По поводу "Ночного дозора"

[morreth]

Ну вот что два раза не ходить, возьмем сцену из самого начала, где герой объясняется с юным вампиром:

– Костя, я выполнял свою работу.
– Зря.
– Они нарушили закон. Понимаешь? Не наш закон, заметь. Не только Светлые его приняли, а все Иные. Этот парень…
– Я его знал, – неожиданно сказал Костя. – Он веселый был.
Вот черт…
– Он мучился?
– Нет. – Я покачал головой. – Печать убивает мгновенно.
Костя вздрогнул, на миг скосил глаза на грудь. Если перейти в сумрак, то печать увидишь и сквозь одежду, а если не переходить – вообще не обнаружишь. Кажется, он не переходил. Но откуда мне знать, как чувствуют печать вампиры?
– Что я мог поделать? – спросил я. – Он убивал. Убивал ни в чем не повинных людей. Абсолютно беззащитных перед ним. Инициировал девчонку… грубо, насильно, она не должна была стать вампиром. Вчера они чуть не прикончили мальчишку. Просто так. Не от голода.
– Ты знаешь, что такое наш голод? – спросил Костя, помолчав.
А он взрослеет. Прямо на глазах…
– Да. Вчера я… почти стал вампиром.
Тишина, на миг.
– Знаю. Я чувствовал… я надеялся.
Дьявол и преисподняя! Я вел свою охоту. На меня вели свою. Точнее – караулили в засаде, ожидая, что охотник превратится в зверя.
– Нет, – сказал я. – Уж извини.
– Да, он виноват, – упрямо сказал Костя. – Но зачем было убивать? Положено судить. Трибунал, адвокат, обвинение, все как положено…
– Положено не вмешивать людей в наши дела! – рявкнул я. И впервые Костя не отреагировал на такой тон.
– Ты слишком долго был человеком!
– И ничуть о том не жалею!
– Зачем ты его убил?
– Иначе он убил бы меня!
– Инициировал!
– Это еще хуже!
Костя замолчал. Отставил чай, поднялся. Совершенно обычный, нагловатый и при том болезненно моральный юноша.
Вот только вампир.
– Пойду…
– Подожди. – Я шагнул к холодильнику. – Захвати, мне тут выдали, но не понадобилось.
Я вынул стоящие среди бутылок с «боржоми» двухсотграммовые пузырьки с донорской кровью.
– Не надо.
– Костя, я же знаю, что это вечная ваша проблема. Мне оно не нужно. Бери.
– Купить хочешь?
Я начал злиться.
– Да зачем мне нужно подкупать тебя! Выбрасывать – глупо, вот и все! Это кровь. Люди сдавали ее, чтобы кому-то помочь!
И тогда Костя вдруг ухмыльнулся. Протянул руку, взял один из пузырьков, раскупорил, содрав жестяной колпачок легко и умело. Поднес бутылочку к губам. Опять усмехнулся, сделал глоток.
Я никогда не видел, как они питаются. Да и не стремился.
– Прекрати, – сказал я. – Не паясничай.
Губы у Кости были в крови, тоненькая струйка стекала по щеке. Не просто стекала, а впитывалась в кожу.
– Тебе неприятен наш способ питания?
– Да.
– Значит, тебе неприятен и я сам? Все мы?
Я покачал головой. Мы никогда не касались этого вопроса. Так было легче.
– Костя… чтобы жить, тебе нужна кровь. И хотя бы иногда – человеческая.
– Мы вообще не живем.
– Я беру более общий смысл. Чтобы двигаться, думать, говорить, мечтать…
– Что тебе мечты вампира?
– Мальчик, на свете живет множество людей, которым постоянно требуется переливание крови. Их не меньше, чем вас. А еще есть экстренные случаи. Потому существует донорство, потому оно почетно и поощряется… Не улыбайся. Я знаю ваши заслуги в развитии медицины и в пропаганде донорства. Костя, если кому-то для жизни… для существования нужна кровь – это еще не беда. И куда она пойдет, в вены или в желудок, тоже дело десятое. Вопрос в том, как ты ее добудешь.
– Слова. – Костя фыркнул. Мне показалось, что на миг он перешел в сумрак и тут же вынырнул обратно. Растет, растет парень. И сила у него появляется настоящая. – Вчера ты показал свое истинное отношение к нам.
– Ты не прав…
– Да брось… – Он отставил бутылочку, потом, передумав, наклонил ее над раковиной. – Нам не нужны твои…
За спиной раздалось уханье. Я повернулся – сова, про которую я успел начисто забыть, повернула голову к Косте и расправила крылья.
Никогда еще я не видел у него такого лица.
– А… – сказал он. – А…
Сова сложила крылья и прикрыла глаза.
– Ольга, мы разговариваем! – рявкнул я. – Дай нам минутку…
Птица не отреагировала. А вот Костя переводил взгляд с меня на сову и обратно. Потом сел, сложив руки на коленях.
– Что с тобой? – спросил я.
– Можно мне идти?
Он был не просто удивлен или напуган, он был шокирован.
– Иди. Только захвати все же…
Костя стал торопливо собирать бутылочки, рассовывать их по карманам.
– Пакет возьми, дубина! Вдруг кто окажется в подъезде?

Смотрите, автор нам пытается показать хорошего человека. Как он его себе представляет. Да, живущего в неоднозначном мире, принимающего сложные решения - но хорошего. Вон его как плющит из-за того, что он перещал на темную сторону силы. Вон, как он вампира жалеет, вон как оправдывается.

Одно "но". Мальчик, которого тот вамир хотел сожрать, для него самый ничтожный из доводов. И вообще пустое место.

И таких эпизодов, показывающих, что люди для данного персонажа - пустое место, в "Дозоре" полно. Но при том автор видит персонажа хорошим человеком, он же служит Свету, а в метафизике Дозоров это важно, хорошим или плохим человеком ты вступил в Сумерки. То есть, Лукьяненко так себе представлет хорошего человека - неважно, что для него значат люди, важно, как сильно он колбасится по поводу своих некошерных поступков, толстоевщина во все поля.

А это уже система ценностей автора в полный рост. И о человеке можно многое сказать, глядя на его систему ценностей.

И вся прелесть в том, мои милые, что не получится у тебя написать книжку, не раскрыв в ней свою систму ценностей, ага. Так то да, само собой, автор и книга - разные вещи, но система ценностей в ней будет авторская, не сомневайтесь.

Comments

[ariuslynx.livejournal.com]

Еще раз убеждаюсь в том, что текст убогий и автор посредственный. Никогда я не пойму этой дутой популярности.

[morreth.livejournal.com]

А читатель какой?

[scholar-vit.livejournal.com]

угу

[sohryu-l.livejournal.com]

>Так то да, само собой, автор и книга - разные вещи, но система ценностей в ней будет авторская, не сомневайтесь.

Окей, тогда хрестоматийный вопрос: у Стирлинга в цикле про Дракию отражается система ценностей автора или нет?

[morreth.livejournal.com]

Понятия не имею.

[max-andriyahov.livejournal.com]

"Я сказал проще..." (с)

Аффтор - ебанулся. Неожиданно и сенсационно, но тем не менее((((

[gimli-m.livejournal.com]

.... неожиданно?

[http://users.livejournal.com/_benvenuta_/]

Забавно. А вас, например, сильно беспокоит то, что Л. сейчас реально страдает, читая это?
Он - тоже человек.

[morreth.livejournal.com]

Нет, для меня он практически не человек. Ну то есть, я знаю, в теории, что он человек, я его пару раз видела в натуре и признаю, что на него Заповеди Господни распространяются, что ему нельзя, скажем, по прихоти душевной люлей отвесить, или убить бессудно, но вот его страдания меня не трогают, его мнения не интересуют, не сложилось у меня с ним отношений, поэтому вот так вот оно.

[sparrow-hawk.livejournal.com]

согласен

[volchik-lamyra.livejournal.com]

В Дозорах есть один такой момент: совершив нехороший поступок вроде убийства человека, Светлый Иной немедленно развоплощается от несовместимого с жизнью когнитивного диссонанса, если только не сумеет убедить себя, что это на благо родины/в конечном итоге добро/не виноватый я, оно шамо. Таким образом осуществляется селекция сволочей и лицемеров среди светлых иных. Там реально тёмные и светлые одинакова херня, только светлые ещё и ханжи. Не знаю, хотел этого автор или нет, но токсичное совершенно произведение.

[virago-ghost.livejournal.com]

хотел, там это вполне последовательная линия все книги, она же в эпиграфе задекларирована

[tilibomkin.livejournal.com]

Вы, блин, не люди, а герои какие-то скромные.

Как эту дристабалу многоточечную вообще читать можно? Это какую силу воли надо иметь чтоб заставить себя таки прочесть и что-то там найти, omg.

[zebra24.livejournal.com]

А что плохого в том, чтобы жалеть вампира, особенно если эта жалость не мешает правосудию и не заглушает жалость к жертвам вампира?

Да, убит - не значит прав. Да, убил, не значит не прав.
Однако сочувствие это не вопрос права, это вопрос сожаления и попытки понять эмоции других.
Если кто-то не прав, это не значит что его нечего жалеть.

[genuine-elka.livejournal.com]

Ну да, вот да, вот то, с чем я ко всем приставала в свое время. Чувак, але, он человека хотел убить, он был невменяем, какие вопросы, какой веселый, в натуре? Нет, оба стоят и тянут вола. А моральная победа героя, за неимением аргументов, заключается в том, что Костя зассал совы.
И вот всегда у него так. Система расстановки приоритетов хромает, а правым быть все равно хочется. Я не знаю, почему Вася прав, но Вася прав. В доказательство Петя сядет жопой в лужу.

[elga-crow.livejournal.com]

А в мире Дозоров убийство человека - это не такая и большая проблема. Даже убийство вампиром. Дозоры проводят лотерею, в которой определяется, кого из людей вампиры могут съесть законно - и начальство Антона не видит в этом проблемы, потому что, мол, вампирам тоже кушать хочется. И Антон также признает правильность такого мироустройства.
Этого конкретного вампира уничтожили не за убийство человека, а за то, что он проделал это без лицензии. А почему он это проделал? Да потому что в девушку, которая ему была выдана на съедение, он влюбился и её сделал вампиром.
Вот такая мораль и этика товарища Л.

[pssshik.livejournal.com]

"Болезненно моральный". Ну вот когда перестаем быть болезненно моральными, тогда и становимся сволочами.

[ermenegilda.livejournal.com]

Лукьяненко беженец или легальный эмигрант?

[very-round-cat.livejournal.com]

Может, я торможу, но: а точно ли на мальчика Антону наплевать?

То есть я книги читал (кроме пятого тома) и прекрасно помню, что такое сам Антон и вообще Иные, но следует ли поцоватость Антона именно из этого диалога?

Как я понимаю, логика в разговоре примерно такая.

К: Ты зачем вампира убил?
А: По закону.
(Следует отступление про быструю смерть.)
К: А он хороший был, между прочим!
А: Он убивал вообще-то. Мальчика чуть не убил по приколу, девушку насильно овампирил.
(Следует отступление про голод и размышления Антона про Заговор.)
К. Убедил, он виновен. А убил-то ты его зачем? Положено арестовывать и судить.
А. А зачем он человека овампирил?
(Если я правильно понимаю, что «Положено не вмешивать людей в наши дела!» относится к инициированной девушке.)
К. Не, серьёзно, зачем убил-то?
А. Из самозащиты! Он же меня хотел то ли убить, то ли овампирить.

Дальше Антон впаривает Косте кровь, но это уже неинтересно.

Понимаете, о чём я? На мой взгляд, довод про мальчика был использован в самом начале (вторым, после «по закону») и убедил Костю – а дальше они спорили уже о другом. Не о виновности, а об аресте.

Или я пропустил какой-то маркер или логический довод?

[morreth.livejournal.com]

Понимаете, хорошему человеку - по-настоящему хорошему - этот мальчик бы из головы не выходил. Он бы тыкал юного вампира носом в тот факт, что у людей тоже есть мечты, привязанности и чувства, до посинения.

[greatsay.livejournal.com]

Абстрагируясь от личности Л.

"не получится у тебя написать книжку, не раскрыв в ней свою систму ценностей"
Есть и такая точка зрения. Набокова тоже пытались рассмотреть через призму "Лолиты" - до сих пор спорят.
Но даже если такая точка зрения истинна, остается еще вопрос трактовки той самой системы ценностей. Она точно авторская? Или читательская?

В приведенном выше отрывке можно предложить несколько интерпретаций изложенного.
Вот в качестве примера еще одна из возможных:
Отбрасываем мистический антураж и перемещаем в земные координаты. Два охотника на сафари. "Плохой" убил занесенную в Красную Книгу антилопу. И собирается убивать дальше. "Хороший" чтобы не допустить этого, убивает "плохого". По законам условной Северной Родезии он абсолютно прав. Дальше
"Вон, как он охотника жалеет, вон как оправдывается.
Одно "но". Антилопа, которую тот охотник хотел сожрать, для него самый ничтожный из доводов. И вообще пустое место."
Ну так да. Он ЧЕЛОВЕКА убил, потому и переживает. Антилопа - ну да, Красная Книга, нельзя. Исключат из Красной Книги - тогда легко, сам тоже на сафари не с фоторужьем прибыл.
Всё в системе существующих моральных ценностей.

Или так - может не из-за Красной Книги убил. А из-за "внутреннего" нравственного табу - не убий антилопу. Отсюда и реплика условного Кости
" - Ты слишком долго был антилопой! "

ЗЫ. Мне действия по "розжигу" не нравятся. Ни со стороны Л, ни со стороны Яна.

[van-der-moloth.livejournal.com]

"Мальчик, которого тот вампир хотел сожрать, для него самый ничтожный из доводов. И вообще пустое место."
Мне кажется, автор просто неудачно выразился, учитывая, что мальчишку Антон таки спас и не один раз. И да: убийство невинных людей - это был как раз самый первый его аргумент.

[umbloo.livejournal.com]

А автор там точно своих положительных героев видит именно "хорошими людьми", а не "меньшим злом"? (Плохо помню уже, давно читал, и в памяти у меня из Лукьяненко если что и откладывалось, то не персонажи - они все казались какими-то блёклыми.)

[van-der-moloth.livejournal.com]

Как видит автор - не знаю, но там показана куча вопросов, по которым Антон, Светлана, Гесер и Ольга не согласны, в частности, по вопросу, можно ли тащить в добро "за руки, за ноги". Считает ли он кого-то из них положительным персонажем - его дело. Лично мне они все как-то не очень.

[roveindusk.livejournal.com]

А мне и в голову по прочтении дозоров не пришло, что свет там реальным добром подразумевается. Не знаю, тем ли я местом читала, да и давно оно было, но мне показалось что авторский замысел в том и есть, что "сила ночи сила дня - одинакова хуйня", а существенно отличаются только чисто внешние фишечки, а сами иные - что те что другие, по сути, паразиты, нужные только им самим. И такой типаж главного персонажа вполне вписывается в эту картину.

[xlad17.livejournal.com]

Одно "но". Мальчик, которого тот вамир хотел сожрать, для него самый ничтожный из доводов. И вообще пустое место.
1.Поэтому Антон постоянно спасает это "пустое место".Даже в ситуациях,когда не обязан.
2.Городецкий,вообще-то,не с нормальным человеком спорит,а с вампиром.Низшим Темным Иным.И цель Антона- не продемонстровать свою "светлость",а убедить Костю не кушать людей по подворотням.Поэтому и доводы соответствующие.

И таких эпизодов, показывающих, что люди для данного персонажа - пустое место, в "Дозоре" полно.
Хотелось бы примеров.И примеров ситуаций типа "люди для Светлого Иного Городецкого- пустое место",а не ситуаций типа "выбирая между интересами людей и интересами Светлых Иных,Антон (в очередной раз) выбрал последних".

Но при том автор видит персонажа хорошим человеком, он же служит Свету, а в метафизике Дозоров это важно, хорошим или плохим человеком ты вступил в Сумерки.
Да ладно.В "Новом Дозоре" четко сказано,что и Сумрак,и Иные самим фактом своего существования паразитируют на людях.Просто от Светлых меньше вреда.:-)

[nooma-magia.livejournal.com]

Простите, но мне все же кажется, что вы привели совсем не тот аргумент. Человек может быть эгоистом или альтруистом, может быть жалостливым к чужим людям, а может жестоким. Не в этом дело с Лукьяненко.

Дело в том, что он расист (или нацист - смотря в каких масштабах смотреть). Натуральный. Во всех его книгах идет деление на "своих-чужих", причем герой "мочит" чужих почем зря, а автор выписывает их ну прямо абсолютным злом, да еще и свысока поплевывает.

В "Дозорах" вампиры и оборотни - априори "низшие", "нежить", "фу-какая-кака". "Перевертыши" вроде как хорошие, но все равно "фу" (превращение некрасиво, отвратительно выглядит, оно вызывает у героя брезгливость, это наказание или, по крайней мере, неполноценное существование по сравнению с наиболее близким к человеку типом гороев).

В произведениях с пришельцами - пришельцы "кака", "тупые", "неправильные", их надо переделать, перевоспитать, на худой конец - убедить в неправильности их поведения и мировоззрения.

Для Лукьяненко, если обратите внимание, вообще самый лучший и правильный образ - это наиболее близкий к нему самому. Человек лучше инопланетянина, белый лучше цветного, русский лучше иностранца, азиат еще лучше и умнее европейца, и так далее.
Психологически это можно классифицировать как наличие скрытых комплексов в сочетании с завышенной самооценкой.

Когда человек является сам для себя наивысшим эталоном, под который стоит подгонять остальных, - вот это плохо.

[deyatinor.livejournal.com]

У Лукьяненко есть и более впечатляющие примеры, хоть и менее известные.
Например, у него есть рассказ "Визит" из ранних. Главный герой - фантастический спецсназовец, который перестрелял всех своих друзей и любимую женщину за то, что они в разные моменты устав нарушали. Его единственная радость - это сон, в котором все они живы, радостно его встречают, любят и слушаются (только ничего не помнят). Перелом рассказа - когда один из его убитых друзей ненадолго вспоминает, что именно ГГ его убил и пытается совершить на него покушение. После чего ГГ начинает пить снотворное лошадиными дозами, чтобы не встречаться со своими друзьями и не сталкиваться с последствиями своих действий.

[lighty-stork.livejournal.com]

Но при том автор видит персонажа хорошим человеко - а это точно? Ну, что автор видит?
В метафизике Дозоров "сила ночи, сила дня - одинакова фигня", энергию людей жрут все иные, а вся "доброта" светлых объясняется тем, что оным светлым надо кушать. Выбор "Свет - Тьма", помнится, зависел от настроения в миг инициации, а не от хорошести/плохости.
Хорошие там долго не живут - как тот целитель, лечивший в полную силу.

...а вот о чём может говорить повторяющаяся из книги в книгу концепция "мир УГ, люди сволочи"?..

[alfare.livejournal.com]

Спасибо, что расшифровали вашу мысль о том, как Лукьяненко проявляется в своих текстах. Было интересно понять, что именно имелось в виду, но я слишком давно читал его книги, чтобы почувствовать это. Вроде бы я видел это всё раньше, читая его книги, но понимал по-другому - и говорил: что Лукьяненко плох для меня тем, что для него созданные миры и персонажи (кроме тех, которые у него отождествляются с его собственным "я") - это исключительно инструменты, они не живые, и когда нужно сделать что-то для интересного сюжета - автор, ничуть не испытывая по этому поводу страданий, делает, а это, по-моему, неправильно. Ну, я не имею в виду, что автор не имеет права, например, убивать героев, но как-то очень чувствуется, что их страдания для него - тоже инструмент. Это... не знаю, так говорили об Уайльде, непример, что он изменился после тюрьмы и эстетическое упоение от описываемых страданий у него стало вполне настоящим, но, кажется, у Уайльда и в ранних вещах было всё же вполне живое отношение к персонажам.

Но возможно, я всё-таки говорю о другом, о других проявлениях автора в книгах Л.?

[belchester.livejournal.com]

А меня, помню, очень коробило, что лицензии на «законные жертвы» вампира, согласовывают и Светлые тоже. На мой взгляд, они там пачками должны бы развоплощаться…
Вон как трогательно Егору «блат» обещали: что и он, и его родители больше в списках не появятся (потому что – Иной же!)
Или то, что «баланс по магам» перекосится может быть основанием для ликвидации ребенка (Антон вполне спокойно это предположил, кстати, – видно, были прецеденты).
Прямо даже удивительно, что нашелся только один совестливый, кто развоплотился сам за все это время. И даже он развоплотился не потому, что убил _невиновную_ (в том, в чем он ее обвинял, по крайней мере), а потому что – как бы любимую…