![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Еще немного о "Замке Буврёй"
http://kamsha.ru/konkurs/text/scifi/s11.doc
Центральной интенцией, конечно, было в литературной форме изобразить идиотизм постановки вопроса о "правом деле". Что, собственно говоря, позволило усатому (а Камша и Перумов взяли за слоган слова "Вождя и Учителя", с чем их и поздравляем) говорить о првоте "нашего дела"? Национальная трагедя, которой обернулись первые два года войны для советского народа. В чем она заключалась? В таком терроре немцев на оккупированных территориях, что террор большевиков сразу показался за курорт. Как такой террор оказался возможен? Советские войска отступили на огромной территории. Кто довел армию до такого состояния, что немцы при соотношении сил 1:4 дошли до Волги? Сталище и его присные. И СП Камша&Перумов могут хоть десять конкурсов провести, но с тем фактом, что СССР несет такую же ответственность за МВ2, ничего поделать не смогут.
Вполне, хотя и не в точности, с этим сопоставима ситуация последнего этапа Столетней Войны. Что превратило эту войну для французов в Отечественную (а на последнем этапе она приобрела именно такой характер)? Террор англичан. Что породило этот террор? Массовое сопротивление французов, резко недовольных тем, как быстро и дешево продала их собственная верхушка. Кто довел страну до такого состояния? Клика "арманьяков", на стороне которых, собственно, и подняла Жанна свое знамя.
Итак, в обоих случаях мы имеем ситуацию: честный, мужественный и добрый человек до последней капли крови отстаивает дело, во главе которого стоят люди, характеризуемые только матом. Причем если в случае наших дедов-прадедов можно еще как-то сказать, что они больше выиграли, чем проиграли - то в случае французов можно уверенно утверждать: Генрих действительно был бы лучшим королем Франции, нежели Карл. И даже его бедный, на голову хворый сын был бы лучшим королем, чем то сокровище, что унаследовало престол после Карла.
Генрих в этом раскладе представляется мне фигурой гораздо более трагической, чем Жанна. Его интенции, конечно, во многом выдуманы мной, и это несколько облагороженный Генрих, даже не шекспировский, а шекспировский, сыгранный Кеннетом Бранна. Но фактаж мной весь, поелику возможно, соблюден - вплоть до того, что, умирая в Венсенском замке, он действительно видел, _кто_ явился по его душу и отчетливо понимал, почему. Если о ком и можно твердо сказать, что его дорога в ад была вымощена благими намерениями - то именно о Генрихе. Он был совершенно беспросветно обреченный человек с того момента, как его отец поднял мятеж против Ричарда. Ум, талант, воля, отвага - все это было у Генриха в избытке, и все это было брошено на решение одной задачи: отстаивать право Ланкастеров на престол - а в конечном счете на жизнь, потому что, не захвати они трон и не удержись там - их бы сожрали в два счета. Даже война во Франции служила этой цели - при том что Генрих соверенно искренне намеревался объединить два скипетра.
А самое главное - если кто и мог от всей души начертать на знамени "Наше дело правое" - так это он.
И в самом деле - его отец вырвал Англию из рук бездарной и безответственной клики. Правление Ричарда отбросило ее назад в военном, политическом, экономическом отношении. Возможность французского десанта была совершенно реальной, французы действительно предприняли такую попытку во время восстания Оуэна Глендоуэра. Ланкастеры подняли Англию с колен, подавили мятежи магнатов, укрепили границы, возродили армию. И еще - Генрих был патриотом. Это первый король Англии, который ведет свою деловую переписку и составляет указы на английском языке. Король, который в своих реляциях взывает к национальному чувству англичан.
Его будущие противники из лагеря арманьяков - полная его противоположность. В борьбе за власть идет в ход все, вплоть до продажи страны англичанам - именно арманьяки первыми зовут англичан, бургиньоны всего лишь успевают их вовремя перекупить. Генрих, планируя экспедицию во Францию, явно не рассчитывает, что за уродов, ввергнувшщих страну в хаос гражланской войны, кто-то будет сражаться.
А вот поди ж ты.
Почему же дело Жанны правое, а дело арманьяков - нет, если сражается она в конечном счете за арманьяков, и именно их кандидата возводит на престол?
И тут мы оказываемся перед вопросом не политической или идеологической - а экзистенциальной правоты. Дело Жанны правое, проще говоря, потому что Жанна не замарала себя ничем. На протяжении своей короткой военной карьеры она как будто взялась опровергнуть делом все расхожие максимы кухонных наполеонов - и что жестокость побеждается большей жестокостью, и что без грабежей и насилий не обойтись, на террор нужно отвечать террором и прочая и прочая. Она просто поступает всегда так, как того требует совесть (а Бессон пусть убирается в дупу) - в то время как Генрих, следуя благим намерениям, идет с совестью на компромиссы. Бескомпромиссность приводит Жанну на костер, компромиссы закодят Генриха в огонь куда более страшный. А в целом Столетнюю войну проиграли обе страны - и по англичанам оно больно вдарило в ближайшей перспективе, а по французам - в более отдаленной.
И тем не менее, историк Марк Блок (патриот Франции, еврей, руководивший региональной секцией Сопротивления и расстрелянный гестаповцами) пишет: «Две категории французов никогда не поймут истории Франции: те, кого не волнует память о коронации в Реймсе, и те, кто без трепета читает о празднике Федерации». Коронация в Реймсе - это вот та самая коронация, которую Жанна считала первым этапом своей миссии. Карл был слабак и сукин сын, Жанну он предал - но он был гораздо более инструментом в ее руках, чем она - в его. Она лицо активное, он - страдательное. Она изменяет положение дел, он - тот, чье положение подвергается изменениям. Она - героиня драмы, он - персонаж второго плана. Дело ли право? Нет, руки, делающие дело.
Центральной интенцией, конечно, было в литературной форме изобразить идиотизм постановки вопроса о "правом деле". Что, собственно говоря, позволило усатому (а Камша и Перумов взяли за слоган слова "Вождя и Учителя", с чем их и поздравляем) говорить о првоте "нашего дела"? Национальная трагедя, которой обернулись первые два года войны для советского народа. В чем она заключалась? В таком терроре немцев на оккупированных территориях, что террор большевиков сразу показался за курорт. Как такой террор оказался возможен? Советские войска отступили на огромной территории. Кто довел армию до такого состояния, что немцы при соотношении сил 1:4 дошли до Волги? Сталище и его присные. И СП Камша&Перумов могут хоть десять конкурсов провести, но с тем фактом, что СССР несет такую же ответственность за МВ2, ничего поделать не смогут.
Вполне, хотя и не в точности, с этим сопоставима ситуация последнего этапа Столетней Войны. Что превратило эту войну для французов в Отечественную (а на последнем этапе она приобрела именно такой характер)? Террор англичан. Что породило этот террор? Массовое сопротивление французов, резко недовольных тем, как быстро и дешево продала их собственная верхушка. Кто довел страну до такого состояния? Клика "арманьяков", на стороне которых, собственно, и подняла Жанна свое знамя.
Итак, в обоих случаях мы имеем ситуацию: честный, мужественный и добрый человек до последней капли крови отстаивает дело, во главе которого стоят люди, характеризуемые только матом. Причем если в случае наших дедов-прадедов можно еще как-то сказать, что они больше выиграли, чем проиграли - то в случае французов можно уверенно утверждать: Генрих действительно был бы лучшим королем Франции, нежели Карл. И даже его бедный, на голову хворый сын был бы лучшим королем, чем то сокровище, что унаследовало престол после Карла.
Генрих в этом раскладе представляется мне фигурой гораздо более трагической, чем Жанна. Его интенции, конечно, во многом выдуманы мной, и это несколько облагороженный Генрих, даже не шекспировский, а шекспировский, сыгранный Кеннетом Бранна. Но фактаж мной весь, поелику возможно, соблюден - вплоть до того, что, умирая в Венсенском замке, он действительно видел, _кто_ явился по его душу и отчетливо понимал, почему. Если о ком и можно твердо сказать, что его дорога в ад была вымощена благими намерениями - то именно о Генрихе. Он был совершенно беспросветно обреченный человек с того момента, как его отец поднял мятеж против Ричарда. Ум, талант, воля, отвага - все это было у Генриха в избытке, и все это было брошено на решение одной задачи: отстаивать право Ланкастеров на престол - а в конечном счете на жизнь, потому что, не захвати они трон и не удержись там - их бы сожрали в два счета. Даже война во Франции служила этой цели - при том что Генрих соверенно искренне намеревался объединить два скипетра.
А самое главное - если кто и мог от всей души начертать на знамени "Наше дело правое" - так это он.
И в самом деле - его отец вырвал Англию из рук бездарной и безответственной клики. Правление Ричарда отбросило ее назад в военном, политическом, экономическом отношении. Возможность французского десанта была совершенно реальной, французы действительно предприняли такую попытку во время восстания Оуэна Глендоуэра. Ланкастеры подняли Англию с колен, подавили мятежи магнатов, укрепили границы, возродили армию. И еще - Генрих был патриотом. Это первый король Англии, который ведет свою деловую переписку и составляет указы на английском языке. Король, который в своих реляциях взывает к национальному чувству англичан.
Его будущие противники из лагеря арманьяков - полная его противоположность. В борьбе за власть идет в ход все, вплоть до продажи страны англичанам - именно арманьяки первыми зовут англичан, бургиньоны всего лишь успевают их вовремя перекупить. Генрих, планируя экспедицию во Францию, явно не рассчитывает, что за уродов, ввергнувшщих страну в хаос гражланской войны, кто-то будет сражаться.
А вот поди ж ты.
Почему же дело Жанны правое, а дело арманьяков - нет, если сражается она в конечном счете за арманьяков, и именно их кандидата возводит на престол?
И тут мы оказываемся перед вопросом не политической или идеологической - а экзистенциальной правоты. Дело Жанны правое, проще говоря, потому что Жанна не замарала себя ничем. На протяжении своей короткой военной карьеры она как будто взялась опровергнуть делом все расхожие максимы кухонных наполеонов - и что жестокость побеждается большей жестокостью, и что без грабежей и насилий не обойтись, на террор нужно отвечать террором и прочая и прочая. Она просто поступает всегда так, как того требует совесть (а Бессон пусть убирается в дупу) - в то время как Генрих, следуя благим намерениям, идет с совестью на компромиссы. Бескомпромиссность приводит Жанну на костер, компромиссы закодят Генриха в огонь куда более страшный. А в целом Столетнюю войну проиграли обе страны - и по англичанам оно больно вдарило в ближайшей перспективе, а по французам - в более отдаленной.
И тем не менее, историк Марк Блок (патриот Франции, еврей, руководивший региональной секцией Сопротивления и расстрелянный гестаповцами) пишет: «Две категории французов никогда не поймут истории Франции: те, кого не волнует память о коронации в Реймсе, и те, кто без трепета читает о празднике Федерации». Коронация в Реймсе - это вот та самая коронация, которую Жанна считала первым этапом своей миссии. Карл был слабак и сукин сын, Жанну он предал - но он был гораздо более инструментом в ее руках, чем она - в его. Она лицо активное, он - страдательное. Она изменяет положение дел, он - тот, чье положение подвергается изменениям. Она - героиня драмы, он - персонаж второго плана. Дело ли право? Нет, руки, делающие дело.
Незамаранные руки и дилемма короля
НО! Сожжение Жанны по обвинению в ереси никак не помогло королю в борьбе со "знаменем", хотя в рассказе и король, и Жанна соглашаются на том, что "это может сработать".
Хотя нет. Хорошо не все.
Re: Незамаранные руки и дилемма короля
Не мог. Это означало бы, что французы ведут справедливую войну - а ему позарез самому нужно было верить в то, что его война справедлива.
Ясный пень, речь о Генрихе-персонаже.
Как вариант...
Re: Как вариант...
А какая собака этому бы поверила?
Могло сработать
Re: Могло сработать
И слухи об английском убийстве были бы гораздо громче, чем любые речи.
После подвига св. Жанны англичан во Франции не могло спасти НИЧТО.
Re: Могло сработать
Ну - ну.Грызлись между собой побольше чем с агличанами. Арманьяки и бургуньоны опять же. Ктому же многие бы поверили, посколько имели представление о характере Карла.
Опять же если бы англий скими войсками командавал Генрих кто знает что бы было. Bпрочрм это только предположения, история как говориться не терпит сосслагательного наклонения
Re: Могло сработать
Ну, это вы сильно преувеличиваете.
"Арманьяки и бургуньоны опять же"
Бургундцы, мягко говоря, считали себя несовсем французами.
Да и то, в итоге-то Карл их к союзу против англичан пристегнул.
А Генрих командир был неплохой. Но к тому времени у него была бы под ногами не спокойная оккупированная Франция, а "пожар на торфянике".
Как раз во-многом благодаря св. Жанне.
При разработанной под конец войны французской тактике и организации войска - мало у него вариантов даже в поле.
Да и вообще французы могли (как и раньше) избегать полевых сражений, высылая несколько армий и захватывая города при помощи восстаний изнутри и натиска снаружи.
Re: Могло сработать
Как пристегнулись так бы и отстегнулись.
А если учитывать то что многие шли не за Карлом а за Жанной, да после слухов про то что Карл здал Жанну, то вероятность раскола среди французов была бы велика.
При войне против нескольких враждующих фракций у англичан был бы шанс на победу.
Re: Могло сработать
Ну, не отсегнулись же.
"А если учитывать то что многие шли не за Карлом а за Жанной, да после слухов про то что Карл здал Жанну, то вероятность раскола среди французов была бы велика."
Повторю, запуск слуха не означает его успешного распространения. Тем более в неискаженном виде.
Опять же "многие шли за Жанной, которая шла за Карла". Дело французов (короля Карла) к тому времени уже было освящено гибелью св. Жанны.
"При войне против нескольких враждующих фракций у англичан был бы шанс на победу."
Пока не появилась св. Жанна.
Re: Могло сработать
Напоминаю что мы говорим про альтернатвный вариан розвития событий при котором король Генрих жив, вместо процеса по обвинению в ереси проишодит гибель Жанны в стычке, Генрих обьявляет цто король Карл сам подставил Жанну.
* Пока не появилась св. Жанна *
Жанна сплотла французов, которые поже не приняли утверждение в её ереси и продолжали считать её святой. Сомнительно что они бы продолжили сражаться за короля который выдал святую врагам.
Re: Могло сработать
И что? Он и договор в Труа с безумным королем Карлом Шестым заключил. Это его спасло?
Кто ему поверит?
"Жанна сплотла французов, которые поже не приняли утверждение в её ереси и продолжали считать её святой. Сомнительно что они бы продолжили сражаться за короля который выдал святую врагам."
Сомнительно, чтобы французы поверили в то, что дело св. Жанны лишено смысла из-за каких-то слухов, распущенных англичанами.
Re: Могло сработать
Это к тому, что дело Жанны -- это дело освобождения Франции, а не дело посадения Карла на престол -- ему не было особой альтернативы. Англичане бы проиграли в любом случае, это правда, но Карл мог бы и не выиграть, пойди Франция... да хоть за Орлеанским домом, например, потому, что Карл был бы дискредитирован предательством.
Re: Могло сработать
Re: Могло сработать
Но главная была все же в действиях самого Эдуарда Первого -- после Бервика мало кому в Шотландии не было понятно, что "хороший англичанин = мертвый англичанин". Народ просто не сразу поставил независимость страны в абсолютный приоритет над своими амбициями... так то и понятно. А как поставили -- и Эдуард Первый ни фига бы не удержал.
Что в поэтическом смысле правильно -- мужик был редкой даже по понятиям того времени сволочью, и дело Шотландии было правым однозначно.
Re: Могло сработать
Re: Могло сработать
Это если образно выразить разницу между ним и св. Жанной.
Жанна просто по спорам и ажиотажу, вызванным ее появлением (просто появлением, еще до всяких побед) - занимала гораздо более высокое положение в умах французов, чем Уоллес - в умах шотландцев.
Уоллес - крутой герой, Жанна - Дева-спасительница. Вот в чем разница.
И Дева-спасительница поддержала (более того, короновала) законного дофина против короля ложного - англичанина-Ланкастера (в реале - Генриха Шестого, в рассказе - Генриха Пятого).
Чего стоят в сравнении с этим для французов (в том числе и для представителей Орлеанского дома, которые сражались вместе с Жанной) какие-то речи англичан? Никакая дискредитация тут бы не помогла.
Собственно она была послана для исполнения миссии - она ее исполнила. И после этого англичанам уже не светило.
Re: Могло сработать
Я к тому, что могло спокойно не светить Карлу. Блин, он ПРЕДАЛ святую спасительницу врагу -- куда уж дальше! И оный Орлеанский дом, при определенных обстоятельствах, мог бы и припомнить, что у них прав на трон не меньше, а то и побольше будет, учитывая.
Re: Могло сработать
Re: Могло сработать
Re: Могло сработать
Re: Могло сработать
Остальное было делом техники.
Re: Могло сработать
После подвига св. Жанны англичан во Франции не могло спасти НИЧТО.
*****
Да, согласен. Думаю это было переломным моментом формирования национального самосознания. Потомки франко-нормандских динайстий по обеим берегам пролива могли продолжать думать, что это просто набор феодальных владений, и нет особой разницы на острове или на материке, но реально это уже были две отдельные нации, французов и англичан. Так что объединить два трона на долгое время все равно бы не получилось уже.
Re: Как вариант...
стратегия Бедфорда была ошибочной - попытка воспроизвести в масштабе Франции завоевание Генрихом Нормандии. Это оказалось слишком медленной затеей, факторы действовавшие в пользу англичан переставали работать ( например, стала угасать ненависть бургундцев к арманьякам и их герцога к дофину ). думаю даже старый добрый шевош к югу от Луары, в духе Черного принца, окночательно уронил бы и без того шаткий авротитет дофина ниже плинтуса. впрочем, Гарри Пятый мог бы и получе шевоша что нибудь изобрести.
Re: Как вариант...
Да поймите
У лагеря дофина не хватало духу развернуть наступление - для этого понадобилась Жанна. А в обороне они были очень хороши, особенно после того как всех идйотов порубили при Азенкуре.
Re: Да поймите
Кстати, и Пуатье - та же история.
Что во многом дух французов и подорвало.