That's how it comes to end
Я: "Ну каких таких "других ученых" не отмазал Папа? По именам?"
Оппонент: Увы, их имена в истории не сохранились - потому как раз, что он их не отмазал. Страх перед наказанием (не важно, божьим или человечьим) мешает думать. В этом - основная проблема инквизиции, церкви и религии.
Он же: Про инквизицию - достаточно "Молот ведьм" почитать. Ну, и выдержки из процессов. И на результаты посмотреть. Как народу-то поредело в Европе...
И так почти всегда: люди, не верящие в Бога, охотно верят в миллионы загубленных инквизицией ведьм и тысячи ученых, имена которых не схранились, потому что их не отмазал Папа.
Честертон прав: если человек не верит в Бога - это в основном значит, что он верит во всякую хрень.
Оппонент: Увы, их имена в истории не сохранились - потому как раз, что он их не отмазал. Страх перед наказанием (не важно, божьим или человечьим) мешает думать. В этом - основная проблема инквизиции, церкви и религии.
Он же: Про инквизицию - достаточно "Молот ведьм" почитать. Ну, и выдержки из процессов. И на результаты посмотреть. Как народу-то поредело в Европе...
И так почти всегда: люди, не верящие в Бога, охотно верят в миллионы загубленных инквизицией ведьм и тысячи ученых, имена которых не схранились, потому что их не отмазал Папа.
Честертон прав: если человек не верит в Бога - это в основном значит, что он верит во всякую хрень.

no subject
Моя реплика: "Аргументы на уровне... нет, не детского сада, все-таки повыше, но на уровне третьего класса школы".
Ваша реплика: "Вы говорите, что доводы против любви к христианам - на уровне детского сада".
Во-первых, говорит не Моррет, а я. Во-вторых, мои слова как раз говорили о том, что доводы наших оппонентов на уровне _выше_ детского сада. И этот Ваш метод ведения спора еще раз доказывает Вашу несостоятельность как оппонента, поскольку, что бы Вам ни говорили, Вы будете передергивать и перевирать слова, не укладывающиес в Вашу систему мушлени.
2. На столь примитивные аргументы, как Ваши, я могу ответить лишль столь же примитивным аргументом: мы не сто баксов, чтобы всем нравиться. В особенности тем, кто привык хорошее отношение измерять именно в баксовом эквиваленте.