![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Вопли голого короля
На одном моменте надо внимание заострить особо
Платоникус:
Съ формулой "родители не подлежатъ прощенію или непрощенiю, не подлежатъ вообще никакой оцѣнкѣ" я совершенно согласенъ (...), - какъ разъ все иное подозрительно смахиваетъ на Хамовъ грѣхъ.
Хамов грех - тот самый, из легенды - вообще гораздо более страшная штука, чем люди себе представляют Это мы, не зная культурного контекста, думаем, что Хам всего лишь на пьяного голого отца братьям указал чиста поржать.
"И увидел Хам, отец Ханаана, наготу отца своего, и выйдя рассказал двум братьям своим. 23 Сим же и Иафет взяли одежду и, положив ее на плечи свои, пошли задом и покрыли наготу отца своего; лица их были обращены назад, и они не видали наготы отца своего"
В чем вообще ужоснах? Что принципиально нового могли увидеть братья, чего не было у них самих? Да вроде бы ничего.
А когда в контекст въедешь - так дело принимает крутой оборот:
"Кто ляжет с женою отца своего, тот открыл наготу отца своего: оба они да будут преданы смерти, кровь их на них. (Лев.20:11)"
"Если кто возьмет сестру свою, дочь отца своего или дочь матери своей, и увидит наготу ее, и она увидит наготу его: это срам, да будут они истреблены пред глазами сынов народа своего; он открыл наготу сестры своей: грех свой понесет он. (Лев.20:17)"
"Открыть наготу" в древнееврейском обществе - синонимично и символически равнозначно "переспать". Тут даже неважно, спали на самом деле или нет. Закон велит рассматривать обнажение как состоявшийся половой акт. И велит карать за поддобные штуки круто.
Вот такие вот пироги. Поняли, почему братья Хама подруливали к отцу тылом? Они не хотели даже случайно совершить символического изнасилования отца. Потому что в первобытном сознании символически - это то же самое, что и по-настоящему, только удовольствия никакого. Библия полна примеров того, как нарушение символических запретов оборачивалось совершенно несимволическими смертями. Незнание табу не освобождает от ответственности: бежняга Ионатан покушал мёда, который в тот день был "заклят" - и амба.
Представим себя на месте Хама: мы по какому-то делу входим в шатер отца, а он там валяется голый. И мы с ужасом понимаем, что, совершенно ни о чем таком не думая - нарушили несколько табу, да при том самых страшных: инцест, содомия, оскорбление отца. Пиздец, думает Хам по-древнееврейски.
Варианты действия:
1. Сделать вид, что ничего не случилось. Быстренько прикрыть отца тряпками и испариться.
2. Сделать то же самое, _не_ прикрывая отца тряпками. Пусть в виноватых окажется кто-то другой, кто вопрется в шатер следующим.
Надо сказать, что эти варианты легко пришли бы в голову человеку современному, который не привык богов иметь в виду. Для Хама, скорее всего, вариантов просто не существовало. Бог видел, как он нарушил табу - он так или иначе осуществит свою кару. Однова пропадать. Так зачем пропадать зря? Если сделать двух других братьев соучастниками - показать им голого отца - социально уничтоженным буедет уже не Хам, а Ной. Его символически трахнули все сыновья, тем самым из статуса отца переведя в статус... не пойми кого. Он больше никто. Ему остается пойти повесиццо - после чего братья смогут спокойно распилить имущество. А Бог - ну что Бог, уже пообещал не губить, куда он денется с подводной лодки?
Но братья, как мы знаем из легенды, не поддались на провокацию и табу не нарушили. Таким образом, социальное уничтожение Ноя не состоялось, он проспался и проклял, что характерно, Ханаана. Почему не Хама - вряд ли мы в ближайшее время узнаем.
Когда Библия распространилась среди греков, культурный контекст был утрачен. У греков, как мы знаем, вообще было другое отнолегие к обнаженке, и акценты в истории Хама сместились: его поступок был расценен как насмешка над _пьяным состоянием_ отца, а не как нарушение сурового сексуального табу на то, чтобы даже видеть своего кровного родственника, тем паче отца, голым. Это грекам было понятно, благо вино они тоже уважали, да и патернализм у них был развит нехило.
Резюмэ. Попытка выдать за "хамов грех" критическое отношение к родителям - это из той же оперы, что и слоган: "Сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст". Между критикой и подстрекательством к насилию, пусть и символическому - дистанция огромного размера. Короткой она кажется только тем, чье тщеславие воспринимает как насилие любую критику. Да, Платоникус, это я о вас. В критике, если она справедлива, нет Хамова греха.
Тут надо указать еще на один аспект вопроса. Патриарх Ной, надираясь и раздеваясь, совершенно не подумал о том, кого и в какое положение он может поставить. А потом проклял внука, ага. Очень характерная черта того рода патернализма, который прославляется Платоникусом - за ошибки патриарха расплачиваются другие. Казалось бы - чего проще: не надирайся до положения риз - и не случится "бунт на корабле". Требуешь уважения к себе - веди себя достойно. Попытка выговорить себе привилегию "не подлежать вообще никакой оценке" - это претензия на звание даже не Ноя, а голого короля из сказки Андерсена: рассекать по улицам, сверкая задом и при этом слышать со всех сторон "Ах, какой восхитительный наряд!".
А ребенок, который крикнет, что король голый - непремено хам; кто же еще?
Платоникус:
Съ формулой "родители не подлежатъ прощенію или непрощенiю, не подлежатъ вообще никакой оцѣнкѣ" я совершенно согласенъ (...), - какъ разъ все иное подозрительно смахиваетъ на Хамовъ грѣхъ.
Хамов грех - тот самый, из легенды - вообще гораздо более страшная штука, чем люди себе представляют Это мы, не зная культурного контекста, думаем, что Хам всего лишь на пьяного голого отца братьям указал чиста поржать.
"И увидел Хам, отец Ханаана, наготу отца своего, и выйдя рассказал двум братьям своим. 23 Сим же и Иафет взяли одежду и, положив ее на плечи свои, пошли задом и покрыли наготу отца своего; лица их были обращены назад, и они не видали наготы отца своего"
В чем вообще ужоснах? Что принципиально нового могли увидеть братья, чего не было у них самих? Да вроде бы ничего.
А когда в контекст въедешь - так дело принимает крутой оборот:
"Кто ляжет с женою отца своего, тот открыл наготу отца своего: оба они да будут преданы смерти, кровь их на них. (Лев.20:11)"
"Если кто возьмет сестру свою, дочь отца своего или дочь матери своей, и увидит наготу ее, и она увидит наготу его: это срам, да будут они истреблены пред глазами сынов народа своего; он открыл наготу сестры своей: грех свой понесет он. (Лев.20:17)"
"Открыть наготу" в древнееврейском обществе - синонимично и символически равнозначно "переспать". Тут даже неважно, спали на самом деле или нет. Закон велит рассматривать обнажение как состоявшийся половой акт. И велит карать за поддобные штуки круто.
Вот такие вот пироги. Поняли, почему братья Хама подруливали к отцу тылом? Они не хотели даже случайно совершить символического изнасилования отца. Потому что в первобытном сознании символически - это то же самое, что и по-настоящему, только удовольствия никакого. Библия полна примеров того, как нарушение символических запретов оборачивалось совершенно несимволическими смертями. Незнание табу не освобождает от ответственности: бежняга Ионатан покушал мёда, который в тот день был "заклят" - и амба.
Представим себя на месте Хама: мы по какому-то делу входим в шатер отца, а он там валяется голый. И мы с ужасом понимаем, что, совершенно ни о чем таком не думая - нарушили несколько табу, да при том самых страшных: инцест, содомия, оскорбление отца. Пиздец, думает Хам по-древнееврейски.
Варианты действия:
1. Сделать вид, что ничего не случилось. Быстренько прикрыть отца тряпками и испариться.
2. Сделать то же самое, _не_ прикрывая отца тряпками. Пусть в виноватых окажется кто-то другой, кто вопрется в шатер следующим.
Надо сказать, что эти варианты легко пришли бы в голову человеку современному, который не привык богов иметь в виду. Для Хама, скорее всего, вариантов просто не существовало. Бог видел, как он нарушил табу - он так или иначе осуществит свою кару. Однова пропадать. Так зачем пропадать зря? Если сделать двух других братьев соучастниками - показать им голого отца - социально уничтоженным буедет уже не Хам, а Ной. Его символически трахнули все сыновья, тем самым из статуса отца переведя в статус... не пойми кого. Он больше никто. Ему остается пойти повесиццо - после чего братья смогут спокойно распилить имущество. А Бог - ну что Бог, уже пообещал не губить, куда он денется с подводной лодки?
Но братья, как мы знаем из легенды, не поддались на провокацию и табу не нарушили. Таким образом, социальное уничтожение Ноя не состоялось, он проспался и проклял, что характерно, Ханаана. Почему не Хама - вряд ли мы в ближайшее время узнаем.
Когда Библия распространилась среди греков, культурный контекст был утрачен. У греков, как мы знаем, вообще было другое отнолегие к обнаженке, и акценты в истории Хама сместились: его поступок был расценен как насмешка над _пьяным состоянием_ отца, а не как нарушение сурового сексуального табу на то, чтобы даже видеть своего кровного родственника, тем паче отца, голым. Это грекам было понятно, благо вино они тоже уважали, да и патернализм у них был развит нехило.
Резюмэ. Попытка выдать за "хамов грех" критическое отношение к родителям - это из той же оперы, что и слоган: "Сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст". Между критикой и подстрекательством к насилию, пусть и символическому - дистанция огромного размера. Короткой она кажется только тем, чье тщеславие воспринимает как насилие любую критику. Да, Платоникус, это я о вас. В критике, если она справедлива, нет Хамова греха.
Тут надо указать еще на один аспект вопроса. Патриарх Ной, надираясь и раздеваясь, совершенно не подумал о том, кого и в какое положение он может поставить. А потом проклял внука, ага. Очень характерная черта того рода патернализма, который прославляется Платоникусом - за ошибки патриарха расплачиваются другие. Казалось бы - чего проще: не надирайся до положения риз - и не случится "бунт на корабле". Требуешь уважения к себе - веди себя достойно. Попытка выговорить себе привилегию "не подлежать вообще никакой оценке" - это претензия на звание даже не Ноя, а голого короля из сказки Андерсена: рассекать по улицам, сверкая задом и при этом слышать со всех сторон "Ах, какой восхитительный наряд!".
А ребенок, который крикнет, что король голый - непремено хам; кто же еще?
no subject
Известна еще одна версия: Ной не мог лишить никого из своих детей благословения, которое им дал Сам Бог, поэтому проклятие перешло на следующее поколение.