![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Тело как поле битвы
Вираго тут придумала очень простой тест на мизогинию для мужчин-христиан.
(Почему христиан? А потому что светский людоед может быть вполне последовательным женоненавистником и тут ему нечего противопоставить кроме "ну ты мудак" - а христианину придется изрядно полицемерить, чтобы оставаться на этой позиции, он по идее обязан людей любить и зло не приумножать.)
Как проверить себя, действительно ли тебе жаль нерожденных младенцев или ты просто смотришь на женщин как на расходный материал в деле достижения тобой святости?
Берешь и принимаешь простое решение: завтра сдаю сперму в банк, чтобы супруга могла забеременеть, когда мы оба того захотим/будем готовы, а после – делаю перевязку семенных канальцев. И с тех пор жена, возлюбленная, любая женщина, с которой искушение сведет, навсегда избавлена от риска сделать аборт, а ребенок у нас появится только желанный и по обоюдному согласию.
Готовы ли вы принять такое решение всерьез и осуществить его? Готовы ли пропагандировать его среди мужчин, как наилучшее разрешение проблемы абортов? Готовы ли поддерживать государственную программу стерилизации мужчин и банков спермы на законодательном уровне?
Или в голове у вас вот тут же, пока вы это читаете, фейерверком вспыхивают возражения:
«А почему я?»
«Это же дорого!»
«А если операция пойдет не так?»
«Это же навсегда!»
«И дорого!»
«И больно, наверное!»
«Нет, ну почему я?»
Думаю, вспыхивают.
Даже если вы классный пацан и читаете себя феминистом.
Потому что если вы пацан – вам, скорее всего, абсолютно в новинку идея подвергнуть свое тело необратимым изменениям ради того, чтобы другое человеческое существо было безопасно, счастливо и свободно. Вы росли с мыслью о том, что ваше тело – суверенная территория, на которую никто не может посягать. Идея о донорской презумпции согласия (это когда в законах страны прописано право медиков изымать органы у трупа, не спрашивая согласия родных) встречает в нашем обществе бешеное сопротивление: а вдруг медики злоупотребят? Нидайбох! Это когда о трупе речь, кольми паче самое дорогое отдать заживо в руки врачам-убийцам.
Конечно, будучи христианином, наш пацан нет-нет да обдумывал идею мученичества. Вот придут злые вороги, начнут пытать, требуя отречения от веры – вот тогда-то наш герой и предаст свое тело. Вот ИГИЛ до нас дойдет – тогда да, а так нет.
Женщина – это другое дело, да? Ее тело сам Бог предназначил не быть суверенным, у нее есть матка для вынашивания детей – а значит, ни о какой суверенности быть не может, она «должна» принадлежать этой функции и сводиться к ней. Ну ладно, мы правильные парни, современные, не дикари какие из ИГИЛ, мы ей разрешим в свободное от вынашивания и выкармливания время заниматься какой-то там деятельностью. Может быть, даже богословием, наше великодушие простирается аж вот так далеко. Если у нее все получится, то она сможет на наш бал полюбоваться в окно дворца.
Ну так поздравляю тебя, Шарик, ты ненавидишь женщин.
Вы сейчас начнете отнекиваться, говорить, что любите маму, сестру, жену, и вообще ваши лучшие друзья – женщины. И вообще никакой ненависти к женщинам типа «бить-убивать хочу, кюшать не могу», вы не испытываете.
Понимаете, дорогой, есть ненависть и ненависть. Есть, скажем, громкая – это когда блаженный в поганому смыслі слова Аббатус Моздок орет капслоком, что женщин, покидающих храм в знак протеста, надо живьем в крематорий бросать. И есть ненависть тихая, можно сказать, мировоззренческая, которая формулируется в уголовной мудрости «умри ты сегодня, а я завтра».
Ну, вот эта вторая – она про вас. Ваш «любовь» к женщинам вот этим вот тестом, с которого мы начали, поверяется на раз. Я лично знаю только одного христианина, который всерьез, а не по-маниловски, обдумывал перевязку, и то не в превентивном порядке, а потому что заек уже семеро, а лужайка одна. Одного такого знаю. Остальные рассуждают в духе «дорогая ты такая умная, придумай что-нибудь сама».
Если мысль о превентивной вазектомии рождает в вас внутренний протест, значит, дело ни разу не в бедных нерожденных детишках, которых вам якобы жалко, дело в вашем праве контролировать женские тела – причем не только конкретных жены-сестры-подруги, а женщин вообще, в целом, как пола. Так, пожалуй, даже лучше, потому что конкретная подруга на предложение умереть, но родить, может и сковородой по башке отоварить, а вот сделать рассеянную пакость всем женщинам страны, проголосовав за закон о запрете абортов, куда менее рискованно.
Если вам не хочется подвергать свое драгоценное тело необратимым изменениям ради сохранения жизни нерожденного младенца, но вы считаете себя вправе требовать этого от женщины – то поздравляю, это о вас сказано «связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их…»
И в таком случае в мировом реестре христиан вы занимаете место где-то между Клодом Фролло и Тартюфом.
(продолжение следует)
(Почему христиан? А потому что светский людоед может быть вполне последовательным женоненавистником и тут ему нечего противопоставить кроме "ну ты мудак" - а христианину придется изрядно полицемерить, чтобы оставаться на этой позиции, он по идее обязан людей любить и зло не приумножать.)
Как проверить себя, действительно ли тебе жаль нерожденных младенцев или ты просто смотришь на женщин как на расходный материал в деле достижения тобой святости?
Берешь и принимаешь простое решение: завтра сдаю сперму в банк, чтобы супруга могла забеременеть, когда мы оба того захотим/будем готовы, а после – делаю перевязку семенных канальцев. И с тех пор жена, возлюбленная, любая женщина, с которой искушение сведет, навсегда избавлена от риска сделать аборт, а ребенок у нас появится только желанный и по обоюдному согласию.
Готовы ли вы принять такое решение всерьез и осуществить его? Готовы ли пропагандировать его среди мужчин, как наилучшее разрешение проблемы абортов? Готовы ли поддерживать государственную программу стерилизации мужчин и банков спермы на законодательном уровне?
Или в голове у вас вот тут же, пока вы это читаете, фейерверком вспыхивают возражения:
«А почему я?»
«Это же дорого!»
«А если операция пойдет не так?»
«Это же навсегда!»
«И дорого!»
«И больно, наверное!»
«Нет, ну почему я?»
Думаю, вспыхивают.
Даже если вы классный пацан и читаете себя феминистом.
Потому что если вы пацан – вам, скорее всего, абсолютно в новинку идея подвергнуть свое тело необратимым изменениям ради того, чтобы другое человеческое существо было безопасно, счастливо и свободно. Вы росли с мыслью о том, что ваше тело – суверенная территория, на которую никто не может посягать. Идея о донорской презумпции согласия (это когда в законах страны прописано право медиков изымать органы у трупа, не спрашивая согласия родных) встречает в нашем обществе бешеное сопротивление: а вдруг медики злоупотребят? Нидайбох! Это когда о трупе речь, кольми паче самое дорогое отдать заживо в руки врачам-убийцам.
Конечно, будучи христианином, наш пацан нет-нет да обдумывал идею мученичества. Вот придут злые вороги, начнут пытать, требуя отречения от веры – вот тогда-то наш герой и предаст свое тело. Вот ИГИЛ до нас дойдет – тогда да, а так нет.
Женщина – это другое дело, да? Ее тело сам Бог предназначил не быть суверенным, у нее есть матка для вынашивания детей – а значит, ни о какой суверенности быть не может, она «должна» принадлежать этой функции и сводиться к ней. Ну ладно, мы правильные парни, современные, не дикари какие из ИГИЛ, мы ей разрешим в свободное от вынашивания и выкармливания время заниматься какой-то там деятельностью. Может быть, даже богословием, наше великодушие простирается аж вот так далеко. Если у нее все получится, то она сможет на наш бал полюбоваться в окно дворца.
Ну так поздравляю тебя, Шарик, ты ненавидишь женщин.
Вы сейчас начнете отнекиваться, говорить, что любите маму, сестру, жену, и вообще ваши лучшие друзья – женщины. И вообще никакой ненависти к женщинам типа «бить-убивать хочу, кюшать не могу», вы не испытываете.
Понимаете, дорогой, есть ненависть и ненависть. Есть, скажем, громкая – это когда блаженный в поганому смыслі слова Аббатус Моздок орет капслоком, что женщин, покидающих храм в знак протеста, надо живьем в крематорий бросать. И есть ненависть тихая, можно сказать, мировоззренческая, которая формулируется в уголовной мудрости «умри ты сегодня, а я завтра».
Ну, вот эта вторая – она про вас. Ваш «любовь» к женщинам вот этим вот тестом, с которого мы начали, поверяется на раз. Я лично знаю только одного христианина, который всерьез, а не по-маниловски, обдумывал перевязку, и то не в превентивном порядке, а потому что заек уже семеро, а лужайка одна. Одного такого знаю. Остальные рассуждают в духе «дорогая ты такая умная, придумай что-нибудь сама».
Если мысль о превентивной вазектомии рождает в вас внутренний протест, значит, дело ни разу не в бедных нерожденных детишках, которых вам якобы жалко, дело в вашем праве контролировать женские тела – причем не только конкретных жены-сестры-подруги, а женщин вообще, в целом, как пола. Так, пожалуй, даже лучше, потому что конкретная подруга на предложение умереть, но родить, может и сковородой по башке отоварить, а вот сделать рассеянную пакость всем женщинам страны, проголосовав за закон о запрете абортов, куда менее рискованно.
Если вам не хочется подвергать свое драгоценное тело необратимым изменениям ради сохранения жизни нерожденного младенца, но вы считаете себя вправе требовать этого от женщины – то поздравляю, это о вас сказано «связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их…»
И в таком случае в мировом реестре христиан вы занимаете место где-то между Клодом Фролло и Тартюфом.
(продолжение следует)
no subject
Сейчас будут три момента. Второй из них может оказаться спорным, но мне повезло, не будучи врачом, два года проработать в медицинском центре.
1. Я привык к своим привилегиям, в которые входит "ничего не делать бесплатно для счастья и спокойствия других людей". Я по привычке хочу что-то взамен.
2. Я не хочу заботиться о здоровье. Мой подход к медицинским процедурам, как у большинства населения, патерналистский и реакционный. Первое означает, что я хочу чтобы врач за меня знал что делать с моим телом, а второе - чтобы он это делал только как реакцию на очень необычное событие. Любые массовые процедуры, даже прививки в школе, меня пугают. Я для себя этого не хочу, а за других не хочу платить (из налогов или вкладами в страховку). Мне это инстинктивно кажется неправильным использованием общественного института, вторжением медицины в личную жизнь.
3. Модификация тела кажется потерей контроля, а потерявший контроль в этомгрёбаноммире слабак и лузер, это форма наказания. То есть я не согласен превентивно себя наказать просто потому что это может быть спасёт от наказания другого.
В такой постановке вопроса примерно понятно, как все эти три механизма взломать, чтобы идея перестала выглядеть диким самоистязанием неизвестно ради чего.
no subject
no subject
no subject
no subject
Искуственное зачатие дороже\неудобнее\опаснее для здоровья чем естественное.
Получаем несимметричную диллему узника: женщине "лучше" доверять мужчине и обойтись без медицинских модификаций, но чем сильнее это доверие, тем "лучше" для мужчины его предавать.
(Здесь слово "лучше" чисто в смысле получения очков в игре).
no subject
Пологи - офігєть яка втрата контролю.
Жінка з немовлям нерідко відчуває саме втрату контролю над власним життям.
Від того протиставлення природнього і штучного, яке у вас промайнуло, гадаю, виникає дуже багато проблем (уточнюю про всяк випадок - від явища як такого, а не від вас особисто).
no subject
Противопоставление случайное, в моих глазах оба способа одинаково естественны, просто искусственное и контролируемое зачатие пока дороже и труднее.
no subject
no subject
no subject
no subject
А почему по третьему пункту нет?
no subject