Entry tags:
Мое тщеславие поистине неутолимо
Налетела на эльфийский форум, где обсуждают ПТСР. Народ там в основном вменяемый. Но ряд перлов оттуда не могу не вынести:
"А жизнь не "такая". Она прежде всего ПРЕКРАСНА! Она есть ДАР, такой дивный, такой невероятный, что ни мозгом ни сердцем этого не постичь. Но можно Жить и играть, можно Любить и дарить, делиться Счастием, только бы ЖИТЬ...
И кроме того, художественная литература на то и художественная, что в ней есть выдумка и необычный взгляд на мир. А в "Стороне" все до тошнотворности обыденно и неоригинально. У Энн Маккеффри так описаны эротические сцены, что это вызывает восторг, а не стеснения естественных побуждений. Одарённость автора определяется тем, насколько у него хватит искусства и души, чтобы о любой "правде жизни" написать так, чтобы в этом хотелось купаться, а не бежать в туалет за "голубой водой". А от "Стороны" доминирующее чувство именно отвращение. Поэтому книга так противоестественна -- писать об эльфах без красоты абсурдно".
Интересно, этот парень действительно хочет, чтобы ему о таких вещах как Освенцим, Нанкин или Катынь писали так, "чтобы в этом хотелось купаться"? Или (что вероятней) - чтобы о таких вещах не писали вообще? Чтобы не помнить, что они бывают? И тогда уже, нацепив розовые очки спокойно "Жить и играть, можно Любить и дарить, делиться Счастием"?
"А жизнь не "такая". Она прежде всего ПРЕКРАСНА! Она есть ДАР, такой дивный, такой невероятный, что ни мозгом ни сердцем этого не постичь. Но можно Жить и играть, можно Любить и дарить, делиться Счастием, только бы ЖИТЬ...
И кроме того, художественная литература на то и художественная, что в ней есть выдумка и необычный взгляд на мир. А в "Стороне" все до тошнотворности обыденно и неоригинально. У Энн Маккеффри так описаны эротические сцены, что это вызывает восторг, а не стеснения естественных побуждений. Одарённость автора определяется тем, насколько у него хватит искусства и души, чтобы о любой "правде жизни" написать так, чтобы в этом хотелось купаться, а не бежать в туалет за "голубой водой". А от "Стороны" доминирующее чувство именно отвращение. Поэтому книга так противоестественна -- писать об эльфах без красоты абсурдно".
Интересно, этот парень действительно хочет, чтобы ему о таких вещах как Освенцим, Нанкин или Катынь писали так, "чтобы в этом хотелось купаться"? Или (что вероятней) - чтобы о таких вещах не писали вообще? Чтобы не помнить, что они бывают? И тогда уже, нацепив розовые очки спокойно "Жить и играть, можно Любить и дарить, делиться Счастием"?

no subject
Но автора отзыва можно понять. Ужасно хочется умереть красиво. Чтобы тонкая струйка крови элегантно стекала по изящному камзолу. Чтобы слегка прикушенная от боли губа, красивое побледневшее лицо. Чтобы нежные руки и последний поцелуй. Последнее слово, мужественным, через силу, голосом и крепкое дружеское рукопожатие. Ужасно не хочется, чтобы грязные штаны, жуткая боль и радостный смех врагов. Но мало ли чего не хочется. Автор отзыва приговаривается к полугодовому прослушиванию Высоцкого :)
no subject
no subject
no subject