись в автобус и езжай...
-- Езжай -- нельзя! -- крикнул раздраженный пастух. Он столько усилий
употребил, чтобы донести до сознания милиционера суть своего дела, и вот
теперь оказывается, что они возвратились к тому, с чего он начинал. -- Чада!
Чада! (Осел! Осел!) -- добавил он по-абхазски для облегчения души и снова
перешел на русский. -- Моя резала амагазин ахозяин... Клянусь господом, этот
осел заставит меня совершить преступление, -- добавил он по-абхазски,
страшно утомленный непонятливостью милиционера.

Ф. Искандер, "Сандро из Чегема"