Феномен

[morreth]

Вот кто бы объяснил, почему "Мальчик со шпагой" и "Бронзовый мальчик" прочитались, тащемта, нормально, а от "Рыжего знамени упрямства" с первых же страниц такое мощное блюэ?

Comments

[roadhouseguitar.livejournal.com]

"Kрапивинская мама" - это Святое. У него просто культ матери. Это чётко прослеживается по всем произведениям, где герои - ровесники автора, то есть "военно-послевоенные дети" ("Тень каравеллы", первая книга "Островов и капитанов", "Кораблики, или Помоги мне в пути"... - несть им числа), да и не только. Та же Ёжикина мама описывается практически как лучший друг: описывается, как они "борются" в шутку, а после "смерти" мама снится Ёжики в облике девочки, как друг. Стал бы парень без конца кататься по Кольцу, слушая мамин голос, кабы не эта близость. И ведь это к ней он пробивался-пробивался и пробился в другое измерение! Это их взаимная любовь оказывается той силой, которая сносит все преграды, поставленные законами природы и плохими дядями.

Есть, конечно, и так себе мамаши (Витькина в "Крике петуха", Егорова в третьих "Островах и капитанах"). Встречаются просто мировые бабушки, как в "Бабушкином внуке и его братьях". Тамошняя бабушка производит впечатление носителя сказочной силы, которая и подпитывает героя и всё, что с ним происходит. Не зря она упомянута даже в названии.

И один персонаж просто космический - Валентина фан Зеехафен. Она совершенно выбивается из ряда крапивинских "подай-принеси-зашей-неотсвечивай". Это просто какая-то Великая Мать, с возможностью выращивать звёзды и переносить города в другие измерения.