![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
О т. н. "мужской прозе"
С Фатлаба:
"Круз - мужской автор, много стрельбы, ТТХ вооружений, У него в книгах совершенно нет розовых соплей и описаний душевных переживаний инфантильных героев".
Я не знаю, насколько хорош Круз (не читамши), но сдается мне, джентльмены, что инфантильность как раз и заключается в обожании пукалок и резалок, любовном их описывании и облизывании... Словом, весь этот милитаризм в коротких штанишках. Цитируя друой отзыв оттуда же, "Такое чувство что автор подписался на какой-то журнал по оружию.И как только получает новый номер,так и вставляет в книгу то что там нового прочитал..."
Что такое вообще мужская проза? Про танчики и патрончики? Типа, девочки не могут про это писать, только мальчики? Хня, ничего сложного и специфически мущщинского нет в писании о танчиках и патрончиках: главное, справочниками обложиться.
Или дело в том, что девочки - они пишут, типа, про настоящих девочек, а мальчики - про настоящих мальчиков? Тоже хня: в абсолютном большинстве прочитанных мной творений т. н. "мужской прозы" в главгерах фигурирует то, что мужчиной является только с биологической точки зрения. Одна Панкеева создала удачных мужских образов больше, чем Круз, Зыков и Беркем до кучи взятые.
Есть еще мнение, что мущщины с бОльшим удовольствием и меньшим напрягом читают про выпущенные кишки и разлетающиеся при прямом попадании мозги. И это снова возвращает нас во времене коротких штанишек, когда мальчики наперебой доказывают, что могут сколько угодно смотреть на дохлую крысу, и их не тошнит, вот!
Ага. То-то нянечки и санитары в больницах сполшь мужчины, ну просто сплошь. Чёт-то никто из любителей вышибать персонажам мозги с треском и брызами, не торопится писать, как, скажем, ЛЕЧИТЬ огнестрел. Хотя бы как первую помощь оказать. Не царское это дело.
Если бы эти книшшки были полезны хотя ы в утилитарном смысле этого слова - ну, типа как книжки про Томека. Если бы из них можно было узнать, как в дождь развести костер или чем промыть загрязненную рану, когда под рукой нет ни спирта, ни чего-либо похожего на сприт, ни кипяченой воды, ни даже простой. Или - чем, скажем, коллапс отличается от комы, и что человком делать в первом случае, а что - во втором. Так ведь нет. Рецепт выживания в большнстве случаев звучит совсем инче: надо быть просто самым подлым и всегда стрелять первым.
Ага. Вот только у Светы Прокопчик и Юлии Латыиной эта тема раскрыта куда лучше и реалистичнее. И кстати, с таким количеством жесткача, что Дима Быков, думая, что этим Латыниной польстил, сказал, что она пишет "по-мужски".
(Рану, кстати, в полевых условиях, когда нет ни кипяченой воды, ни спирта, лучшше всего промыть мочой. Она стерильна.)
Так что загадка "мужской прозы" остается неразрешенной. В чем состоит пресловутая "литературная мужественность"? Кто ответит.
ЗЫ: все еще не читав Круза, ознакомилась с его гражданской позицией:
Люди делятся на активных и интеллигентных. Одни делают, другие - "ум, честь и совесть" (с). Последние вымирают, а в случае прихода Песца - передохнут быстро.
Так вот, мне что-то ни фига не верится, что А. Круз пишет настоящую мужскую прозу. Настоящую мужкую прозу писал Виктор Шкловский, который не "передох" ни в голодном и холодном Петербурге, занятом большевиками, ни на Гражданской, ни потом. Большего жесткача, чем его "Сентиментальное путешествие" я ни у кого в нашей фантастике не видела (да простит меня Олег Дивов, но у него тоже).
"Круз - мужской автор, много стрельбы, ТТХ вооружений, У него в книгах совершенно нет розовых соплей и описаний душевных переживаний инфантильных героев".
Я не знаю, насколько хорош Круз (не читамши), но сдается мне, джентльмены, что инфантильность как раз и заключается в обожании пукалок и резалок, любовном их описывании и облизывании... Словом, весь этот милитаризм в коротких штанишках. Цитируя друой отзыв оттуда же, "Такое чувство что автор подписался на какой-то журнал по оружию.И как только получает новый номер,так и вставляет в книгу то что там нового прочитал..."
Что такое вообще мужская проза? Про танчики и патрончики? Типа, девочки не могут про это писать, только мальчики? Хня, ничего сложного и специфически мущщинского нет в писании о танчиках и патрончиках: главное, справочниками обложиться.
Или дело в том, что девочки - они пишут, типа, про настоящих девочек, а мальчики - про настоящих мальчиков? Тоже хня: в абсолютном большинстве прочитанных мной творений т. н. "мужской прозы" в главгерах фигурирует то, что мужчиной является только с биологической точки зрения. Одна Панкеева создала удачных мужских образов больше, чем Круз, Зыков и Беркем до кучи взятые.
Есть еще мнение, что мущщины с бОльшим удовольствием и меньшим напрягом читают про выпущенные кишки и разлетающиеся при прямом попадании мозги. И это снова возвращает нас во времене коротких штанишек, когда мальчики наперебой доказывают, что могут сколько угодно смотреть на дохлую крысу, и их не тошнит, вот!
Ага. То-то нянечки и санитары в больницах сполшь мужчины, ну просто сплошь. Чёт-то никто из любителей вышибать персонажам мозги с треском и брызами, не торопится писать, как, скажем, ЛЕЧИТЬ огнестрел. Хотя бы как первую помощь оказать. Не царское это дело.
Если бы эти книшшки были полезны хотя ы в утилитарном смысле этого слова - ну, типа как книжки про Томека. Если бы из них можно было узнать, как в дождь развести костер или чем промыть загрязненную рану, когда под рукой нет ни спирта, ни чего-либо похожего на сприт, ни кипяченой воды, ни даже простой. Или - чем, скажем, коллапс отличается от комы, и что человком делать в первом случае, а что - во втором. Так ведь нет. Рецепт выживания в большнстве случаев звучит совсем инче: надо быть просто самым подлым и всегда стрелять первым.
Ага. Вот только у Светы Прокопчик и Юлии Латыиной эта тема раскрыта куда лучше и реалистичнее. И кстати, с таким количеством жесткача, что Дима Быков, думая, что этим Латыниной польстил, сказал, что она пишет "по-мужски".
(Рану, кстати, в полевых условиях, когда нет ни кипяченой воды, ни спирта, лучшше всего промыть мочой. Она стерильна.)
Так что загадка "мужской прозы" остается неразрешенной. В чем состоит пресловутая "литературная мужественность"? Кто ответит.
ЗЫ: все еще не читав Круза, ознакомилась с его гражданской позицией:
Люди делятся на активных и интеллигентных. Одни делают, другие - "ум, честь и совесть" (с). Последние вымирают, а в случае прихода Песца - передохнут быстро.
Так вот, мне что-то ни фига не верится, что А. Круз пишет настоящую мужскую прозу. Настоящую мужкую прозу писал Виктор Шкловский, который не "передох" ни в голодном и холодном Петербурге, занятом большевиками, ни на Гражданской, ни потом. Большего жесткача, чем его "Сентиментальное путешествие" я ни у кого в нашей фантастике не видела (да простит меня Олег Дивов, но у него тоже).
no subject
Герой "мужского романа", которого не подставили - это примерно как героиня "женского романа", у которой нет конфликта с мужчиной ее мечты.
no subject
no subject
Не то чтобы я его защищаю (скорее равнодушен, таки это не мой жанр), но коль скоро беру на себя обязанности критика - вынужден быть объективным.
Так вот - у Круза ничего указанного нету.
Ни тебе подруги challenge, которую пришлось бы побеждать (подруги как таковые чаще имеются чем нет, но о соперничестве речь не идет - всегда только о сотрудничестве). Ни тебе прокачки героя по левелам, причем принципиально.
Ни тебе упомянутых реплик по ходу. Не тот герой, совсем. Сомневающиеся могут проверить ;)
Никаких пробуждений с похмелья.
Ну и наконец - нету как желания разобраться с боссом, автором подставы - как нету и самой подставы. Если, конечно, не считать "подставой" очередной катаклизм - но увы, с автором такой подставы не разберется и автор текста :)
Мне стало интересно. Освежил в памяти все вещи Круза. Поискал подставы.
После долгих поисков нашел нечто, способное назваться подставой. В завязке романа "Земля лишних". Нашел. Ну... почти подставу. И задумался - где ж я нечто знакомое видел?
И вспомнил. Почти такая же "подстава" была у Жюля Верна, в завязке "Таинственного острова". Подстава и побег (там - на воздушном шаре, тут - порталом в другой мир).
И все стало на свои места.
Герой Круза - осовремененный герой Верна. Гедеон Спиллет и немножечко Пенкроф (конечно, ни разу не Сайрус Смит). "Да кто он такой?!", "Он крут!", "Взять его!" - не его фразы. Фабула довольно проста: попадалово, побег - и попытки освоиться в новой ситуации. На острове. Вот разве что остров у Круза получился очень даже обитаемый (извини за невольную аллюзию). В остальном же - четкая параллель. Даже обсуждения ТТХ оружия (отмечу - единственный пункт из списка, в котором можно хоть формально обвинить автора) занимает примерно то же место, что и обсуждения ТТХ различных ресурсов острова у Верна.
То есть - оружие всегда (ну хорошо, - почти всегда) подбирается под конкретную задачу и прикидка параметров диктуется сюжетом. Такое, чтоб герой просто так, на ровном месте уселся и начал медитировать на разные типы боеприпасов, - не характерно.
В общем - увы. Не "мужской роман". По крайней мере - не больше, чем тот же "Таинственный остров". Хотя "Остров" как раз мог бы на это звание претендовать.
Только без кавычек.
Насчет "Земли лишних" того же не скажу. Все-таки послабее Верна будет. Но при этом вполне достойно.