К постингу ниже
Очень распространено возражение, что если Бог допускает зло (неважно, по каким причинам), то вера в такого Бога вообще неприемлема, возвращаю билет, не писай в мой горшок и т. д.
Как я есть шкурник, так и ответ у меня на все это самый шкурный. Мне лично он подходит, а другим я его и не навязываю. Take it or leave it, как говорится.
Так вот, если мы тринем Бога, который, сцука такая, допустил, скажем, ГУЛАГ, Хиросиму и Нагасаки - у нас что, появится мир, в котором не было Гулага, Хиросимы и Нагасаки?
Хрена с два. У нас будет мир, где все погибшие в ГУЛАГе, Освенциме, Великой Чуме, Хиросиме и нагасаки ПРОСТО СДОХЛИ. Самой поганой смертью.
И когда мне, высокомерно оттопырив губу, говорят, что "ничего хорошего мы не можем подумать о людях, которые верят в такое попущение злу", мне хочется в ответ заорать - да, не сказать, а заорать - все, что я думаю о людях, которым нравится мысль о том, что миллионы людей, таких же как они, мысливших, любивших, страдавших - ПРОСТО СДОХЛИ. Зато за их смертью не стоит никакой воли, о-ляля, какое утешение.
Мерзкое это утешение, вот что я думаю. И если у меня особенно паршивое настроение - говорю вслух, не особенно выбирая выражений.
Как я есть шкурник, так и ответ у меня на все это самый шкурный. Мне лично он подходит, а другим я его и не навязываю. Take it or leave it, как говорится.
Так вот, если мы тринем Бога, который, сцука такая, допустил, скажем, ГУЛАГ, Хиросиму и Нагасаки - у нас что, появится мир, в котором не было Гулага, Хиросимы и Нагасаки?
Хрена с два. У нас будет мир, где все погибшие в ГУЛАГе, Освенциме, Великой Чуме, Хиросиме и нагасаки ПРОСТО СДОХЛИ. Самой поганой смертью.
И когда мне, высокомерно оттопырив губу, говорят, что "ничего хорошего мы не можем подумать о людях, которые верят в такое попущение злу", мне хочется в ответ заорать - да, не сказать, а заорать - все, что я думаю о людях, которым нравится мысль о том, что миллионы людей, таких же как они, мысливших, любивших, страдавших - ПРОСТО СДОХЛИ. Зато за их смертью не стоит никакой воли, о-ляля, какое утешение.
Мерзкое это утешение, вот что я думаю. И если у меня особенно паршивое настроение - говорю вслух, не особенно выбирая выражений.

no subject
no subject
реальные ситуации можно менять, да, их что при вере в Бога можно менять, что без нее;
вот мертвых в рамках научного мировоззрения воскресить нельзя, и научить человека не творить зла, сохраняя свободную волю, тоже нельзя;
no subject
no subject
на том основании, что в рамках науки никакого объективно существующего зла или добра нет;
чтобы решить проблему, ее надо сперва осознать, как проблему
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
конечно, зло возможно и тогда, когда необратимых ситуаций не бывает;
если я сожгу кого-то заживо, потом "аннулирую" это событие и снова сожгу заживо, зло останется зло;
для того, чтобы "зло" исчезло умерший должен быть воскрешен при памяти, болезненный опыт его не потерт, а исцелен, оставшись опытом, а поджигатель должен при сохранении свободы воли потерять стремление жечь кого-то в дальнейшем; это примитивное объяснение, конечно;
no subject
мне бы и в голову ничего такого не пришло. А почему бы не потереть?
no subject
no subject
no subject
человек уничтожает часть себя, потому что эта часть неотделима от зла, и там зло сильнее, чем человек; настолько сильнее, что это несовместимо с жизнью;
предположим, что у человека много таких воспоминаний, и жить с ними он не может, тогда придется почти под ноль вытереть человека;
no subject
no subject
просто, она с какого-то момента на мою личность субъективно "не надевается";
no subject
no subject
no subject
и психотерапия тут ни к чему, потому что она - не технология ладе на 50%; и стать технологией может только в одном случае: если мы вернемся к парадигме, что свободы воли нет, и мозг можно искусственно перебирать по запчастям химией и электрикой, и собирать по новой, изменяя личность произвольно;
вот так - хоп! - из искалеченной психически жертвы производя на свет здорового, победившего травму человека, умеющего теперь преодолевать такой болезненный опыт, и полностью переосмыслившего все травматические переживания и свое отношение к людям, их причинившим;
но вопрос этот не актуален вообще;
технологии этой нет, как нет и технологии воскрешения;
все удачное в области психотерапии жертвы и преступника подразумевает их желание сотрудничать и умение терапевта справиться с похожими переживаниями;
научитесь таких людей штпамповать конвеерным способом, не подвергая их при этом страданиям, можно будет дальше о чем-то говорить