![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
К недавнему опросу
Originally posted by ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
caballo_marino at К недавнему опросу
caballo_marino at К недавнему опросуЭтот пост я бы, пожалуй, убрала под замок, но это было бы нечестно по отношению к невзаимным френдам, которым я тоже обещала объяснить, к чему был опрос в предыдущем посте, и многие из которых поделились там своими историями. Все просто - спор зашел о том, много ли таких мужчин, которые считают, что в 12-13 лет девушка (вот тоже - до сих пор не могу привыкнуть к этому "тринадцатилетняя девушка") "уже созрела" и была бы вполне годным сексуальным объектом, если бы не наши ханжеские законы, - или это все-таки одиночные психи? Результаты, несколько озадачившие даже меня, оппонентов, впрочем, ни в чем не убедили. Да, почти каждая девочка с таким сталкивается, но это вовсе не значит, что они сталкиваются с чем-то типичным и распространенным. Это все были редкие маргиналы, которых у нас на самом деле так мало, что, можно сказать, и нет. Ну что ж, похоже, люди хорошо фильтруют свой круг общения. Молодцы. Я без иронии. Мне бы в мои двенадцать такой фильтр. Беда в том, что в двенадцать-то его как раз и нет ни у кого.
Кстати, еще насчет "созрела". По общепринятому мнению, основная группа риска - действительно рано оформившиеся девочки, красивые, яркие, привлекательные, этакие Лолиты. Ну да, они тоже, конечно. Но в принципе, как ни странно, для того, чтобы вызывать сексуальную агрессию, даже привлекать кого-то внешне как раз совсем не обязательно. В недавно поминавшемся тут "Дневнике Кости Рябцева" (одна из самых первых ласточек советской детской литературы, тех времен, когда в ней еще не устоялись многие железные правила) непривычно реалистично описывается то, как подростки в школе выплескивают свою озабоченность "половой проблемой": зажимают толпой в углу и лапают самую некрасивую толстую девочку по прозвищу Пышка, которая совершенно точно никому не нравится. С теми, кто нравится, они ведут себя как раз довольно сдержанно. (И поэтому все считают, что бедная Пышка сама напрашивается: видите же, с другими эти мальчики почему-то так не поступают, значит, все дело в ней.) Для школьной повести эпизод очень нетипичный, но вот в жизни такое бывает сплошь и рядом, и не только со школьниками.
У меня вообще как раз в то время, когда началось это самое созревание, ни с того ни с сего пошла вразнос эндокринная система, и я стремительно изменилась внешне до неузнаваемости, превратившись из умеренно некрасивой, но в принципе совершенно обыкновенной костлявой девчонки во что-то действительно гротескное. Настолько, что те, кто знал меня в подростковые годы и в ранней молодости, столкнувшись со мной сейчас, не просто не узнают, а удивленно не узнают: по сравнению с тем, что они помнят, невзрачная тетка с вечными мешками под глазами и прической "три пера дыбом" выглядит слишком хорошо. Трудно даже описать, что делают с лицом и телом такие болезни. Вид был, словно мне под кожу накачали какой-то вязкой жидкости, и она там распределилась как бог на душу положит. Плюс сама кожа стала отвратительной.
И вот этот-то момент в точности совпал с тем временем, когда поперла эта самая сексуальная агрессия. Сначала только словесная. Мне то и дело приходилось выслушивать, какая я уродина и проститутка - именно в таком сочетании. Самые разные люди начали делиться со мной своими фантазиями о моей сексуальной жизни - по самым неожиданным поводам и без повода. Скажем, в автобусе, если я сразу не замечала какого-нибудь дедушку (с моим зрением неудивительно), это называлось уже не "что за дети пошли невоспитанные", а "расселась, шалава, ноги раздвигать небось здоровая, а как пожилому человеку место уступить, так немощная!" "А Берта дуру по-русски уже хорошо понимает, а жидовку еще не понимает никак". Шалава шалавой, тут все ясно, а вот "ноги раздвигать" для меня было загадкой. Я на полном серьезе думала, что это означает сидеть в транспорте, развалясь и разведя на метр в стороны колени, как это делают многие парни, - но ко мне-то откуда претензии, я же так никогда не сижу?
Откровенные приставания и лапанья прибавились чуть позже, но тоже еще до моих тринадцати. И это почти всегда были очень взрослые мужики, начиная где-то с сорока и заканчивая бодренькими озабоченными дедулями. Нельзя сказать, чтобы такое случалось часто, нет, несколько раз всего. Таких незамутненных, кто вот так деловито и без рефлексий переходит от рассуждений к действиям, и правда встречаешь не на каждом шагу. Но вот фоном это "девка созрела" чувствовалось постоянно. И даже не выскажешь, до чего это было противно.
Надо сказать, как-то прихорашиваться я не пыталась, косметикой не пользовалась, ходила в нелепых детских платьях, а потом в мешковатых штанах на три размера больше - другой одежды у меня просто не было, но это ничему не мешало, в смысле, не помогало. Глазками тоже ни в кого не стреляла, глазки были подслеповатые, для стрельбы непригодные категорически. И взрослой не выглядела внешне и не ощущала себя внутренне - наоборот, всегда была инфантильной, а тут стала просто панически цепляться за остатки детства. Было ощущение, что у меня насильно отняли что-то ценное, какой-то непрожитый кусок жизни, а вместо него пихают эту на фиг мне не нужную "зрелость", к которой я точно не готова и в которой не вижу ровно ничего заманчивого. Взрослый мир, куда меня, не спрашивая, втащили за шиворот и поставили на самую нижнюю ступеньку во взрослой иерархии, выглядел оттуда, снизу, весьма и весьма мерзко. Из него хотелось сбежать, не оглядываясь, обратно в детство, и я сбегала, когда и пока могла.
А теперь мне объясняют, что я травмированная и неадекватная. Ну, травмированная - ладно, пусть, хотя, судя хотя бы по комментариям к предыдущему посту, я на самом деле еще очень легко отделалась. Но неадекватная-то чему? Радужному лугу, по которому ходят розовые пони? Ну... наверное.
Кстати, еще насчет "созрела". По общепринятому мнению, основная группа риска - действительно рано оформившиеся девочки, красивые, яркие, привлекательные, этакие Лолиты. Ну да, они тоже, конечно. Но в принципе, как ни странно, для того, чтобы вызывать сексуальную агрессию, даже привлекать кого-то внешне как раз совсем не обязательно. В недавно поминавшемся тут "Дневнике Кости Рябцева" (одна из самых первых ласточек советской детской литературы, тех времен, когда в ней еще не устоялись многие железные правила) непривычно реалистично описывается то, как подростки в школе выплескивают свою озабоченность "половой проблемой": зажимают толпой в углу и лапают самую некрасивую толстую девочку по прозвищу Пышка, которая совершенно точно никому не нравится. С теми, кто нравится, они ведут себя как раз довольно сдержанно. (И поэтому все считают, что бедная Пышка сама напрашивается: видите же, с другими эти мальчики почему-то так не поступают, значит, все дело в ней.) Для школьной повести эпизод очень нетипичный, но вот в жизни такое бывает сплошь и рядом, и не только со школьниками.
У меня вообще как раз в то время, когда началось это самое созревание, ни с того ни с сего пошла вразнос эндокринная система, и я стремительно изменилась внешне до неузнаваемости, превратившись из умеренно некрасивой, но в принципе совершенно обыкновенной костлявой девчонки во что-то действительно гротескное. Настолько, что те, кто знал меня в подростковые годы и в ранней молодости, столкнувшись со мной сейчас, не просто не узнают, а удивленно не узнают: по сравнению с тем, что они помнят, невзрачная тетка с вечными мешками под глазами и прической "три пера дыбом" выглядит слишком хорошо. Трудно даже описать, что делают с лицом и телом такие болезни. Вид был, словно мне под кожу накачали какой-то вязкой жидкости, и она там распределилась как бог на душу положит. Плюс сама кожа стала отвратительной.
И вот этот-то момент в точности совпал с тем временем, когда поперла эта самая сексуальная агрессия. Сначала только словесная. Мне то и дело приходилось выслушивать, какая я уродина и проститутка - именно в таком сочетании. Самые разные люди начали делиться со мной своими фантазиями о моей сексуальной жизни - по самым неожиданным поводам и без повода. Скажем, в автобусе, если я сразу не замечала какого-нибудь дедушку (с моим зрением неудивительно), это называлось уже не "что за дети пошли невоспитанные", а "расселась, шалава, ноги раздвигать небось здоровая, а как пожилому человеку место уступить, так немощная!" "А Берта дуру по-русски уже хорошо понимает, а жидовку еще не понимает никак". Шалава шалавой, тут все ясно, а вот "ноги раздвигать" для меня было загадкой. Я на полном серьезе думала, что это означает сидеть в транспорте, развалясь и разведя на метр в стороны колени, как это делают многие парни, - но ко мне-то откуда претензии, я же так никогда не сижу?
Откровенные приставания и лапанья прибавились чуть позже, но тоже еще до моих тринадцати. И это почти всегда были очень взрослые мужики, начиная где-то с сорока и заканчивая бодренькими озабоченными дедулями. Нельзя сказать, чтобы такое случалось часто, нет, несколько раз всего. Таких незамутненных, кто вот так деловито и без рефлексий переходит от рассуждений к действиям, и правда встречаешь не на каждом шагу. Но вот фоном это "девка созрела" чувствовалось постоянно. И даже не выскажешь, до чего это было противно.
Надо сказать, как-то прихорашиваться я не пыталась, косметикой не пользовалась, ходила в нелепых детских платьях, а потом в мешковатых штанах на три размера больше - другой одежды у меня просто не было, но это ничему не мешало, в смысле, не помогало. Глазками тоже ни в кого не стреляла, глазки были подслеповатые, для стрельбы непригодные категорически. И взрослой не выглядела внешне и не ощущала себя внутренне - наоборот, всегда была инфантильной, а тут стала просто панически цепляться за остатки детства. Было ощущение, что у меня насильно отняли что-то ценное, какой-то непрожитый кусок жизни, а вместо него пихают эту на фиг мне не нужную "зрелость", к которой я точно не готова и в которой не вижу ровно ничего заманчивого. Взрослый мир, куда меня, не спрашивая, втащили за шиворот и поставили на самую нижнюю ступеньку во взрослой иерархии, выглядел оттуда, снизу, весьма и весьма мерзко. Из него хотелось сбежать, не оглядываясь, обратно в детство, и я сбегала, когда и пока могла.
А теперь мне объясняют, что я травмированная и неадекватная. Ну, травмированная - ладно, пусть, хотя, судя хотя бы по комментариям к предыдущему посту, я на самом деле еще очень легко отделалась. Но неадекватная-то чему? Радужному лугу, по которому ходят розовые пони? Ну... наверное.
no subject
no subject
Это же все равно, что если бы мы сказали, что люди, которые считают допустимым обсуждать всерьез угон машины и с удовольствием катаются на чужих машинах, если случается, что какая-то незаперта, при этом считают неприличным сказать вслух, что принципиально не против угона чужой машины. "Понятно, что каждый хочет, и мы с мужиками часто за то перетираем, и если какая вот прям стоит такая с ключами в зажигании, конечно, как тут удержаться... Но неприлично же такое вслух говорить!"
no subject
no subject
Аналогия действительно неверна -- но не в том смысле, что слишком сильна (как Вы подразумеваете), а в том, что слишком слаба. В обществе допустима сексуальная агрессия в отношении "созревших" девочек -- и сальные взгляды, комментарии и лапание причиняют им вполне реальный вред. Так что это вовсе не "смотреть и облизываться" -- машине-то пофиг, а вот девочкам -- вовсе нет, это сексуальная агрессия, харассмент, травма. Я уж промолчу про лапание.
Так вот, хотим мы того или нет, но большое количество взрослых _реагируют_ на девочек, вошедших в половое созревание, как на сексуальный объект: мужчины ведут себя сексуально агрессивно, женщины часто "гнобят" как соперницу. При этом собственно социально недопустимым считается не это, а признание этого. Если бы само это по себе считалось поводом к остракизму, те же мужчины одергивали бы себя сами прежде, чем проявлять сексуальную агрессию, а это не так.
no subject
>девочек -- и сальные взгляды, комментарии и лапание причиняют им
>вполне реальный вред. Так что это вовсе не "смотреть и облизываться"
>-- машине-то пофиг, а вот девочкам -- вовсе нет, это сексуальная агрессия,
>харассмент, травма.
Согласен, не буду спорить. Я описывал не свою позицию, а позицию собеседника топикстартера, как я её понял. Его поинт, я так понимаю, состоит в том, что рассматривать 13-летнюю девочку как объект для действий, нацеленных на совершение полового акта (не в мечтах, а всерьёз) считается всё же недопустимым в обществе. А этот тезис никак не пересекается с тем, о чём пишете вы. Ну и по опыту прошлых разговоров вынужден в явном виде сделать оговорку, что
я не верблюдэти все гадости, о которых вы пишете, от этого не становятся ни на грамм более приемлемыми.