![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Оце, дітки, називається порнографія. Не пишіть такої
Коридор гуманитарного корпуса закончился круглым тупиком, где лукавый пол притворялся древней булыжной площадью, а сены изображали средневековую панораму публичного сожжения ведьмы. Видимо, эта голограмма сохранилась после урока истории.
Никки остановилась перед худой низкорослой девушкой с землистым лицом, одетой в колючий балахон из жёлтой мешковины и привязанной к столбу. У босых ног ведьмы лежала совсем небольшая кучка хвороста. Место казни ограждала цепь солдат, а с балкона каменного здания неотрывно смотрел бледный бородатый человек в расшитом серебром тёмном камзоле. За его спиной неподвижной статуей стоял сиреневый прелат с крестом в руках и с глазами в небе.
Шумная возбуждённая толпа людей держалась на расстоянии длины копья от цепочки солдат, и лишь всё время хохочущий городской юродивый, растрёпанная низкорослая старуха и две молодые некрасивые женщины в чёрном осмеливались подбегать ближе и бросать сквозь строй солдат отдельные сучья и даже небольшие вязанки хвороста к ногам ведьмы. Чёрные женщины, похожие на взъерошенных ворон, и что-то бормочущая седая карга занимались этим страшным делом с безумным остервенением, несмотря на чувствительные удары древками копий, которыми их награждали мрачные солдаты.
Что-что, а сожжение живого человека Никки не согласилась бы наблюдать ни за какие блага мира. Она уже повернулась, чтобы уйти, но заметила поразительную деталь: девушка счастливо улыбалась и благословляла людей, кидающих к её ногам хворост; глаза ведьмы избегали остальной толпы, зато она часто с тоской и любовью поглядывала в сторону бледного человека на балконе.
— Почему ты так смотришь на человека, велевшего тебя казнить? — спросила поражённая Никки.
— Мы любим друг друга, а отправить меня на костёр ему велел долг… — тихо ответила девушка у столба.
— Как долг может заставить бросить любимого человека в огонь? — вознегодовала Никки.
Юная ведьма у столба печально улыбнулась и сказала:
— Ты наивна. Мой возлюбленный сейчас очень несчастен… он будет гореть на костре вместе со мной, а потом, бедный, в муке жить без меня долгие годы…
— А за что ты благодаришь своих палачей, бросающих к твоим ногам хворост?
— Ты снова не понимаешь… Это моя мать и дорогие сестры… — нежно посмотрела на чёрных женщин девушка. — Они мои благодетели — рискуя жизнью, они несут мне быстрое избавление… Ведь я осуждена к сожжению на медленном огне! Разве это не счастье — получить скорую жаркую смерть взамен долгого мучительного тления? Знаешь ли ты,Никки, что такое смерть на медленном огне?
— Знаю… — сказала Никки и решительно направилась к выходу из этого кошмарного тупика.
«О чём Вольдемар только думает, оставляя такие голограммы после занятий? Какая ведьма странная… по имени меня назвала. Понятно, что это говорит Вольдемар, но всё равно жутковато…»
— Робби, сколько женщин сожгли инквизиторы Средневековья?
— Достоверной информации мало, но, вероятнее всего, речь идёт о миллионах жертв, которых религиозные фанатики объявили ведьмами, колдунами и еретиками.
Это потрясло Никки.
На фоне такого ослепительного горя собственные несчастья блекнут.
И тут её поразила мысль: «Может, Вольдемар неспроста показал мне эту сцену?»
Це все та ж сама Астровітянка, хай їй грець.
Никки остановилась перед худой низкорослой девушкой с землистым лицом, одетой в колючий балахон из жёлтой мешковины и привязанной к столбу. У босых ног ведьмы лежала совсем небольшая кучка хвороста. Место казни ограждала цепь солдат, а с балкона каменного здания неотрывно смотрел бледный бородатый человек в расшитом серебром тёмном камзоле. За его спиной неподвижной статуей стоял сиреневый прелат с крестом в руках и с глазами в небе.
Шумная возбуждённая толпа людей держалась на расстоянии длины копья от цепочки солдат, и лишь всё время хохочущий городской юродивый, растрёпанная низкорослая старуха и две молодые некрасивые женщины в чёрном осмеливались подбегать ближе и бросать сквозь строй солдат отдельные сучья и даже небольшие вязанки хвороста к ногам ведьмы. Чёрные женщины, похожие на взъерошенных ворон, и что-то бормочущая седая карга занимались этим страшным делом с безумным остервенением, несмотря на чувствительные удары древками копий, которыми их награждали мрачные солдаты.
Что-что, а сожжение живого человека Никки не согласилась бы наблюдать ни за какие блага мира. Она уже повернулась, чтобы уйти, но заметила поразительную деталь: девушка счастливо улыбалась и благословляла людей, кидающих к её ногам хворост; глаза ведьмы избегали остальной толпы, зато она часто с тоской и любовью поглядывала в сторону бледного человека на балконе.
— Почему ты так смотришь на человека, велевшего тебя казнить? — спросила поражённая Никки.
— Мы любим друг друга, а отправить меня на костёр ему велел долг… — тихо ответила девушка у столба.
— Как долг может заставить бросить любимого человека в огонь? — вознегодовала Никки.
Юная ведьма у столба печально улыбнулась и сказала:
— Ты наивна. Мой возлюбленный сейчас очень несчастен… он будет гореть на костре вместе со мной, а потом, бедный, в муке жить без меня долгие годы…
— А за что ты благодаришь своих палачей, бросающих к твоим ногам хворост?
— Ты снова не понимаешь… Это моя мать и дорогие сестры… — нежно посмотрела на чёрных женщин девушка. — Они мои благодетели — рискуя жизнью, они несут мне быстрое избавление… Ведь я осуждена к сожжению на медленном огне! Разве это не счастье — получить скорую жаркую смерть взамен долгого мучительного тления? Знаешь ли ты,Никки, что такое смерть на медленном огне?
— Знаю… — сказала Никки и решительно направилась к выходу из этого кошмарного тупика.
«О чём Вольдемар только думает, оставляя такие голограммы после занятий? Какая ведьма странная… по имени меня назвала. Понятно, что это говорит Вольдемар, но всё равно жутковато…»
— Робби, сколько женщин сожгли инквизиторы Средневековья?
— Достоверной информации мало, но, вероятнее всего, речь идёт о миллионах жертв, которых религиозные фанатики объявили ведьмами, колдунами и еретиками.
Это потрясло Никки.
На фоне такого ослепительного горя собственные несчастья блекнут.
И тут её поразила мысль: «Может, Вольдемар неспроста показал мне эту сцену?»
Це все та ж сама Астровітянка, хай їй грець.
no subject
no subject
no subject
Мама коварна.Он настолько плох, что может называться порнографией у поганому смислі слова.
Порнографией у хорошому смислі слова он, конечно, не является.
no subject
no subject
no subject
no subject
а представляете порнографию этим языком?
с глазами в потолке и с грудями в стене?
no subject
no subject
а глаза в небе - "Гарри уронил свой глаз на бедро Снейпа"...
no subject
там тебе на любой вкус перлы, но я привыкла думать (о, наивность моя), что в издательствах есть редакторы, которые отлавливают падающие глаза на подлете.
no subject
а насчет редакторов... я просто не вижу их работы, совсем, как и корректоров. сейчас книжки в основном выходят в том виде, как автор написал, это хорошо еще, если редактор не испортит (если писатель - таки писатель, а не "звезда рунета" от графомании).
вчера, например, читаю в аннотации от автора: "эту книгу я редактировала сотни раз". с первых же строк - 3-4 повтора одного словосочетания подряд, "иронический" канцелярит, перлы типа падающих глаз... Это - только насчет стиля, через который невозможно продраться, поэтому о содержании сказать не могу.
Издается такое постоянно - и, похоже, уже только такое.
Re:да, новая расса - сиреневокожая.
У них и юноши попадаются...
no subject
"Люди, переселившиеся на планету Зеленого Солнца, прожили там еще немного веков, но от радиации светила приобрели сиреневую кожу и внешне отличались от бронзово-смуглых землян гораздо больше, чем последние от желтых обитателей Ян-Ях."
http://www.e-reading.club/chapter.php/22395/12/Efremov_-_Chas_Byka.html
no subject
- Он всунул руку в вагину любимой и она застонала, тише и все тише, пока не затихла. Он отошел к камину и выпил мартини. Когда он вынул руку из Гермионы она спала.
- Драк..ко, - выдавил я из себя, когда он добрадся до моего возбужденного тигренка.
- Его школьная мантия задралась, легкие летние брюки были очень напряжены. На мгновение она закрыла глаза на эту неожиданно интересную часть его анатомии.
- Она затащила его член внутрь себя и унесла во все времена и пространства.
- ..очнувшись она отстранила профессора от себя измазанная его эрекцией.
- И вот Гарри почувствовал, что сейчас кончит... Джинни тоже поянла это и поэтому на миг высунла член изо рта Гарри.
И продолжать можно бесконечно.
no subject
а уж отредактировала - без счету
no subject
Если от этого можно получить оргазм, то только от смеха))))
no subject
no subject
no subject
Для девочки лет 12-ти - очень хорошо и грамотно:)
no subject
no subject
На площади горит прэлэстная ведьмА...
no subject
no subject
"Мы любим друг друга, а отправить меня на костёр ему велел долг"
Как видим привычка оправдывать собственные подлости необходимостью выплачивать взятый кредит - изобретение не нашего времени.
no subject
no subject
Справедливости ради, кажется, это извращение не нравится и самому автору текста.
no subject
Т.е. понятно, что неуместно цветастый текст, написанный с единственной целью - вместе с читателем поронять слюну... на что?
no subject
no subject
Зато нападают на них сотни орков, гоблинов, а ядовитых пауков мы вообще не считаем.
no subject
no subject
Сам подход - "ведьм жгли религиозные фанатики" затуманивает в самом деле интересный вопрос о причинах этого безумия.
Т.е. по сути это текст на уровне "проклятые церковники сожгли Коперника".
no subject
"Пирамиды строили рабы, представляете, как им было жарко и тяжело, бедняжкам", как-то вот так.
no subject
Ну и педалирование эмоций всякими дешевыми трюками, как верно отметил комментатор ниже - в количествах.
Re: а какая именно это порнография?
Прон по определению должен прямо чувства возбуждать. И тут прямо пытаются. Без достоевщины и KY jelly, по-простому: мамаша с сухими дровами и любимый, принёсший чувства в жертву долгу. Разве это не упоительно?
no subject
А вообще почему сразу порнография? если бы автору было лет тринадцать-пятнадцать, то как бы и неплохо. Факты, конечно, страдают, но если рассматривать это дело как притчу, то такой пафос в силу возраста и недостатка опыта еще принимают за чистую монету и в прочих моментах подвоха не видят.
От взрослого дядьки жутко все это видеть, конечно, но такое ощущение, что нынче чем хуже написано, тем скорее издадут. От Эльтерруса у меня чуть ли не кровь из глаз шла, а ведь у него четыре десятка книг издано.
no subject
Я всего один рассказ прочла и мне навсегда хватило.
Про чем хуже написано - абсолютно верно, такое и издают.
no subject
no subject
А что вы хотите: на том же фантлабе написано: «Словарный запас автора — низкий». Он немногословен, но эти свои немногие слова употребляет очень часто :) Очень любит половую любовь, особенно между женщинами (а кто-то жаловался, что у Панкеевой много секса, ага), и описание пыток. Покусан Ефремовым, как мне кажется, но вампир не вышел, только упырь :)
Правда, я только цикл про Аарн пыталась читать, это такие коллективные Мэри Сью в голубом вертолете на фоне мрачного и жестокого мира, который их не понимает, но Мэри Сью гнут всех в бараний рог, потому что у них бесконечное техническое, моральное и геополитическое преимущество. Правда, говорят, в конце автор их всех выпилил, как джедаев, но они обещали возродиться и стать ближе к народу. Это он еще сам писал, без негров.
no subject
Не про качество я в курсе, я трижды начинала читать разные книги и трижды бросила. Просто удивилась сколько он с тех пор наваял.
no subject
Сиреневый прелат с глазами в небе.
Женщина после пыток, которая с умным видом толкает прочувствованную речь (интересно, откуда у неё силы и желание) о том, как ей будет легко умирать (в этом месте хочется посоветовать автору сунуть руку или какую другую часть тела в костёр и подержать там хотя бы минуту) и как она жалеет своего предателя.
Количество жертв.
И что-то мне показалось, что автор пытается втюхать мысль, что если жертв много, то они перестают быть людьми.
no subject
Але чому половина читачів сприймає посил автора рівно протилежним чином? Воно ж такими наївними дитячими засобами прописано.
no subject