![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Прочитала "После пламени" Тэссы и Альвдис
Как же у АСТ, должно быть, плохи дела, если они пчатают такую непристойну похабень?
Поправка: Это Северо-Запад. Ну, у них дела таки да, плохи.
Мои пальцы сомкнулись на предплечье нолдора, а кулак врезался в челюсть. Я двинул его от души – парень выронил кинжал и мешком свалился к моим ногам. Руки немедленно свело судорогой – от кончиков пальцев до плеч, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы кое-как справиться с болью.
Когда пелена перед глазами немного рассеялась, оказалось, что на меня во весь опор мчится нолдорская конница. С луками наготове. Две стрелы упали на землю, не долетев до меня несколько локтей – у кого-то не хватило терпения.
Комментарий: ума и знания предмета у кого-то не хватило - конные лучники не стреляют перед собой, еще не хватало перестрелять своих же лошадей! Они разворачиваются на 90 градусов и на скаку выпускают стрелы _вбок_. Задача такого маневра - создать непрерывный обстрел, большая прицельность тут не требуется, так как чаще всего таким образом стреляют по временным укреплениям горящими стрелами, чтобы поджечь частокол или среб и выманить врага драться в поле.
НО это мелочи, в конце концов. Цветочки. А вот ягодки.
Я был в бешенстве. С каким наслаждением я отдал бы этого бестолкового щенка волколакам! Впрочем, я сейчас почти радовался, что связал себя словом. Труп Маэдроса был для меня бесполезен. Живой Маэдрос – иное дело. А если бы не обещание, данное Феанору, я не сдержался бы. Тем более, что после сегодняшних событий руки продолжали отчаянно болеть, и это не добавляло терпения.
Я вышел на открытую галерею и подставил разгоряченное лицо холодному ветру, несущему мелкий, колючий снег. Стало легче. Я не хотел принимать решения, покуда не обуздаю гнев.
Сознание постепенно прояснялось, приступ ярости проходил, мысли обретали привычную четкость.
Итак. Старший сын Феанора и предводитель нолдор в моих руках. Насколько я знаю обычаи этого народа, у них принята безоговорочная преданность младших старшим. Стало быть, Маглор, по меньшей мере, задумается, прежде чем что-либо предпринять, если будет знать, что его действия могут стать причиной нестерпимых мук брата. Вот только… поверит ли он, что Маэдрос жив? Поверит. Если сможет общаться с тем по осанвэ. А еще лучше – если сможет видеть его. Как бы это устроить?
Я медленно шел по галерее, разглядывая заснеженные склоны Эред Энгрин. Осанвэ враждебно настроенного ко мне нолдора невозможно из Ангбанда – моя сила погасит его. Это всё равно, что пытаться разжечь огонь под водой. Значит, Маэдрос должен находиться где-то за пределами крепости. На виду. Но вне досягаемости Воплощенных.
И тут меня осенило. Решение было простым и изящным, как и все наиболее удачные мои замыслы. Приковать парня к горному склону. Ну, скажем, с внешней стороны Тангородрима. И пусть висит. В качестве напоминания о том, как не следует себя со мною вести.
***
Добрый такой. Я уею. А это Феанор:
Он не жалел Маэдроса – сын сумел достаточно разозлить отца, чтобы тот перестал интересоваться именно им.
Он не жалел Маэдроса. Его горе было много больше страданий дерзкого сына.
Война. Неизбежная война между нолдорами и Ангбандом. Между моим другом и моими сыновьями.
– Война закончена, Феанор, – Мелькор вошел в комнату и устроился у изголовья нолдора. – Я же говорил, что остановлю ее. С каких пор ты стал сомневаться в моих возможностях?
Голос Темного Валы звучал бодро, но взгляд, устремленный на бледное лицо друга, выдавал тревогу. И еще – решимость.
Феанор не повернул головы:
– Ты был столь же уверен, что Маэдрос согласится на переговоры.
Мелькор запнулся, но не более, чем на мгновение:
– Так он и согласился. Более того, именно благодаря ему нолдор не станут больше воевать со мной. Как я и планировал. Нет, Маэдрос своего решения не изменил, – сказал Темный Вала, предваряя вопрос друга. – Но от его решений больше ничего не зависит. Хоть я и оставил его в живых, как обещал.
– Хорошо. – Всё тем же безжизненным тоном.
– Так вот, – Мелькор словно не замечал состояния Феанора. – Теперь нас с тобой ждет работа. Много работы.
Только тогда Феанор повернул голову и посмотрел на Мелькора.
– Вставай, – поторопил его Темный Вала. – Я должен отдать тебе кое-что. И тебе неудобно будет принять это лежа.
Требовательный тон Мелькора неожиданно пробудил доселе спавшее упрямство нолдора. Так что тот не спешил вставать. Даже не назло. Просто по привычке.
– Что ты хочешь отдать мне?
– То, что ты не ожидал получить обратно. То, что поможет тебе лучше любых целителей.
Мелькор усмехнулся и отошел к окну, выжидающе глядя на Феанора.
"Хочет расшевелить меня..." – подумал Феанор с благодарностью. И чувство признательности другу оказалось сильнее упрямства или ложной гордости.
Феанор встал и улыбнулся – печально и чуть снисходительно: дескать, тебе так нужно было добиться моего послушания?
Мелькор отбросил полу плаща, скрывавшую то, что он держал в руке.
– Он стосковался по тебе.
Рок Огня.
Феанор взглянул на свой меч так, как смотрят на друга после разлуки. Слов не было. Они были излишни.
Он подошел, взял меч, обнажил на ладонь, прижался к клинку плотно сжатыми губами.
Тот, кто когда-то был Государем Форменоса, сейчас не думал о том, что получить меч из рук Властелина Ангбанда означает... нет, даже тени этой мысли не было у Феанора, видящего в поступке Мелькора лишь доказательство искренней дружбы, последнее, весомейшее доказательство того, что Феанор действительно не пленник, доказательство полного доверия, тем более дорогого сейчас, после безумного упрямства Маэдроса.
– Спасибо.
Тихим голосом. От сердца. И невысказанным прозвучало: "За меч спасибо, но за доверие – вдвойне".
***
Класс, да? Так его даже сэшеры не опускали...
Поправка: Это Северо-Запад. Ну, у них дела таки да, плохи.
Мои пальцы сомкнулись на предплечье нолдора, а кулак врезался в челюсть. Я двинул его от души – парень выронил кинжал и мешком свалился к моим ногам. Руки немедленно свело судорогой – от кончиков пальцев до плеч, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы кое-как справиться с болью.
Когда пелена перед глазами немного рассеялась, оказалось, что на меня во весь опор мчится нолдорская конница. С луками наготове. Две стрелы упали на землю, не долетев до меня несколько локтей – у кого-то не хватило терпения.
Комментарий: ума и знания предмета у кого-то не хватило - конные лучники не стреляют перед собой, еще не хватало перестрелять своих же лошадей! Они разворачиваются на 90 градусов и на скаку выпускают стрелы _вбок_. Задача такого маневра - создать непрерывный обстрел, большая прицельность тут не требуется, так как чаще всего таким образом стреляют по временным укреплениям горящими стрелами, чтобы поджечь частокол или среб и выманить врага драться в поле.
НО это мелочи, в конце концов. Цветочки. А вот ягодки.
Я был в бешенстве. С каким наслаждением я отдал бы этого бестолкового щенка волколакам! Впрочем, я сейчас почти радовался, что связал себя словом. Труп Маэдроса был для меня бесполезен. Живой Маэдрос – иное дело. А если бы не обещание, данное Феанору, я не сдержался бы. Тем более, что после сегодняшних событий руки продолжали отчаянно болеть, и это не добавляло терпения.
Я вышел на открытую галерею и подставил разгоряченное лицо холодному ветру, несущему мелкий, колючий снег. Стало легче. Я не хотел принимать решения, покуда не обуздаю гнев.
Сознание постепенно прояснялось, приступ ярости проходил, мысли обретали привычную четкость.
Итак. Старший сын Феанора и предводитель нолдор в моих руках. Насколько я знаю обычаи этого народа, у них принята безоговорочная преданность младших старшим. Стало быть, Маглор, по меньшей мере, задумается, прежде чем что-либо предпринять, если будет знать, что его действия могут стать причиной нестерпимых мук брата. Вот только… поверит ли он, что Маэдрос жив? Поверит. Если сможет общаться с тем по осанвэ. А еще лучше – если сможет видеть его. Как бы это устроить?
Я медленно шел по галерее, разглядывая заснеженные склоны Эред Энгрин. Осанвэ враждебно настроенного ко мне нолдора невозможно из Ангбанда – моя сила погасит его. Это всё равно, что пытаться разжечь огонь под водой. Значит, Маэдрос должен находиться где-то за пределами крепости. На виду. Но вне досягаемости Воплощенных.
И тут меня осенило. Решение было простым и изящным, как и все наиболее удачные мои замыслы. Приковать парня к горному склону. Ну, скажем, с внешней стороны Тангородрима. И пусть висит. В качестве напоминания о том, как не следует себя со мною вести.
***
Добрый такой. Я уею. А это Феанор:
Он не жалел Маэдроса – сын сумел достаточно разозлить отца, чтобы тот перестал интересоваться именно им.
Он не жалел Маэдроса. Его горе было много больше страданий дерзкого сына.
Война. Неизбежная война между нолдорами и Ангбандом. Между моим другом и моими сыновьями.
– Война закончена, Феанор, – Мелькор вошел в комнату и устроился у изголовья нолдора. – Я же говорил, что остановлю ее. С каких пор ты стал сомневаться в моих возможностях?
Голос Темного Валы звучал бодро, но взгляд, устремленный на бледное лицо друга, выдавал тревогу. И еще – решимость.
Феанор не повернул головы:
– Ты был столь же уверен, что Маэдрос согласится на переговоры.
Мелькор запнулся, но не более, чем на мгновение:
– Так он и согласился. Более того, именно благодаря ему нолдор не станут больше воевать со мной. Как я и планировал. Нет, Маэдрос своего решения не изменил, – сказал Темный Вала, предваряя вопрос друга. – Но от его решений больше ничего не зависит. Хоть я и оставил его в живых, как обещал.
– Хорошо. – Всё тем же безжизненным тоном.
– Так вот, – Мелькор словно не замечал состояния Феанора. – Теперь нас с тобой ждет работа. Много работы.
Только тогда Феанор повернул голову и посмотрел на Мелькора.
– Вставай, – поторопил его Темный Вала. – Я должен отдать тебе кое-что. И тебе неудобно будет принять это лежа.
Требовательный тон Мелькора неожиданно пробудил доселе спавшее упрямство нолдора. Так что тот не спешил вставать. Даже не назло. Просто по привычке.
– Что ты хочешь отдать мне?
– То, что ты не ожидал получить обратно. То, что поможет тебе лучше любых целителей.
Мелькор усмехнулся и отошел к окну, выжидающе глядя на Феанора.
"Хочет расшевелить меня..." – подумал Феанор с благодарностью. И чувство признательности другу оказалось сильнее упрямства или ложной гордости.
Феанор встал и улыбнулся – печально и чуть снисходительно: дескать, тебе так нужно было добиться моего послушания?
Мелькор отбросил полу плаща, скрывавшую то, что он держал в руке.
– Он стосковался по тебе.
Рок Огня.
Феанор взглянул на свой меч так, как смотрят на друга после разлуки. Слов не было. Они были излишни.
Он подошел, взял меч, обнажил на ладонь, прижался к клинку плотно сжатыми губами.
Тот, кто когда-то был Государем Форменоса, сейчас не думал о том, что получить меч из рук Властелина Ангбанда означает... нет, даже тени этой мысли не было у Феанора, видящего в поступке Мелькора лишь доказательство искренней дружбы, последнее, весомейшее доказательство того, что Феанор действительно не пленник, доказательство полного доверия, тем более дорогого сейчас, после безумного упрямства Маэдроса.
– Спасибо.
Тихим голосом. От сердца. И невысказанным прозвучало: "За меч спасибо, но за доверие – вдвойне".
***
Класс, да? Так его даже сэшеры не опускали...
no subject
(Anonymous) 2004-03-24 05:32 pm (UTC)(link)Кроме дурацкой "мозаичной фрески" пока никто ничего не предъявил.
Katherine Kinn
no subject
2. У меня не было возможности притащить на работу двухтомник, поэтому сейчас приведу то, что помню, а чуть позже, с вашего позволения - более полный список ляпов в сюжете и речи.
- "обвитая клубами пара" (Лутиэн). В вашем представлении слово "обвитая" и слова "клубы пара" хорошо совмещаются, да? :-)
- "соломинка, _проломившая_ хребет ослу". Хребет - не стена, его _про_ломить затруднительно.Сломить, сломать - возможно, но проломить можно стенку, череп, забор - то, в чем образуется пролом. В хребте же _пролом_ сделать затруднительно, в ослином тем более. :-)