По материалам
http://www.livejournal.com/users/ozoya/152181.html
Пока не попала в схожую ситуацию - не понимала, как это женщины могут мстить мужьям через детей. Как вообще рука поднимается и язык поворачивается.
Сейчас - о да, понимаю. Жить с ощущением невынутой занозы, с постояной головной болью о том, "как мы будем завтра" - и при этом думать: он свободен и счастлив... Да не имеет он права быть счастливым. И дети - единственный способ вогнаь ему шпилю туда, куда он заслуживает. Чтобы они отвернулись, чтобы они ему сказали: уйди, не знаем тебя. Это скверное утешение, но это утешение. Я думаю, Алиенора Аквитанская немного повеселилась, глядя на озадаченного выходсками сыновей мужа.
Пока не попала в схожую ситуацию - не понимала, как это женщины могут мстить мужьям через детей. Как вообще рука поднимается и язык поворачивается.
Сейчас - о да, понимаю. Жить с ощущением невынутой занозы, с постояной головной болью о том, "как мы будем завтра" - и при этом думать: он свободен и счастлив... Да не имеет он права быть счастливым. И дети - единственный способ вогнаь ему шпилю туда, куда он заслуживает. Чтобы они отвернулись, чтобы они ему сказали: уйди, не знаем тебя. Это скверное утешение, но это утешение. Я думаю, Алиенора Аквитанская немного повеселилась, глядя на озадаченного выходсками сыновей мужа.

no subject
Хотя, не смотрели американский ужастик "Темная вода"? Фильм как раз по теме...
no subject
Или вот моя по врзвращении из Болгарии получила от отца в подарок навороченный мобильный телефон, а от меня - котенка-брелок и подставку для карандашей. "Мама, я твоего котика тоже очень люблю". Она понимает, что ее пытаются купить.
no subject
Ну а насчет телефона, я бы была только рада, что ребенок будет иметь хорошую вещь, а маме не надо на нее тратится. Понимаешь, у людей головы по-разному устроены, то что для одних будет искренней формой проявления любви, другим будет казаться попыткой эту любовь купить. Ну и эта не та сфера, где стоит соревноваться, имхо. :)
no subject
Потому, что довелось стоять между людьми, которых люблю обоих. И которые при этом оба очень старались меня не впутывать. Действительно очень. Все равно ужасно - а мне было двадцать, не пять и не восемь.