![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
О привилегированности
Этот постинг адресован в основном мужчинам, которые у меня тут в журнале выступают за равенство и удивляются, что женщины вместо цветов забрасывают их банановой кожурой.
Парни, я по себе знаю, что осознать свою привилегированность - невероятно трудная вещь.
Я знаю это потому, что сама принадлежу к привилегированной группе и наблюдаю реакции привилегированной группы на перемены в непосредственной близости.
Как вы понимаете, речь идет о русскоязычных Украины.
Да, на 25 году независимости и на втором году "гибридной войны" русскоязычные все еще привилегированная группа. Любой это поймет, как только попытается в быту перейти на украинский - я это назвала "эффектом резиновой перчатки". Это в первую очередь постоянное чувство неловкости от того, что ты обращаешься к людям на языке, которого они, может быть, не понимают. Эффект исчезает по мере продвижения на запад - в Каменце и Виннице уже почти не чувствуется - но русскоязычный не ощущает этого эффекта практически нигде,
вот в чем петрушка. Он может приехать во Львов, в Тернополь, в Черновцы и говорить по-русски, уверенный, что его поймут. Тонны восторженных отзывов туристов из России тому подтверждение.
Как и многие другие привилегированные группы, русскоязычные в абсолютном большинстве не осознают себя привилегированными. Я не осознавала себя привилегированной, я эту привилегию ощущала как нечто само собой разумеющееся. Никогда за все время моей трудовой деятельности ни один работодатель не поднимал вопрос, владею ли я украинским языком. Нота бене: начинала я свою трудовую деятельность как журналист. Ни разу в украинском городе не спросили у меня, журналистки, владею ли я украинским и насколько хорошо. Бьюсь об заклад, если бы я, поступая на работу, говорила по-украински, вопрос "владею ли я русским и насколько хорошо" был бы поднят незамедлительно. Потому что в Днепропетровске у человека по умолчанию может быть только одна причина говорить по-украински: он не знает русского.
Так что я очень ОЧЕНЬ хорошо понимаю реакцию мужчин, когда женщины ставят их перед осознанием своей привилегированности. Моя реакция была совершенно аналогичной, когда украиноязычные указывали мне на мои привилегии.
Стадия первая: ОТРИЦАНИЕ (1993 - 2002 гг) Какие-такие привилегии? Что значит "украинский язык ущемлен"? Лично я никого не ущемляю. Да, было когда-то, в сталинско-брежневском прошлом, но сейчас украинский - государственный язык, и если даже так украиноязычные не могут "дати собі раду", то я не виновата! Если правительство/минобраз/волшебник Изумрудного города не сделали ничего, чтобы мне удобней было общаться по-украински, чем по-русски, то я и подавно ничего не буду делать!
Стадия вторая: ГНЕВ. (2002-2005) Что?! Вы еще будете оценивать мой уровень украинского? Вы еще будете его критиковать? Да вы скажите вообще спасибо, что я снизошла и выучила этот язык, от которого пользы, как от козла - молока! У меня нет языковой практики, не всем, знаете ли, ха-ха, повезло вырости в селе Голопупивке Задрищенского района! Ну извините, что мои родители были инженеры, а не колхозники! Ну извините, что мой украиноязычный дед умер еще до моего рождения, и мне не с кем было говорить соловьиной мовой, кроме книг! Я стараюсь вообще-то! Как вы смеете меня не хвалить за одни только старания?!
Стадия третья: ТОРГОВЛЯ (2005-2008). ОК, я признаю, что проблема есть. Ну, и что масштаб ее несколько больше, чем мне казалось. Я действительно привилегированный человек, часть привилегированной группы. Я могу, например, беспрепятствено обращаться к более чем стомиллионной русскоязычной аудитории и получать российские гонорары - а украинскому литератору придется сначала искать переводчика на русский. Но почему я должна делать себе хуже и переходить на украинский? Оставьте меня в покое, и я... что-нибудь сделаю. Буду ходить на украинские мессы, статью в "Приходской вестник" напишу, еще чего-нибудь... Ну вы же не млжете требовать, чтобы я добровольно в родном городе стала языковым парией, верно?
Стадия четвертая. ДЕПРЕССИЯ (2008-декабрь 2013). Ойбляяя... (глядя во френдленту во время и после Грузии) Ой, йопвашу мать, вот это вот я... (глядя во френдленту во время Майдана) вот это вот я одна из них, ойбля, пиздецпиздецпиздец... вот с этими людьми я дружила, вот это вот (глядя на мадам Осипову во время Юкона и слушая Крыса там же) вот это вот мне было дорого, вот этих вот людей мнение мне было важно (глядя во френдленту в канун НГ), я их считала своими читателями, а они ж, блять, всерьез пишут, что мы не народ, а так, шутка, что мы не нужны и не существуем, и самый пиздец в том, что они считают, что я должна с ними соглашаться, потому что я ГОВОРЮ, БЛЯТЬ, ПО-РУССКИ! Они меня считают своим агентом в Украине, своим актором, как это развидеть, мама?
Стадия пятая. ПРИМИРЕНИЕ (2014 - ...) Так, треба послідовно працювати над знищенням привілейованого становища російськомовних, а надто в галузі телебачення, ЗМІ та освіти, бо в ситуації, коли російська мова вважається за "дефолтну", як то показала практика, не лише нема анічогісіньког доброго, а власне то є реальна мовна окупація та мовна агресія, плацдарм для власне військової агресії та окупації. Так, російськомовним треба робитися україномовними, бо збереження російської ідентичності неминуче призводить до "визволительських" силувань з боку "більшого брата", хай би шляк його трафив. І те, що російськомовні воюють в АТО, волонтерять та займаються громадянською діяльністю - не є підставою для збережання наших привілеїв, а лише спокутуваням провини, бо ми таки зробили кожен свій малий внесок у наступ "Русской вєсни".
Замість післямови.
Прибираючи в доччиній кімнаті, знайшла ось цей артефакт:
Ніц не казатиму, "просто залишу це тут", як то мовлять зараз.
Парни, я по себе знаю, что осознать свою привилегированность - невероятно трудная вещь.
Я знаю это потому, что сама принадлежу к привилегированной группе и наблюдаю реакции привилегированной группы на перемены в непосредственной близости.
Как вы понимаете, речь идет о русскоязычных Украины.
Да, на 25 году независимости и на втором году "гибридной войны" русскоязычные все еще привилегированная группа. Любой это поймет, как только попытается в быту перейти на украинский - я это назвала "эффектом резиновой перчатки". Это в первую очередь постоянное чувство неловкости от того, что ты обращаешься к людям на языке, которого они, может быть, не понимают. Эффект исчезает по мере продвижения на запад - в Каменце и Виннице уже почти не чувствуется - но русскоязычный не ощущает этого эффекта практически нигде,
вот в чем петрушка. Он может приехать во Львов, в Тернополь, в Черновцы и говорить по-русски, уверенный, что его поймут. Тонны восторженных отзывов туристов из России тому подтверждение.
Как и многие другие привилегированные группы, русскоязычные в абсолютном большинстве не осознают себя привилегированными. Я не осознавала себя привилегированной, я эту привилегию ощущала как нечто само собой разумеющееся. Никогда за все время моей трудовой деятельности ни один работодатель не поднимал вопрос, владею ли я украинским языком. Нота бене: начинала я свою трудовую деятельность как журналист. Ни разу в украинском городе не спросили у меня, журналистки, владею ли я украинским и насколько хорошо. Бьюсь об заклад, если бы я, поступая на работу, говорила по-украински, вопрос "владею ли я русским и насколько хорошо" был бы поднят незамедлительно. Потому что в Днепропетровске у человека по умолчанию может быть только одна причина говорить по-украински: он не знает русского.
Так что я очень ОЧЕНЬ хорошо понимаю реакцию мужчин, когда женщины ставят их перед осознанием своей привилегированности. Моя реакция была совершенно аналогичной, когда украиноязычные указывали мне на мои привилегии.
Стадия первая: ОТРИЦАНИЕ (1993 - 2002 гг) Какие-такие привилегии? Что значит "украинский язык ущемлен"? Лично я никого не ущемляю. Да, было когда-то, в сталинско-брежневском прошлом, но сейчас украинский - государственный язык, и если даже так украиноязычные не могут "дати собі раду", то я не виновата! Если правительство/минобраз/волшебник Изумрудного города не сделали ничего, чтобы мне удобней было общаться по-украински, чем по-русски, то я и подавно ничего не буду делать!
Стадия вторая: ГНЕВ. (2002-2005) Что?! Вы еще будете оценивать мой уровень украинского? Вы еще будете его критиковать? Да вы скажите вообще спасибо, что я снизошла и выучила этот язык, от которого пользы, как от козла - молока! У меня нет языковой практики, не всем, знаете ли, ха-ха, повезло вырости в селе Голопупивке Задрищенского района! Ну извините, что мои родители были инженеры, а не колхозники! Ну извините, что мой украиноязычный дед умер еще до моего рождения, и мне не с кем было говорить соловьиной мовой, кроме книг! Я стараюсь вообще-то! Как вы смеете меня не хвалить за одни только старания?!
Стадия третья: ТОРГОВЛЯ (2005-2008). ОК, я признаю, что проблема есть. Ну, и что масштаб ее несколько больше, чем мне казалось. Я действительно привилегированный человек, часть привилегированной группы. Я могу, например, беспрепятствено обращаться к более чем стомиллионной русскоязычной аудитории и получать российские гонорары - а украинскому литератору придется сначала искать переводчика на русский. Но почему я должна делать себе хуже и переходить на украинский? Оставьте меня в покое, и я... что-нибудь сделаю. Буду ходить на украинские мессы, статью в "Приходской вестник" напишу, еще чего-нибудь... Ну вы же не млжете требовать, чтобы я добровольно в родном городе стала языковым парией, верно?
Стадия четвертая. ДЕПРЕССИЯ (2008-декабрь 2013). Ойбляяя... (глядя во френдленту во время и после Грузии) Ой, йопвашу мать, вот это вот я... (глядя во френдленту во время Майдана) вот это вот я одна из них, ойбля, пиздецпиздецпиздец... вот с этими людьми я дружила, вот это вот (глядя на мадам Осипову во время Юкона и слушая Крыса там же) вот это вот мне было дорого, вот этих вот людей мнение мне было важно (глядя во френдленту в канун НГ), я их считала своими читателями, а они ж, блять, всерьез пишут, что мы не народ, а так, шутка, что мы не нужны и не существуем, и самый пиздец в том, что они считают, что я должна с ними соглашаться, потому что я ГОВОРЮ, БЛЯТЬ, ПО-РУССКИ! Они меня считают своим агентом в Украине, своим актором, как это развидеть, мама?
Стадия пятая. ПРИМИРЕНИЕ (2014 - ...) Так, треба послідовно працювати над знищенням привілейованого становища російськомовних, а надто в галузі телебачення, ЗМІ та освіти, бо в ситуації, коли російська мова вважається за "дефолтну", як то показала практика, не лише нема анічогісіньког доброго, а власне то є реальна мовна окупація та мовна агресія, плацдарм для власне військової агресії та окупації. Так, російськомовним треба робитися україномовними, бо збереження російської ідентичності неминуче призводить до "визволительських" силувань з боку "більшого брата", хай би шляк його трафив. І те, що російськомовні воюють в АТО, волонтерять та займаються громадянською діяльністю - не є підставою для збережання наших привілеїв, а лише спокутуваням провини, бо ми таки зробили кожен свій малий внесок у наступ "Русской вєсни".
Замість післямови.
Прибираючи в доччиній кімнаті, знайшла ось цей артефакт:
Ніц не казатиму, "просто залишу це тут", як то мовлять зараз.
no subject
Старшее поколение училось в русской школе в начальных классах и в финской в старших. Младшее поколение учится в финской школе. Конечно, многие из них не пишут свободно на русском, но читают, иногда с трудом. Частые поездки в Россию позволяют держать себя в тонусе. Совсем маленькие дети, которые ещё только ходят в детские сады и ясли, говорят с одногодками на всех языках одновременно, какое слово на каком знают. Но меня понимают, так же как и родителей, которые могут к ним обращаться на финском или на русском.
Старшее поколение работает с финами, говорит чаще на финском, но и диаспора имеет важное значение, как и частое общение в интернете.
Думаю, сложно начать писать на языке, которого не видишь вокруг
no subject
no subject
НО! Если фин уедет в Швецию, там отучится, вернётся в Финляндию и будет весть преподавание на Шведском, то это будет считаться нормой. Так как в Финляндии огромное количество людей говорят на родном Шведском или знают его так же, как родной финский. То украинские граждане такой поступок либо назовут предательством, либо скажут, что ему запрещает прошведское провительство на родном языке преподавать" Скандинавский Союз Северных Республик, будь он не ладен
«Конечно, требовать от граждан знания <> языка и давить при этом на "сознательность" много ума не надо, - <>. - Уже 20 лет <> власти занимаются этим, и, кажется, так ничему и не научились. Хотя решить "языковой вопрос" очень просто: надо всего лишь создать такие условия, при которых изучать <> язык было бы легко и доступно, а мотив для его изучения был бы экономически обусловленным. То есть, прежде чем требовать <> высокий уровень знания госязыка, правительство должно направить в лицеи <> хороших педагогов, обеспечить качественными учебными пособиями, организовать языковую практику в рамках летних лагерей»
no subject
>Да нет, я прекрасно понимаю, что такое языковое давление.
Вы уж там определитесь. Потом про Svecoman vs Fennoman почитайте и про то как они рубились из-за статуса языка в свое время (сейчас финский доминирует поэтому ваш пример «немного» некоректен)
Я не очень понял что вас не устраивает — сейчас во всех школах преподают украинский, а экономические мотивы вроде обязательного судопроизводства на украинском также вполне вводят. Все делают по вашему желанию с учетом конечности ресурсов, что не так?