![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
О военном гении
В дискуссии на форуме Камши о военном деле в Кэртиане
http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=4530.0
http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=4587.0
умный человек Лорд Гуан хорошо разъясняет, какую глупость написала ВВК в эпизоде с Дарамскимм сражением. В посте Дримера промелькнуло имя Грибоваля, которого я прежде знать не знала, Яндекс не подкачал - и я познакомилась с "отцом французской (и вообще всей современной, надо добавить) артиллерии".
http://www.booksite.ru/fulltext/1/001/007/031/31547.htm
Итогом этого знакомства стало некоторое размышление на тему "идиотское представление о войне и военном гении в современной фантастике и фэнтези".
Рокэ Алва, несомненно, является воплощнием этого представления во всей полноте. Военный гений, кующий победу "на коленке" из подручного материала. Плюющий на условности и не признающий правил. Всегда застигающий противника врасплох, всегда побеждающий... Одним словом, гений - это некая спонтанность, некое вдохновение, нисходящее на дерзкого и не скованного предрассудками... Проблема только в том, что действия этого гения каждый раз оказываются неописуемо идиотскими, а чтобы он не погибнул иройски в самом начале саги, его противников приходится делать и вовсе олигофренами.
И ведь казалось бы - в своем мире автор может творить что угодно. Подогнать герою какой угодно рельеф местности, смайстрячить по желанию погодные условия, выдумать вооружение... Что, ну что мешало Камше одной строкой упомянуть в КНК, что в Талиге, скажем, лучшими пушкарями-инженерами под мудрым руководством Курта Вейзеля была проведена реформа артиллерии, в результате которой пушки удалось облегчить в два раза против прежнего, что дало возможность поставить их на высокие колеса с железной осью и тем резко увеличить мобильность артиллерии? Нет, этого не будет, а будут пушкари Вейзеля по-идиотски носиться по полю на пароконных телегах, выгружать из них мортирки, делать выстрел, загружать (ручками, ручками, ага)... Зачем? А затем, чтобы показать крутизну именно спонтанного гения, за которым нет годов упорного труда и скучных расчетов.
Отойдя от экрана и растянувшись на футоне, я начала вспоминать матушку-историю. Знает ли она спонтанных военных гениев? Несомненно, в количествах. Один из любимых моих героев Кусуноки Масасигэ был именно таким.
"В 1331 г. Го-Дайго покинул Киото, взяв с собой императорские регалии, и укрылся в храме на склоне горы Касаги около Нара. Войска бакуфу, думая, что он может скрываться в Энрякудзи, атаковали монастыри горы Хиэй. Сын императора, «принц-настоятель» Энрякудзи, бежал, чтобы присоединиться к Кусуноки Масасигэ в крепости Акасака в Кавати, которую Кусуноки спешно готовил к обороне. Крепость представляла собой квадрат со стороной около 600 метров, огороженный частоколом, с простыми деревянными башнями. Двести самураев защищало крепость, в то время как остальные 300 воинов армии Кусуноки заняли позицию на соседнем лесистом холме.
Самураи бакуфу, увидев, что крепость не имеет ни валов, ни рвов, попытались взять ее штурмом, но были отбиты метким огнем защищавших ее лучников. Военачальники скомандовали отступление и стали готовиться к новому приступу. В то время как они отдыхали, на них напали укрывшиеся на холме лоялисты, а Кусуноки сделал вылазку из крепости и гнал их на протяжении нескольких миль. Войска бакуфу предприняли еще несколько попыток взять крепость, но Кусуноки проявлял большую изобретательность, защищая ее. На склоне холма он подвесил на веревках бревна, которые скатывали на осаждавших, когда те пытались подняться по склону. Камни, кипяток и смола заставляли их держаться подальше от стен.
Осада превратилась в блокаду, и вскоре у Кусуноки осталось провизии всего на пять дней. Он решил оставить форт и, чтобы прикрыть отступление, придумал следующую уловку. Приготовили огромный погребальный костер, на который положили тела погибших. Когда все было готово, защитники, хорошо знакомые с местными лесами и холмами, под покровом ночи по двое или по трое выбрались из крепости. Когда все ушли, последний оставшийся в крепости самурай зажег погребальный костер. Увидев огонь, солдаты бакуфу бросились к крепости и обнаружили там единственного самурая, который со слезами поведал им о массовом самоубийстве великого клана Кусуноки. Сцена была слишком реалистична, чтобы вызвать сомнения, и воину, оплакивавшему гибель соратников, позволили уйти. Через некоторое время Кусуноки перешел в наступление и вновь захватил крепость Акасака. Правда, на этот раз он сумел продержаться там только три-дцать дней, так как войска бакуфу выкопали траншею и отрезали его от воды. Ему вновь удалось уйти
(...)
Штурм крепости Тихая дорого обошелся бакуфу. После первого же приступа восемь писцов в течение трех дней составляли списки убитых. Крепость Тихая была построена на холме, отделенном от соседних холмов глубокой расселиной — позиция, укрепленная самой природой. Считалось, что с двух сторон она неприступна и почти неприступна с двух других. Войска бакуфу применили тот же прием, который сработал при осаде Акасака, отрезав крепость от воды. Но в Тихая был свой колодец, и ее защитники отвечали на каждую попытку взять крепость приступом лавиной камней и стрел. Осаждающие ответили хитростью на хитрость и построили большой деревянный мост, который перебросили через самую узкую и самую глубокую часть ущелья. В день штурма, когда на мосту столпились вражеские самураи, защитники его подожгли.
Отчаявшись, командиры войск бакуфу попытались прибегнуть к подкупу и привязали к стреле послание одному из людей Кусуноки, в лояльности которого у них были основания сомневаться. Однако письмо было доставлено прямо к Кусуноки, и он использовал мнимое «предательство» в качестве ловушки. Позади башни, которую должны были «сдать», выкопали глубокий ров. Безлунной ночью вражеским солдатам дали туда проникнуть, и как только авангард штурмового отряда провалился в ров, их начали обстреливать со всех сторон. Им пришлось так быстро ретироваться, что остальная часть армии приняла их бегство за вылазку противника и атаковала своих же".
Тернбулл, "История самураев"
Сразу бросается в глаза, что все три классические операции Кусуноки, вошедшие в военные учебники (по меньшей мере, японские) как пример полководческой находчивости, связаны с обороной и отступлением. Кусуноки с горсткой людей, которую ему по большей части удавалось сохранить, оттягивал на себя несусветно большие силы врага, в то время как в другом месте сквозь образовавшиеся "пустоты" атаковал другой полководец, Нитта. Даже в самом конце своей блестящей жизни Кусуноки предлагает императору отступить на гору Хиэй, заставив противника тратить силы на захват Киото и контроль над ним - в то время как Кусуноки и Нитта соберут верные императору силы; но император настаивал на том, чтобы Кусуноки дал открытое сражение - и безупречно-верный самурай Кусуноки дал его, зная, что проиграет и погибнет.
Примеры спонтанного полководческого нения в истории, как я заметила, вспомнив все, что знаю, относятся к временам смутным и безалаберным - либо это гражданские войны и восстания, либо эпоха феодальной вольницы. Но если говорить о великих завоевателях, чьи сражения стали хрестоматийными, об Александре, Цезаре, Наполеоне - то мы имеем дело с принципиально другим видом гения: с гением системным; с человеком, который кует победу загодя, в мирное время, создавая более передовые системы организаций и вооружений, изучая опыт предшественников, готовя армию к войне. Об этом аспекте господа аффтары почему-то забывают напрочь. Очень любят рассказыать исторические анекдоты типа того, где Нобунага плюется сливовыми косточками в макет сражения на местности или кидает фальшивую монетку с двумя "орлами", или как Александр засылает на верхушку согдийской скалы-крепости скалолазов, одерживая над ее хозаином моральную победу и понуждая того сдаться - но, господа, тактику использования аркебузиров Нобунага перенял у Такэды Сингэна, а Александр до этой согдийской скалы, для начала, дошел, покорив Персию при помощи изобретения свого отца - фаланги, шедевра военного построения того времени. И уж несомненно гением системы является Наполеон Бонапарт.
К сожалению полководцев этого типа в фантастике раз-два и обчелся. Почему? Подозреваю - потому, что уж больно негероично выглядит. Бухгалтер какой-то, а не военный.
Более того, и образ "спонтанного гения", даже когда на него замахиваются, мало у кого получается. Майлз Форкосиган у Буджолд, Талисман-Ульрик у Геммелла, кто больше?
http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=4530.0
http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=4587.0
умный человек Лорд Гуан хорошо разъясняет, какую глупость написала ВВК в эпизоде с Дарамскимм сражением. В посте Дримера промелькнуло имя Грибоваля, которого я прежде знать не знала, Яндекс не подкачал - и я познакомилась с "отцом французской (и вообще всей современной, надо добавить) артиллерии".
http://www.booksite.ru/fulltext/1/001/007/031/31547.htm
Итогом этого знакомства стало некоторое размышление на тему "идиотское представление о войне и военном гении в современной фантастике и фэнтези".
Рокэ Алва, несомненно, является воплощнием этого представления во всей полноте. Военный гений, кующий победу "на коленке" из подручного материала. Плюющий на условности и не признающий правил. Всегда застигающий противника врасплох, всегда побеждающий... Одним словом, гений - это некая спонтанность, некое вдохновение, нисходящее на дерзкого и не скованного предрассудками... Проблема только в том, что действия этого гения каждый раз оказываются неописуемо идиотскими, а чтобы он не погибнул иройски в самом начале саги, его противников приходится делать и вовсе олигофренами.
И ведь казалось бы - в своем мире автор может творить что угодно. Подогнать герою какой угодно рельеф местности, смайстрячить по желанию погодные условия, выдумать вооружение... Что, ну что мешало Камше одной строкой упомянуть в КНК, что в Талиге, скажем, лучшими пушкарями-инженерами под мудрым руководством Курта Вейзеля была проведена реформа артиллерии, в результате которой пушки удалось облегчить в два раза против прежнего, что дало возможность поставить их на высокие колеса с железной осью и тем резко увеличить мобильность артиллерии? Нет, этого не будет, а будут пушкари Вейзеля по-идиотски носиться по полю на пароконных телегах, выгружать из них мортирки, делать выстрел, загружать (ручками, ручками, ага)... Зачем? А затем, чтобы показать крутизну именно спонтанного гения, за которым нет годов упорного труда и скучных расчетов.
Отойдя от экрана и растянувшись на футоне, я начала вспоминать матушку-историю. Знает ли она спонтанных военных гениев? Несомненно, в количествах. Один из любимых моих героев Кусуноки Масасигэ был именно таким.
"В 1331 г. Го-Дайго покинул Киото, взяв с собой императорские регалии, и укрылся в храме на склоне горы Касаги около Нара. Войска бакуфу, думая, что он может скрываться в Энрякудзи, атаковали монастыри горы Хиэй. Сын императора, «принц-настоятель» Энрякудзи, бежал, чтобы присоединиться к Кусуноки Масасигэ в крепости Акасака в Кавати, которую Кусуноки спешно готовил к обороне. Крепость представляла собой квадрат со стороной около 600 метров, огороженный частоколом, с простыми деревянными башнями. Двести самураев защищало крепость, в то время как остальные 300 воинов армии Кусуноки заняли позицию на соседнем лесистом холме.
Самураи бакуфу, увидев, что крепость не имеет ни валов, ни рвов, попытались взять ее штурмом, но были отбиты метким огнем защищавших ее лучников. Военачальники скомандовали отступление и стали готовиться к новому приступу. В то время как они отдыхали, на них напали укрывшиеся на холме лоялисты, а Кусуноки сделал вылазку из крепости и гнал их на протяжении нескольких миль. Войска бакуфу предприняли еще несколько попыток взять крепость, но Кусуноки проявлял большую изобретательность, защищая ее. На склоне холма он подвесил на веревках бревна, которые скатывали на осаждавших, когда те пытались подняться по склону. Камни, кипяток и смола заставляли их держаться подальше от стен.
Осада превратилась в блокаду, и вскоре у Кусуноки осталось провизии всего на пять дней. Он решил оставить форт и, чтобы прикрыть отступление, придумал следующую уловку. Приготовили огромный погребальный костер, на который положили тела погибших. Когда все было готово, защитники, хорошо знакомые с местными лесами и холмами, под покровом ночи по двое или по трое выбрались из крепости. Когда все ушли, последний оставшийся в крепости самурай зажег погребальный костер. Увидев огонь, солдаты бакуфу бросились к крепости и обнаружили там единственного самурая, который со слезами поведал им о массовом самоубийстве великого клана Кусуноки. Сцена была слишком реалистична, чтобы вызвать сомнения, и воину, оплакивавшему гибель соратников, позволили уйти. Через некоторое время Кусуноки перешел в наступление и вновь захватил крепость Акасака. Правда, на этот раз он сумел продержаться там только три-дцать дней, так как войска бакуфу выкопали траншею и отрезали его от воды. Ему вновь удалось уйти
(...)
Штурм крепости Тихая дорого обошелся бакуфу. После первого же приступа восемь писцов в течение трех дней составляли списки убитых. Крепость Тихая была построена на холме, отделенном от соседних холмов глубокой расселиной — позиция, укрепленная самой природой. Считалось, что с двух сторон она неприступна и почти неприступна с двух других. Войска бакуфу применили тот же прием, который сработал при осаде Акасака, отрезав крепость от воды. Но в Тихая был свой колодец, и ее защитники отвечали на каждую попытку взять крепость приступом лавиной камней и стрел. Осаждающие ответили хитростью на хитрость и построили большой деревянный мост, который перебросили через самую узкую и самую глубокую часть ущелья. В день штурма, когда на мосту столпились вражеские самураи, защитники его подожгли.
Отчаявшись, командиры войск бакуфу попытались прибегнуть к подкупу и привязали к стреле послание одному из людей Кусуноки, в лояльности которого у них были основания сомневаться. Однако письмо было доставлено прямо к Кусуноки, и он использовал мнимое «предательство» в качестве ловушки. Позади башни, которую должны были «сдать», выкопали глубокий ров. Безлунной ночью вражеским солдатам дали туда проникнуть, и как только авангард штурмового отряда провалился в ров, их начали обстреливать со всех сторон. Им пришлось так быстро ретироваться, что остальная часть армии приняла их бегство за вылазку противника и атаковала своих же".
Тернбулл, "История самураев"
Сразу бросается в глаза, что все три классические операции Кусуноки, вошедшие в военные учебники (по меньшей мере, японские) как пример полководческой находчивости, связаны с обороной и отступлением. Кусуноки с горсткой людей, которую ему по большей части удавалось сохранить, оттягивал на себя несусветно большие силы врага, в то время как в другом месте сквозь образовавшиеся "пустоты" атаковал другой полководец, Нитта. Даже в самом конце своей блестящей жизни Кусуноки предлагает императору отступить на гору Хиэй, заставив противника тратить силы на захват Киото и контроль над ним - в то время как Кусуноки и Нитта соберут верные императору силы; но император настаивал на том, чтобы Кусуноки дал открытое сражение - и безупречно-верный самурай Кусуноки дал его, зная, что проиграет и погибнет.
Примеры спонтанного полководческого нения в истории, как я заметила, вспомнив все, что знаю, относятся к временам смутным и безалаберным - либо это гражданские войны и восстания, либо эпоха феодальной вольницы. Но если говорить о великих завоевателях, чьи сражения стали хрестоматийными, об Александре, Цезаре, Наполеоне - то мы имеем дело с принципиально другим видом гения: с гением системным; с человеком, который кует победу загодя, в мирное время, создавая более передовые системы организаций и вооружений, изучая опыт предшественников, готовя армию к войне. Об этом аспекте господа аффтары почему-то забывают напрочь. Очень любят рассказыать исторические анекдоты типа того, где Нобунага плюется сливовыми косточками в макет сражения на местности или кидает фальшивую монетку с двумя "орлами", или как Александр засылает на верхушку согдийской скалы-крепости скалолазов, одерживая над ее хозаином моральную победу и понуждая того сдаться - но, господа, тактику использования аркебузиров Нобунага перенял у Такэды Сингэна, а Александр до этой согдийской скалы, для начала, дошел, покорив Персию при помощи изобретения свого отца - фаланги, шедевра военного построения того времени. И уж несомненно гением системы является Наполеон Бонапарт.
К сожалению полководцев этого типа в фантастике раз-два и обчелся. Почему? Подозреваю - потому, что уж больно негероично выглядит. Бухгалтер какой-то, а не военный.
Более того, и образ "спонтанного гения", даже когда на него замахиваются, мало у кого получается. Майлз Форкосиган у Буджолд, Талисман-Ульрик у Геммелла, кто больше?
no subject
no subject
Цезарь только ускорил в разы этот процесс...
а насчет величия - как организатор да, как полководец - трудно сказать... Его беда в том, что он как боксер-ветеран продолжал играть, когда надо было уйти на покой... и помер перед решающими битвами
no subject
no subject
no subject
A вooбще Пaрфия прoтив Римa этo пaтoвaя ситуaция : прoтив легкoй кaвaлерии и кaтaфрaктoв легиoн oсoбo не пoвoюет, нo гoрoдa тo нaдo брaть пехoтoй,a пехoтa у пaрфян былa не oчень.
no subject
Вот конные лучники это проблема... Но во-первых у римлян был вариант движения по горным склонам, где их развернуть тяжеловато, а во вторых - при размахе римской империи собрать из разных покоренных народностей суперлучников не проблема, опять же громадные запасы стрел можно тащить с собой. Так и идти - где можно, прикрываясь горами, на пустынных участках открывая плотный ответный огонь (а ведь пеших лучников можно набрать в разы больше конных, бо они дешевые а кони дорогие, да и конные лучники в основном малобронированные, ибо на всех не напасешься, а пеших лучников защитить гораздо проще. Скажем есть передний ряд и несколько внутренних рядов с дешевейшими большими деревянными щитами и вообще без оружия, а между ними толпа лучников. Залп - и снова строят черепаху и так идут, потом снова залп... и такие отряды пустить вокруг основных сил легионов, также держать мобильные конные группы на случай нападения на один из таких отрядов, и не спеша двигацца с удобством... ну был бы какой-то небольшой процент раненых и убитых, раненых можно с собой таскать и лечить, благо целостность армии сохранялась... зато парфянские лучники тоже были вынуждены или вести стрельбу с предельной дистанции, со стрелами на излете, или же нести большие потери (тк конь плюс всадник куда более заметная хорошая мишень, а коня прикрыть нереально экономически, да и маневренность тут же уйдет)
no subject
no subject
Это как с местью Виталия Кличко за брата Сандерсу. В интервью он сказал,ч то если бы не видел как именно проиграл брат и воочую не убедился бы в молнеиносном уибйственном левом прямом южноафриканца, то при своей обычной тактике проиграл бы так же нокаутом и так же быстро... А вот в повторном бою думаю и Владимир Кличко выиграл бы, и может даже завалил бы Сандерса раньше и чище Виталия, ибо ударная мощь и техника у него побольше... (если отбросить психологические проблемы конечно)