А вот еще совсем недавно перечитамши "Хэйкэ"...
...опять подумалось - а ведь в первоначальном замысле о "Сердце меча" прототипом Бона должен был быть Тайра Киёмори, и уничтожение Сунагиси имело отчетливую параллель - сожжение храмов Миидэра... Как же так оно повернулось-то, а?
И еще одна страшная загадака - почему они так легко кончали с собой? Я не имею в виду воинов, для которых плен все равно означал неизбежную казнь, только еще и с позором - а вот знатные женщины вроде императрицы-матери Кэнрэймон-ин или типераторской бабки Нииноама? Ведь статус надежно защищал их от любых закидов со стороны самураев Минамото, и никакая позорная казнь ни им, ни малолетнему императору Антоку не грозила - ну, низложили бы; но даже на низложенного императора никто не смел поднять руку. Зачем было убивать себя, детей? Неужели потеря статуса была несовместима с жизнью?
И еще одна страшная загадака - почему они так легко кончали с собой? Я не имею в виду воинов, для которых плен все равно означал неизбежную казнь, только еще и с позором - а вот знатные женщины вроде императрицы-матери Кэнрэймон-ин или типераторской бабки Нииноама? Ведь статус надежно защищал их от любых закидов со стороны самураев Минамото, и никакая позорная казнь ни им, ни малолетнему императору Антоку не грозила - ну, низложили бы; но даже на низложенного императора никто не смел поднять руку. Зачем было убивать себя, детей? Неужели потеря статуса была несовместима с жизнью?

no subject
- Полуоффтопик: мне по теме, как помирают с музыкой, в первую очередь в голову приходит история Ханг Джебата. Я ее позволю себе кратко пересказать, хотя Вы, возможно, ее знаете - но пересказать по памяти, т.к. в сети текста нет, а под рукой у меня нет книжки.
Ханг Джебат был ближайшим другом, побратимом и богатырем номер два после Ханг Туаха, героя малайского эпоса. Когда султану в очередной раз взбрендило прогневаться на Ханг Туаха и повелеть его казнить(*) - Джебат сделал выводы и решил отомстить. Начал он свою ужасную мстю с того, что потребовал пожаловать его освободившимся титулом Ханг Туаха (верховным адмиралом). Султан сказал, что он надежда и опора трона - и пожаловал. Затем Джебат попросил волшебный крис Ханг Туаха, делавший его непобедимым. Султан подарил ему крис. Потом султан немножко поразмыслил - и сбежал из дворца. Джебат заявился в оставленную резиденцию и начал пьянствовать и мило развлекаться с женщинами султанского гарема. Тут-то и вернулся по призыву султана недоказненный Ханг Туах.
Джебат попросил друга немножко обождать у двери - и перерезал всех султанских жен, приговаривая "уж коли быть мятежником, так по локоть в крови". Потом богатыри долго сражались, в процессе трогательно обсуждая былую дружбу и несчастную судьбу, не забывая, однако, пытаться предательскими уловками укокошить соперника. Ханг Туах сыграл свою партию лучше, и, выманив у Джебата искомый крис, положил конец его так называемому мятежу :(
История Джебата, заигравшегося в свою месть и свою честь, и история гибели императора Антоку, конечно, имеют очень мало общего, но мне кажется сходным авторское отношение к этим преступлениям - ни разу не одобрение, но такое вот эпическое сочувствие с пониманием... Ну и, кроме того, эти малайцы в некоторых отношениях кажутся чрезвычайно похожими на японцев.
(*) - их отношения - самое впечатляющее, на мой взгляд, изложение истории идеального вассала и не очень достойного монарха... С одной стороны, султан в Повести о Ханг Туахе - ничтожное самовлюбленное и подозрительное растение, ни разу не проявляющее хоть каких-нибудь достоинств правителя... кроме одного: он божественный потомок рода небесных раджей, и сердце каждого достойного человека безмерно радуется его созерцанию. С точки зрения рассказчика (и Ханг Туаха) - этого одного достоинства более чем достаточно, и какими-то иными радже обладать не нужно, а то и вредно; поэтому неукоснительное повиновение султану и всевозможная забота об удовлетворении его прихотей - высший моральный долг.
no subject
no subject
no subject
no subject