![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Тело как поле битвы
Вираго тут придумала очень простой тест на мизогинию для мужчин-христиан.
(Почему христиан? А потому что светский людоед может быть вполне последовательным женоненавистником и тут ему нечего противопоставить кроме "ну ты мудак" - а христианину придется изрядно полицемерить, чтобы оставаться на этой позиции, он по идее обязан людей любить и зло не приумножать.)
Как проверить себя, действительно ли тебе жаль нерожденных младенцев или ты просто смотришь на женщин как на расходный материал в деле достижения тобой святости?
Берешь и принимаешь простое решение: завтра сдаю сперму в банк, чтобы супруга могла забеременеть, когда мы оба того захотим/будем готовы, а после – делаю перевязку семенных канальцев. И с тех пор жена, возлюбленная, любая женщина, с которой искушение сведет, навсегда избавлена от риска сделать аборт, а ребенок у нас появится только желанный и по обоюдному согласию.
Готовы ли вы принять такое решение всерьез и осуществить его? Готовы ли пропагандировать его среди мужчин, как наилучшее разрешение проблемы абортов? Готовы ли поддерживать государственную программу стерилизации мужчин и банков спермы на законодательном уровне?
Или в голове у вас вот тут же, пока вы это читаете, фейерверком вспыхивают возражения:
«А почему я?»
«Это же дорого!»
«А если операция пойдет не так?»
«Это же навсегда!»
«И дорого!»
«И больно, наверное!»
«Нет, ну почему я?»
Думаю, вспыхивают.
Даже если вы классный пацан и читаете себя феминистом.
Потому что если вы пацан – вам, скорее всего, абсолютно в новинку идея подвергнуть свое тело необратимым изменениям ради того, чтобы другое человеческое существо было безопасно, счастливо и свободно. Вы росли с мыслью о том, что ваше тело – суверенная территория, на которую никто не может посягать. Идея о донорской презумпции согласия (это когда в законах страны прописано право медиков изымать органы у трупа, не спрашивая согласия родных) встречает в нашем обществе бешеное сопротивление: а вдруг медики злоупотребят? Нидайбох! Это когда о трупе речь, кольми паче самое дорогое отдать заживо в руки врачам-убийцам.
Конечно, будучи христианином, наш пацан нет-нет да обдумывал идею мученичества. Вот придут злые вороги, начнут пытать, требуя отречения от веры – вот тогда-то наш герой и предаст свое тело. Вот ИГИЛ до нас дойдет – тогда да, а так нет.
Женщина – это другое дело, да? Ее тело сам Бог предназначил не быть суверенным, у нее есть матка для вынашивания детей – а значит, ни о какой суверенности быть не может, она «должна» принадлежать этой функции и сводиться к ней. Ну ладно, мы правильные парни, современные, не дикари какие из ИГИЛ, мы ей разрешим в свободное от вынашивания и выкармливания время заниматься какой-то там деятельностью. Может быть, даже богословием, наше великодушие простирается аж вот так далеко. Если у нее все получится, то она сможет на наш бал полюбоваться в окно дворца.
Ну так поздравляю тебя, Шарик, ты ненавидишь женщин.
Вы сейчас начнете отнекиваться, говорить, что любите маму, сестру, жену, и вообще ваши лучшие друзья – женщины. И вообще никакой ненависти к женщинам типа «бить-убивать хочу, кюшать не могу», вы не испытываете.
Понимаете, дорогой, есть ненависть и ненависть. Есть, скажем, громкая – это когда блаженный в поганому смыслі слова Аббатус Моздок орет капслоком, что женщин, покидающих храм в знак протеста, надо живьем в крематорий бросать. И есть ненависть тихая, можно сказать, мировоззренческая, которая формулируется в уголовной мудрости «умри ты сегодня, а я завтра».
Ну, вот эта вторая – она про вас. Ваш «любовь» к женщинам вот этим вот тестом, с которого мы начали, поверяется на раз. Я лично знаю только одного христианина, который всерьез, а не по-маниловски, обдумывал перевязку, и то не в превентивном порядке, а потому что заек уже семеро, а лужайка одна. Одного такого знаю. Остальные рассуждают в духе «дорогая ты такая умная, придумай что-нибудь сама».
Если мысль о превентивной вазектомии рождает в вас внутренний протест, значит, дело ни разу не в бедных нерожденных детишках, которых вам якобы жалко, дело в вашем праве контролировать женские тела – причем не только конкретных жены-сестры-подруги, а женщин вообще, в целом, как пола. Так, пожалуй, даже лучше, потому что конкретная подруга на предложение умереть, но родить, может и сковородой по башке отоварить, а вот сделать рассеянную пакость всем женщинам страны, проголосовав за закон о запрете абортов, куда менее рискованно.
Если вам не хочется подвергать свое драгоценное тело необратимым изменениям ради сохранения жизни нерожденного младенца, но вы считаете себя вправе требовать этого от женщины – то поздравляю, это о вас сказано «связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их…»
И в таком случае в мировом реестре христиан вы занимаете место где-то между Клодом Фролло и Тартюфом.
(продолжение следует)
(Почему христиан? А потому что светский людоед может быть вполне последовательным женоненавистником и тут ему нечего противопоставить кроме "ну ты мудак" - а христианину придется изрядно полицемерить, чтобы оставаться на этой позиции, он по идее обязан людей любить и зло не приумножать.)
Как проверить себя, действительно ли тебе жаль нерожденных младенцев или ты просто смотришь на женщин как на расходный материал в деле достижения тобой святости?
Берешь и принимаешь простое решение: завтра сдаю сперму в банк, чтобы супруга могла забеременеть, когда мы оба того захотим/будем готовы, а после – делаю перевязку семенных канальцев. И с тех пор жена, возлюбленная, любая женщина, с которой искушение сведет, навсегда избавлена от риска сделать аборт, а ребенок у нас появится только желанный и по обоюдному согласию.
Готовы ли вы принять такое решение всерьез и осуществить его? Готовы ли пропагандировать его среди мужчин, как наилучшее разрешение проблемы абортов? Готовы ли поддерживать государственную программу стерилизации мужчин и банков спермы на законодательном уровне?
Или в голове у вас вот тут же, пока вы это читаете, фейерверком вспыхивают возражения:
«А почему я?»
«Это же дорого!»
«А если операция пойдет не так?»
«Это же навсегда!»
«И дорого!»
«И больно, наверное!»
«Нет, ну почему я?»
Думаю, вспыхивают.
Даже если вы классный пацан и читаете себя феминистом.
Потому что если вы пацан – вам, скорее всего, абсолютно в новинку идея подвергнуть свое тело необратимым изменениям ради того, чтобы другое человеческое существо было безопасно, счастливо и свободно. Вы росли с мыслью о том, что ваше тело – суверенная территория, на которую никто не может посягать. Идея о донорской презумпции согласия (это когда в законах страны прописано право медиков изымать органы у трупа, не спрашивая согласия родных) встречает в нашем обществе бешеное сопротивление: а вдруг медики злоупотребят? Нидайбох! Это когда о трупе речь, кольми паче самое дорогое отдать заживо в руки врачам-убийцам.
Конечно, будучи христианином, наш пацан нет-нет да обдумывал идею мученичества. Вот придут злые вороги, начнут пытать, требуя отречения от веры – вот тогда-то наш герой и предаст свое тело. Вот ИГИЛ до нас дойдет – тогда да, а так нет.
Женщина – это другое дело, да? Ее тело сам Бог предназначил не быть суверенным, у нее есть матка для вынашивания детей – а значит, ни о какой суверенности быть не может, она «должна» принадлежать этой функции и сводиться к ней. Ну ладно, мы правильные парни, современные, не дикари какие из ИГИЛ, мы ей разрешим в свободное от вынашивания и выкармливания время заниматься какой-то там деятельностью. Может быть, даже богословием, наше великодушие простирается аж вот так далеко. Если у нее все получится, то она сможет на наш бал полюбоваться в окно дворца.
Ну так поздравляю тебя, Шарик, ты ненавидишь женщин.
Вы сейчас начнете отнекиваться, говорить, что любите маму, сестру, жену, и вообще ваши лучшие друзья – женщины. И вообще никакой ненависти к женщинам типа «бить-убивать хочу, кюшать не могу», вы не испытываете.
Понимаете, дорогой, есть ненависть и ненависть. Есть, скажем, громкая – это когда блаженный в поганому смыслі слова Аббатус Моздок орет капслоком, что женщин, покидающих храм в знак протеста, надо живьем в крематорий бросать. И есть ненависть тихая, можно сказать, мировоззренческая, которая формулируется в уголовной мудрости «умри ты сегодня, а я завтра».
Ну, вот эта вторая – она про вас. Ваш «любовь» к женщинам вот этим вот тестом, с которого мы начали, поверяется на раз. Я лично знаю только одного христианина, который всерьез, а не по-маниловски, обдумывал перевязку, и то не в превентивном порядке, а потому что заек уже семеро, а лужайка одна. Одного такого знаю. Остальные рассуждают в духе «дорогая ты такая умная, придумай что-нибудь сама».
Если мысль о превентивной вазектомии рождает в вас внутренний протест, значит, дело ни разу не в бедных нерожденных детишках, которых вам якобы жалко, дело в вашем праве контролировать женские тела – причем не только конкретных жены-сестры-подруги, а женщин вообще, в целом, как пола. Так, пожалуй, даже лучше, потому что конкретная подруга на предложение умереть, но родить, может и сковородой по башке отоварить, а вот сделать рассеянную пакость всем женщинам страны, проголосовав за закон о запрете абортов, куда менее рискованно.
Если вам не хочется подвергать свое драгоценное тело необратимым изменениям ради сохранения жизни нерожденного младенца, но вы считаете себя вправе требовать этого от женщины – то поздравляю, это о вас сказано «связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их…»
И в таком случае в мировом реестре христиан вы занимаете место где-то между Клодом Фролло и Тартюфом.
(продолжение следует)
no subject
замість йти назустріч гуманізму і зменшення страждань, ви закликаєте людство назад до варварства, помилок і садизму;
ще раз кажу: спершу віддайте нирку хоча б, або перестаньте брехати, що справа у порятунку ембріонів;
на ембріони вам начхати, ваша мета - примусити жінку насильно пережити вагітність і пологи, вас лише це влаштовує, жоден інший спосіб попередження вбивств ембріонів вам не цікавий;
no subject
Зауважу, що "може він не фашист, а просто дурень". Є речі, про над якими не хочеться думати (і є така можливість, якщо ти чоловік), але хочеться заборонити (во вони не вписуються у світогляд). Мета може бути не в примушенні жінки (не всім треба це аж у такій мірі), а в тому, щоб закрити тему, нічим не поступаючись. Так було в мене. Коли silhiriel на пальцях показала наслідки, я побачив, що заборона абортів не закриває тему, а я поступаюся людяністю підтримуючи її.
no subject
і, пробачте, з точки зору жінки, абсолютно однаково, через яких саме тарганів у голові чоловік свідомо повторює про заборону абортів, коли знайомі йому, живі, ось тут поруч, жінки протестують проти того і волають, що це буде знущання;
якщо поруч із чоловіком живі люди розказують, що їм погано і боляче, і він прирікає їх страждати, а чоловік їм про абстракції, і заради абстракції хай страждають, до того ж, хай страждають так, як сам чоловік не згодний і не збирається, то чи вірить він у абстракції, чи лінується думати, чи напівсвідомо задовольняє садистичний потяг - то однаково для жінок;
для нас ця небезпека реальна, постійно реальна, наші матері застали заборону абортів, ми самі змолоду бачили, що таке, коли немає можливості чи грошей сплатити за аборт, на що жінка стає здатна з відчаю;
сама необхідність щось доводити, захищати своє право бути людиною - такою ж, як чоловік - а не машиною для збереження ембріонів, то вже принизливо;
і Луче Чучхе двісті разів права, коли їй, матері двох синів, яка все життя після пологів живе на пігулках, але зберігла дітей, починають розказувати, що вона не так щось розуміє про ембріони і дітей - це блюзнірство; і дурість це блюзнірство не виправдовує