![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
В чем проблема с русским национализмом
В дружественных блогах часто звучит вопрос:почему на Майдане кричат "Мы нация!" и это сплачивает людей, а если на Болотной закричать "Мы нация!", от тебя шарахнутся как от чумного.
Чтобы ответить на этот вопрос, нужно рассмотреть проблему в свете исторического развития.
Национализм - движение романтической эпохи. Во времена Просвещения гораздо более важным вопросом было подданство, а раньше, в Средние века - принадлежность к определенной группе, цеху, сословию. Но эпоха романтизма открыла людям их собственную, личную и национальную идентичность.
У русских и украинцев это случилось примерно в одно и то же время. Сейчас трудно себе представить чувство, с которым граф Толстой воскликнул, прочитав Карамзина: "У меня есть Отечество!", но Карамзин подарил это чувство многим. И примерно тогда же печаталась"Энеида" Котляревского.
Но в чем заключалась разница между этими национализмами еще при рождении? Русский национализм был имперским, украинский - нет.
А вся свинцовая прелесть имперского национализма состоит в том, что он рассматривает титульную нацию не как ЦЕЛЬ строительства империи - а как СРЕДСТВО. И это без исключений, в Германии, Японии, Австро-Венгрии, Китае было то же самое. Целью всегда является расширение границ, захват новых земель и прочие крутые проекты, а все народы - только средство, но в первую очередь титульный народ. Расширяя и захватывая, империя не считается с его лишениями и жертвами, а расплачивается за это ощущением превосходства и гордости за принадлежность к титульной нации. То есть, по сути дела, воздухом.
Причем нетитульные национальные элиты на этапе захвата могут рассматриваться как цель. И им даются привилегии, немыслимые для титульной нации. Но как только интеграция в империю завершается, на эти элиты обрушивается весь гнев, накопленный титульным народом за годы фрустрации и лишений.
То есть, русский национализм в том виде, в котором он развивался в начала 19 века, с самого начала был обречен на шизофрению: нормальный русский человек не мог не видеть ужасного положения, в котором находится русский народ, но не мог и возвысить голос против этого кошмара: Империя тут же брала за горло своей мозолистой рукой. То есть, хвалить русский народ и превозносить его до небес - это сколько влезет, а сказать: что за хрень, мы же держим этот народ в рабстве! - не сметь.
Империя не против национализма, она его поддерживает двумя руками и делает из него штандарт - но при одном условии: это чувство "породнения с народом" не должно никакого отношения иметь к реальному народу; делать что-либо для улучшения его положения моно только осторожно, с высочайшей санкции, под жесточайшим контролем - то есть, через жопу.
Есть мнение, что русский национализм оклеветали проклятые либералы, приравняли к фашизму и сделали непопулярным. Фигня. Любому человеку, у которого мозги на месте, очевидно, что русский национализм в той части, в которой его одобряет Империя, сам себя дискредитировал, сошел на пустозвонство и бряцание кимвалов, а в той части, где живые люди что-то делают для живых людей, Империя его прессует как бульдозер, загоняя на край - а те, кто живут на краю, недаром называются маргиналами, там полно всяких фриков от Лимонова до Энтео, которые опять-таки успешно дискредитируют все двиежние в целом.
И ни хрена не изменилось за двести лет. Ни хрена. По-прежнему российское руководство одной рукой поднимает националистический дискурс на штандарт, а другой душит все живое, что появляется в русском националистическом движении.
Поэтому вменяемым русским людям трудно кричать "Мы - нация!": это неизбежно придется кричать в такт с чекистами и фриками, а кому же хочется...
"Окраинный" национализм целен: любой, кто делает шаг в этом направлении,тем самым уже отвергает империю. Ирландскому или украинскому патриоту не нужно было разрываться между лояльностью народу и лояльностью Империи: Империя сама отторгала его, хотел он того или нет. Он не мог видеть в своем народе средство достижения великих целей, потому что целью был сам народ, его освобождение.
Русским националистам пришло время окончательно определиться: что им нужно, нация или империя.
Потому что и то и другое не получится сохранить. Российская империя всегда будет рассматривать русский народ как средство. Имперские власти всегда будут носиться к русским как оккупанты к завоеванной нации.
Всегда. Никаких иллюзий тут быть не может. Даже если вы уберете Путина и выберете себе "хорошего царя", вы будете для него средством в построении его проектов. В империях по-другому не бывает.
В ИМПЕРИЯХ ПО-ДРУГОМУ НЕ БЫВАЕТ.
И если вы определились с выбором и сказали "нация" - то вторым шагом должно быть полное, безоговорочное отвержение имперского дискурса.
Я понимаю, что это тяжело, это практически невозможно, это как нарцисса попросить отказаться от комплекса величия. Хуже вышивания, как заметил шварцевский Ланцелот. Но если этого не сделать, у вас никогда не получится сказать "Мы - нация" хором в миллион глоток.
Чтобы ответить на этот вопрос, нужно рассмотреть проблему в свете исторического развития.
Национализм - движение романтической эпохи. Во времена Просвещения гораздо более важным вопросом было подданство, а раньше, в Средние века - принадлежность к определенной группе, цеху, сословию. Но эпоха романтизма открыла людям их собственную, личную и национальную идентичность.
У русских и украинцев это случилось примерно в одно и то же время. Сейчас трудно себе представить чувство, с которым граф Толстой воскликнул, прочитав Карамзина: "У меня есть Отечество!", но Карамзин подарил это чувство многим. И примерно тогда же печаталась"Энеида" Котляревского.
Но в чем заключалась разница между этими национализмами еще при рождении? Русский национализм был имперским, украинский - нет.
А вся свинцовая прелесть имперского национализма состоит в том, что он рассматривает титульную нацию не как ЦЕЛЬ строительства империи - а как СРЕДСТВО. И это без исключений, в Германии, Японии, Австро-Венгрии, Китае было то же самое. Целью всегда является расширение границ, захват новых земель и прочие крутые проекты, а все народы - только средство, но в первую очередь титульный народ. Расширяя и захватывая, империя не считается с его лишениями и жертвами, а расплачивается за это ощущением превосходства и гордости за принадлежность к титульной нации. То есть, по сути дела, воздухом.
Причем нетитульные национальные элиты на этапе захвата могут рассматриваться как цель. И им даются привилегии, немыслимые для титульной нации. Но как только интеграция в империю завершается, на эти элиты обрушивается весь гнев, накопленный титульным народом за годы фрустрации и лишений.
То есть, русский национализм в том виде, в котором он развивался в начала 19 века, с самого начала был обречен на шизофрению: нормальный русский человек не мог не видеть ужасного положения, в котором находится русский народ, но не мог и возвысить голос против этого кошмара: Империя тут же брала за горло своей мозолистой рукой. То есть, хвалить русский народ и превозносить его до небес - это сколько влезет, а сказать: что за хрень, мы же держим этот народ в рабстве! - не сметь.
Империя не против национализма, она его поддерживает двумя руками и делает из него штандарт - но при одном условии: это чувство "породнения с народом" не должно никакого отношения иметь к реальному народу; делать что-либо для улучшения его положения моно только осторожно, с высочайшей санкции, под жесточайшим контролем - то есть, через жопу.
Есть мнение, что русский национализм оклеветали проклятые либералы, приравняли к фашизму и сделали непопулярным. Фигня. Любому человеку, у которого мозги на месте, очевидно, что русский национализм в той части, в которой его одобряет Империя, сам себя дискредитировал, сошел на пустозвонство и бряцание кимвалов, а в той части, где живые люди что-то делают для живых людей, Империя его прессует как бульдозер, загоняя на край - а те, кто живут на краю, недаром называются маргиналами, там полно всяких фриков от Лимонова до Энтео, которые опять-таки успешно дискредитируют все двиежние в целом.
И ни хрена не изменилось за двести лет. Ни хрена. По-прежнему российское руководство одной рукой поднимает националистический дискурс на штандарт, а другой душит все живое, что появляется в русском националистическом движении.
Поэтому вменяемым русским людям трудно кричать "Мы - нация!": это неизбежно придется кричать в такт с чекистами и фриками, а кому же хочется...
"Окраинный" национализм целен: любой, кто делает шаг в этом направлении,тем самым уже отвергает империю. Ирландскому или украинскому патриоту не нужно было разрываться между лояльностью народу и лояльностью Империи: Империя сама отторгала его, хотел он того или нет. Он не мог видеть в своем народе средство достижения великих целей, потому что целью был сам народ, его освобождение.
Русским националистам пришло время окончательно определиться: что им нужно, нация или империя.
Потому что и то и другое не получится сохранить. Российская империя всегда будет рассматривать русский народ как средство. Имперские власти всегда будут носиться к русским как оккупанты к завоеванной нации.
Всегда. Никаких иллюзий тут быть не может. Даже если вы уберете Путина и выберете себе "хорошего царя", вы будете для него средством в построении его проектов. В империях по-другому не бывает.
В ИМПЕРИЯХ ПО-ДРУГОМУ НЕ БЫВАЕТ.
И если вы определились с выбором и сказали "нация" - то вторым шагом должно быть полное, безоговорочное отвержение имперского дискурса.
Я понимаю, что это тяжело, это практически невозможно, это как нарцисса попросить отказаться от комплекса величия. Хуже вышивания, как заметил шварцевский Ланцелот. Но если этого не сделать, у вас никогда не получится сказать "Мы - нация" хором в миллион глоток.
no subject
1. " Мы их своими считаем". А они вас своими считают? Смотрите: я киевлянин. У меня русская фамилия. У меня первый язык - русский и на нем же я общаюсь в быту. Впрочем, в Киеве уличная речь почти полностью русская, но это не мешает "Свободе" собирать у нас обильный электоральный урожай, не хуже, чем во Львове. А вот всякие "русские блоки", "союзы" и прочие московские запроданцы ютятся где-то на последних строках рейтингов, с результатами во много раз меньшими, чем статпогрешность. Что мне мешает сказать "я - русский"? Только одно: я - украинец. Я свое личное благо и благо моих потомков связываю с процветанием не какой-либо иной державы, а рідної незалежної України и лучше я буду сиротой, чем признаю за родню тех, кто хочет ее "расчленять", "отторгать" или "раскалывать".
Что до трений - объясните мне, может я чего не понимаю. Укажите хоть один возможный предмет этих трений, но такой, чтобы трение происходило по линии этнос-этнос, а не государство-государство. Например: между арабами и евреями проходит трение именно по этой линии. Арабам их вера предписывает обращать в ислам всех неверных или облагать их доп.налогом джизьей или убивать. Евреям ни то ни другое ни третье не нравится. Конфликт не возник с появлением Израиля и не исчезнет с его исчезновением. Это конфликт этнос-этнос или, точнее, религия-религия. Он сойдет на нет с распространением на бл. Востоке идей секуляризма.
А вот конфликт вокруг Бронзового Солдата в Таллине - чисто политический. Одно государство не желает видеть символ оккупации на главной площади, другое настаивает на том, что он должен оставаться на прежнем месте. Приплетение же к вопросу могилы - вообще мимо тазика. В конце концов солдатские кости торжественно водворили в самое подходящее для них место - на воинское кладбище. Тот факт, что на стороне России выступили не какие-нибудь граждане Эстонии, а русскоязычные, указывает всего лишь на то, что вербовать приспешников Москве удобнее именно в этой среде.
Итак, пример конфликта этнос-этнос между русскими и украинцами? Лично я заявляю: тут делить нечего. Хочешь есть щи и запивать водкой вместо борща и горилки соответственно - валяй. Изъясняйся на языке
БарковаПушкина, носи косоворотку, играй на гуслях и балалайке, молись Боженьке как нравится и т.д. Украина - свободная страна. Покуда твоя практика никого не ущемляет, хоть на ушах ходи, демонстрируя национальную идентичность.В Киеве почему-то даже чеченцы эти правила признают.
2. "Любое государство (...) имеет какие-то интересы в соседних странах (...) и стремится так или иначе влиять на соседей."
Верно. Но способы влияния подразделяются на приемлемые по международному праву и обычаям и недостойные. Например, вы можете сколько угодно торговаться в лавке, добиваясь снижения цены. Но попробуйте пригрозить лавочнику пистолетом. Так вот, имперство - не всякая попытка отстаивать национальные интересы, а только такая, которая, в конце концов, апеллирует к праву сильного. Мол мы настолько великие и могучие, что можем наплевать на всеобщее осуждение торговых войн им. Онищенко, закона Димы Яковлева, вторжения на суверенную нидерландскую территорию с угоном населения и т.д.
Одним словом, ведите себя прилично и вас начнут считать за приличных людей.
3. "не то чтобы проблема, но неприятный обертон"
Это уже очевидный неконструктив. Когда вам сосед шепчет "у вас ширинка расстегнута", вы тоже спрашиваете "а ты по какому праву нас поучаешь?" :-))