![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Долго не могла сформулировать
что меня бесит в песне Городницкого про "Севастополь останется русским".
Нет, не то, что русским останется Севастополь. А вся вот эта вот строфа:
Что сулит наступающий год?
Снова небо туманное мглисто.
Я ступаю в последний вельбот,
Покидающий Графскую пристань
И шепчу я, прищурив глаза,
Не скрывая непрошеной грусти:
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
Она представляет собой случай так называемого художественного вранья.
Прочитаем две предыдущих строфы:
Пахнет дымом от павших знамен,
Мало проку от битвы жестокой.
Сдан последний вчера бастион,
И вступают враги в Севастополь.
И израненный молвит солдат,
Спотыкаясь на каменном спуске:
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
Над кормою приспущенный флаг,
В небе мессеров хищная стая.
Вдаль уходит последний моряк,
Корабельную бухту оставив,
И твердит он, смотря на закат,
И на берег покинутый, узкий:
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
То есть, Александр свет Моисеевич ставит себя в параллель с русским солдатом, покидающим павший Севастополь, а кого он сравнивает с захватчиками?
Неужели ему хоть раз приходилось вот прямо-таки убегать из Крыма или вообще с территории Украины в последнем вельботе? Нет. Его всегда здесь встречали хорошо - в Киеве, Днепропетровске, Донецке, Запорожье... Про Крым вообще не хочу говорить, он чуть ли не как на работу каждый год туда ездил - и всегда его носили на руках.
И мы, слушавшие его, стало быть, и есть те самые захватчики, от которых он утекает в последнем вельботе, утирая патриотическую соплю?
Ну что ж, Александр Моисеевич, пусть вас похоронят с этим орденом, который вам выписали за песенку.
Нет, не то, что русским останется Севастополь. А вся вот эта вот строфа:
Что сулит наступающий год?
Снова небо туманное мглисто.
Я ступаю в последний вельбот,
Покидающий Графскую пристань
И шепчу я, прищурив глаза,
Не скрывая непрошеной грусти:
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
Она представляет собой случай так называемого художественного вранья.
Прочитаем две предыдущих строфы:
Пахнет дымом от павших знамен,
Мало проку от битвы жестокой.
Сдан последний вчера бастион,
И вступают враги в Севастополь.
И израненный молвит солдат,
Спотыкаясь на каменном спуске:
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
Над кормою приспущенный флаг,
В небе мессеров хищная стая.
Вдаль уходит последний моряк,
Корабельную бухту оставив,
И твердит он, смотря на закат,
И на берег покинутый, узкий:
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
- Этот город вернется назад -
Севастополь останется русским!
То есть, Александр свет Моисеевич ставит себя в параллель с русским солдатом, покидающим павший Севастополь, а кого он сравнивает с захватчиками?
Неужели ему хоть раз приходилось вот прямо-таки убегать из Крыма или вообще с территории Украины в последнем вельботе? Нет. Его всегда здесь встречали хорошо - в Киеве, Днепропетровске, Донецке, Запорожье... Про Крым вообще не хочу говорить, он чуть ли не как на работу каждый год туда ездил - и всегда его носили на руках.
И мы, слушавшие его, стало быть, и есть те самые захватчики, от которых он утекает в последнем вельботе, утирая патриотическую соплю?
Ну что ж, Александр Моисеевич, пусть вас похоронят с этим орденом, который вам выписали за песенку.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Page 1 of 4