Несколько проблем с сильными героинями в кино и литературе

[morreth]

На летней ФБ была хорошая переводная статья у команды Фем-вью. Я ее потеряла, к сожалению, и ссылу дать не могу. Но смысл был в следующем:

- наличие сильных героинь сейчас тренд в массовой культуре, но авторы не очень понимают, как их делать. Поэтому они пихают одну сильную героиню в мужской коллектив героев, типа одна исключительная женщина, равная мужинам это офигеть как круто, и, чтоб ни у кого не возникало сомнений в ее силе и крутости, она должна ввалить кому-нибудь впечатляющих люлей. На чем ее функция как сильной женщины исчерпывается и она становится любовным интересом главного героя. В крайнем случае автор придумает ей злодейку на финальную драку. Само собой, при этом сильная женщина должна выглядеть как Скарлетт Йоханссон или на худой конец как Хейли Этвелл. То есть, Сильная Героиня - это просто подкачанная Любовь Главгера, и воз поныне там.

С одной стороны, таки да.

С другой стороны, "Малефисента" и "Заледеневшая" порвали кассу. То есть, распространенное заблуждение, что "зрителям неинтересно смотреть про дружбу/любовь женщины и женщины" с треском провалилось через все этажи в подвал. Есть не просто спрос, а бешеный спрос.

Мало кто знает, как его удовлетворить, не прибегая к жанру сказки или фантастики.

Потому что реальность такова, что женщины поставлены в позицию конкуренток по отношению друг к другу за "ценный ресурс" - мужчину, и даже если они не конкурируют за одного мужчину, но ведут более-менее традиционный образ жизни, их разносит течением все дальше друг от друга. И разве "Тельма и Луиза" окончились хэппи-эндом?

Тут есть два больших валуна на дороге, с которыми я не знаю, что делать.

1. С одной стороны, искусство должно поднимать специфически женскую тематику. С другой - мало кто хочет за свои деньги после рабочей недели послушать репортаж из хижины дяди Тома, а женская тематика на 90%, увы, именно такова: обесценивание, абьюз, стеклянные потолки, насилие, киндер-кюхе-кирхе и прочие младые прелести Людмилы. "Жила-была одна баба", короче. Если об этом хорошо, талантливо рассказать, за это можно получить кучу премий, но кассу это не разорвет.

2. Есть сюжеты, в центре которых женщина невозможна. Я сейчас работаю над историей сорока севастийских мучеников. Они все были мужчинами. Так исторически сложилось. Да, выбирая точку зрения, я дала слово женщине, нарратив идет от лица Эмилии, будущей святой и матери великих каппадокийских святых, а на тот момент - совсем юной девушки. Но она не деятель, а рассказчик. Она в стороне, а не в сердцевине истории.

"Во все тяжкие" - этот сюжет тоже невозможен с женщиной в центре. Женщина на месте Уолтера или погибла бы максимум в 3 серии, или стала наркобаронессой максимум в 9, for the female of the species is deadlier than the male, и если женщина пойдет во все тяжкие, то дилеммы "тварь я дрожащая или право имею", растянутой на два сезона, там не будет.

Ну и до кучи таких сюжетов вообще.

Да, я нахожусь в привилегированном положении - я фантаст. У меня развязаны руки. Но тут я натыкаюсь на третий камень, самый большой.

Я не могу представить себе общество равенства.

Я точно знаю как не надо.
Как у Ефремова, где силой евгеники все женщины сексуальные куколки и даже проблема брития ног решена так, что на ногах просто ничего не растет - так не надо.
Как у Стругацких с их нежным сексизмом - не надо.
Как у Уэдона, где женщины вроде боевые подруги, но Мэл все равно главный - тоже не надо. Джосс, я тебя люблю, но не надо.
Что-то вроде нового "Баттлстар Галактика"? Нет, там мне тоже что-то жмет. Не могу сформулировать, что.

Вот кстати о Джоссе и о фантастике. Мой любимый сезон в "Баффи" - шестой. Где со всей ясностью и беспощадностью Джоссу пришлось констатировать: сильной женщине в этом мире места нет. После этого мог быть только мини-апокалипсис.

В общем, сплошная апофатика - "как не надо" - из которой никакой катафатики не вырисовывается.

Пойду стопаря наверну.

Comments

[virago-ghost.livejournal.com]

десятки тысяч лет беременность и роды несли смерть, но без них род человеческий бы исчез, потому природа позаботилась встроить в женщин механизмы, заставляющие воспринимать ребенка внутри, как часть себя, прислушиваться к нему и погружаться в его переживания и ощущения;

степень развитости и осознанности работы этого механизма у всех женщин разная, зависит от генов, от периода внутриутробного развития самой матери, от опыта ее жизни и физического состояния;

некоторые культуры поощряют такое отношение к беременности, другие нет (и природе, кстати, пофиг, природа ставит не на качество переживаний матери, а на повторяемость и регулярность родов, а этот вопрос решен менструальным циклом, в отличие от большинства млекопитающих);

но смысл всей этой повышенной чувствительности матери к младенцу внутри и ощущения сродства с ним, и важности происходящего, он одинаков: мать должна чутко относиться к переменам своего и ребенка состояния и здоровья, чтобы вести правильный образ жизни, иначе не доносит, погубит дитя и погибнет сама;

кроме того, беременность для выживающей женщины - тяжкий груз и задача, и если бы большинство матерей проходили этот период в состоянии безвыходности и страха, а не убеждая себя, что делают важное, мистическое дело, и что это ценный и глубокий опыт, то беременность у большей части женщин вызывала бы тяжелейшую депрессию и ненависть к себе и ребенку, что повышало бы вероятность гибели ребенка и ослабляло ребенка (стресс беременной ребенку вредит на годы вперед);

потому природа хитрит, давая женщине положительные переживания;
их ценность - в сохранении ребенка;
а многие культуры это поддерживают, потому что тысячелетний опыт показывал, что женщина, радующаяся беременности и считающая ее положительным и важным состоянием, вынашивает нормально чаще, да и ребенок не страдает так от материнского стресса;
кроме того, тысячи же лет "ценный опыт" и память о внутренних ощущения были важны, чтобы помогать другим женщинам пройти через беременность, чтобы диагностировать их состояние верно;

человеческая психика любые травматические переживания может превратить в ценный опыт, это нам хорошо известно из военных мемуаров, из рассказов тюремных, концлагерных, из поучений религий, начиная с христианства и буддизма; человеческая психика способна превратить в ценный опыт или эйфорию даже прохождение через пытки;
и конечно, человек, который превратил свое страдание в ценный опыт человечности - гуманист, но само страдание от этого не обретает гуманность и особую человечность или ценность для всех;

весь "ценный опыт" беременности - средство облегчить беременность, роды и их последствия;
репликатор, если будет создан, устранит саму причину, по которой нужен этот "ценный опыт";

есть ли еще что-то в этом? ага, есть синхронизация реакций, биоритмов, систем гуморальной регуляции матери и ребенка во время вынашивания, которая позволяет многим матерям (чуть больше, чем половине), лучше и быстрее распознавать состояние и реакции своего ребенка после родов;
зачем это надо? а затем, что в джунглях раньше поняла, что ребенку плохо, что он ослабел, напуган, затосковал, проголодался - раньше помогла; можно аналога результатов такой связки добиться и без вынашивания? можно;

я не зря вас спрашивала, надо ли отменить наркоз и анальгетики, и всех заставлять преодолевать боль силами психики; мы все на это способны, когда природа нас сделала, она нам аналоги опиатов всадила внутрь, и люди способны, при известной тренировке, блокировать боль сами;
это ценный опыт? необыкновенно ценный; и пережившие его рассказывают не меньшие чудеса, чем женщины, вспоминая о родах, рассказывают, что "увидела ребенка и все сразу прошло, парю в облаках, все такое сиреневое";
химия этих процессов одинакова, ничего странного;
ну что, отменяем наркоз? голосуем за управление организмом?

несомненно, пока нет способа делать детей по-другому, переживание беременности, как ценного опыта, куда полезнее и важнее, чем переживание этого состояния с другим отношением;
но вот в отрыве от цели, смысла оно особого не имеет, и приписывать этот смысл ему не надо;
хочет женщина, имея выбор, через это пройти - ее право;
но всякий, кто утверждает, что этот опыт делает женщину человечнее, что это опыт гуманности, врет