Что меня всегда изумляло в "Унесенных ветром" -
- это одна из финальных реплик Ретта:
"-- Дорогая моя, вы такое дитя... Вам кажется, что если вы сказали: "мне
очень жаль", все ошибки и вся боль прошедших лет могут быть перечеркнуты,
стерты из памяти, что из старых ран уйдет весь яд..."
Вам наверняка хотелось хоть раз в жизни оказаться на месте одного из героев любимой книги и поступить _иначе_? Так вот, мне хотелось бы на месте Скарлетт закричать:
- Да! Конечно же, да! А что еще может быть нужно? Сто земных поклонов? Белый бык с золочеными рогами, сожженный на алтаре? Почему бы не простить человека, который просит о прощении?
"-- Дорогая моя, вы такое дитя... Вам кажется, что если вы сказали: "мне
очень жаль", все ошибки и вся боль прошедших лет могут быть перечеркнуты,
стерты из памяти, что из старых ран уйдет весь яд..."
Вам наверняка хотелось хоть раз в жизни оказаться на месте одного из героев любимой книги и поступить _иначе_? Так вот, мне хотелось бы на месте Скарлетт закричать:
- Да! Конечно же, да! А что еще может быть нужно? Сто земных поклонов? Белый бык с золочеными рогами, сожженный на алтаре? Почему бы не простить человека, который просит о прощении?

no subject
Дело не в прощении. Дело в том, что этот попрыгун не может даже как мужик за базар ответитить. Встретиться со мной или с Куртом на выбор. Тут нет ничего трудного, это любой малолетний гопник умеет. Этой балаболке судить об Ольгиных раскаяниях? Вердикт выносить?
Пусть сначала в лицо повторит Алесю или мне, что мы "нацистская мразь". Всего-то.