![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Людоеда людоед приглашает на обед
http://www.wirade.ru/cgi-bin/wirade/YaBB.pl?board=proza;action=display;num=1140456777;start=2#2
Я не могу спокойно читать тексты Эльтекке. Голова болит, сердце болит... Чувствую себя так, словно избили и изнасиловали.
Я не понимаю, почему ему так нравится играть в ЭТО. И как он может упрекать просто слепых, вроде Вассермана. За что. Он ведь сочиняет миры, в которых оставаться человеком можно только при условии суицида, потому что самая обычная жизнь там покупается ценой, которой ее покупать нельзя. Что он помаленьку превращается в извините за геммелловский термин, аватара? Или, если кому-то геммелловский термин непонятен - Генриха, первого ученика?
Я не могу спокойно читать тексты Эльтекке. Голова болит, сердце болит... Чувствую себя так, словно избили и изнасиловали.
Я не понимаю, почему ему так нравится играть в ЭТО. И как он может упрекать просто слепых, вроде Вассермана. За что. Он ведь сочиняет миры, в которых оставаться человеком можно только при условии суицида, потому что самая обычная жизнь там покупается ценой, которой ее покупать нельзя. Что он помаленьку превращается в извините за геммелловский термин, аватара? Или, если кому-то геммелловский термин непонятен - Генриха, первого ученика?
no subject
Правильная аналогия - согласие народа на публичное убийство своих детей рад того, чтобы террористы ВРЕМЕННО не взрывали АЭС. Пока террористам снова не захочется. И они снова потребуют прямой трансляции по ТВ того, как люди собственными руками убивают своих детей.