О подсчетах боли и радости

[morreth]

давным-давно, на заре туманной юности прочитала я статью о пирсинге какого-то британского журналиста. Статья - стандартная облегченная жвачка для мОлодежного журнала, но в ней было одно толковое ноу-хау: там боль, испытываемая человеком при протыкании разных частей тела, оценивалась по десятибалльной шкале, где за десять баллов было принято ощущение, испытываемое человеком, с размаху прищемившим руку дверцей автомобиля - и по нисходящей, я уже не помню, к скольким баллам что привязывалось.

Так это я к чему. Объяснения Могултая становятся все непонятнее, и я себя чувствую как дурак, асиливший Тору и застрявший в талмуде. Например, смыцсл каждого слова в нижеприведенном пассаже мне понятен - а смысл пассажа в целом - нет.

"Аналогичные расчеты можно провести по вавилонским обществам. Есть ряд
критериев, задающих это самое "вавилонианство" - это вовсе не только объявление подневолия "материей" зла (т.е. того, что при прочих равных надо избегать), а исполнения желания как "материи добра" (т.е. того, чему при прочих равных надо одобрительно сочувствовать и помогать). Это еще и персонализм (в т.ч. концепция прйваси и личной ответственности за личную вину, то есть отказ от коллективных наказаний иначе как членов организованного сообщества за то, что оно делает как сообщество, а также объявление превентивных наказаний злом), и антиперфекционизм (в т.ч. отказ от превентивных наказаний с воспитательной целью и отказ от конфуцианоидного понятия о "развращении"), и концепция примерно симметричного воздаяния ("пропорционально-возмездное" понимание наказаний), и рационализм-эмпиризм, и категорическое нежелание запрещать людям удовольствия, сами по себе не несущие прямого ущерба другим, ради избавления от дальнего косвенного ущерба морали и обществу, на мельницу какового ущерба эти удовольствия могли бы лить воду - то есть "для укрепления духа и охраны высшего общественного блага", и еще некоторые вещи. В рамках этих вещей можно чинить любые по модулю жестокости - например, поголовно и мучительно истребить все живое во вражеском городе, - но вовсе не любые по характеру и формату жестокости."

Товарищи вавилонцы! Вы можете расписать мне алгоритм подсчета страданий/радостей так же просто и тупо, как британский журналюга расписал болевые ощущения, испытываемые при пирсинге?

Comments

Re: Ну здрассте.

[wiradhe.livejournal.com]

Вот такие алгоритмы определяют у вавилонян (а на самом деле - у всех в большинстве ситуаций), какую боль клогда следует засчитывать при вынесении решенияо том, против чего и как выступать. Вот я и указывал Ольге, что машинка, вырабатывающая эти алгоритмы, существует и работает, причем и у вавилонян, и у христиан,и что Ольга сама отлично знает, как она работает, - и, стало быть, не дело ей вопрошать, как же это вавилоняне будут при реализации своей этики справляться с учетом радостей и болей. Она отлично знает, КАК, причем так и христиане это делают.
Поскольку на самом деле христианская этика (как и почти все прочие) - это вавилонская этика с некоторыми волевым путем проведенными искусственными исключениями. В 99 случаях из 100 христианину при решении этических задач нечем руководиться,кроме того, чем на его месте оставалось бы руководиться вавилонянину. Писание и предписания Бога тут ему не в помощь, ибо они очень мало о чем сообщают вообще. Они еще способны указать, что в ситуации с машейи Леной маша впала в грех зависти, но вот надо лди пособлять Машиному избавлению от зависти (в любом случае требующему покаяния) еще и насильственным обкорнанием Лены - наэту тему христианские заповеди не говорят ничего. Это надо рещать только тойже машинкой, коей пользуются вавлоняне. И ничего - справляются христиане...