![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Новая экзегетика-5. Грех, секс и все такое
Самое интересное в мифе об Адаме, Еве и яблоке - то, что аналогичные языческие мифы никак не привязяны к морали и нравственности, как и исходный миф, пересказанный Яхвистом: Бог посадил в раю дерево жизни и дерево смерти, велел змею передать людям, чтоб они съели плод дерева жизни и не трогали плод дерева смерти, хитрый змей напарил и Бога, и людей, научил их есть от дерева смерти, а сам обрел бессмертие. Логика наивная, но чистая, действия агентов во всей этой истории осознаваемы и понятны, предки пали жертвами обмана, а змей был бенефициаром.
У Яхвиста же предки не просто жертвы, но и соучастники преступления. Правда, в чем именно состоит преступление, автор (или его предшественники) не очень догадывались. Сейчас мы говорим: в ослушании воли Бога. Я не стану ставить под сомнение эту трактовку, но поставлю к ней вопрос: как именно это могло выглядеть ИРЛ?
Миф - рефлексия по поводу какого-то факта, и если есть миф, должен быть и факт.
Казалось бы, смертность человека вполне себе факт. Но языческие мифы о том, как человек стал смертным, объясняют ровно это: происхождение смерти. С грехом это никак не связано. Был Золотой Век, бессмертные люди слишком размножились, и боги решили послать к ним Мритью, говорит идийский миф. Мритья шла и проливала слезы: как это она своими руками убьет стольких людей? Из ее слез произошли болезни и горести, от которых умирают люди. Более того, боги присвоили свое бессмертие путем обмана: напиток бессмертия они добивали с асурами вместе, а сами украли его у асуров. Индийское предание никак не связывает смерть и нравственность. Другие языческие предания тоже. Древнегреческие боги сделали людей смертными потому что испугались за свое господствующее положение. Более того, первоначальный еврейский миф содержал тот же мотив:
22. И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно.
(Книга Бытие 3:22)
Это, как и антропоморфность Яхве, - рудимент того мифа, в котором еще нет Откровения. Оно бы учило, что Вседержителю незачем опасаться за свое господство. Это снова наивная первобытная логика, которая пытается упихнуть необъяснимое в рамки своих представлений: Древо смерти уже не древо смерти, но Древо Познания, оно дает человеку какие-то преимущества, после обретения которых ему только бессмертия недостает, чтобы обрести божественное достоинство. Но откуда сама идея бессмертия? Ведь эмпирическое наблюдение за реальностью учило первобытного человека лишь одному: все окружающее смертно. Примитивные народы с належдой смотрели на Луну - она умирает и возрождается каждый месяц. В их легендах именнно Луна пытается поделиться с людьми своим бессмертием, а какое-то злокозненное пресмыкающееся (змея, жаба, ящерица, краб) перевирает весть и присваивает бессмертие себе. Да, инстинкт самомохранения присущ всему живому, но экзистенциальный страх есть только у людей. Откуда он? Мог ли он развиться путем эволюции? От него нет никакой пользы, он только мешает. Этот страх явлется реальностью за мифом о похищении бессмертия, но он никак не связан с грехом.
В Средние века была более популярна версия о том, что первым актом грехопадения стал половой акт. Есть и намек на это в Книге Бытия:
9. И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: где ты?
10. Он сказал: голос Твой я услышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся.
11. И сказал: кто сказал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть?
(Книга Бытие 3:9-11)
Вкусив от Древа Познания, Адам и Ева вдруг обрели сексуальный стыд. Но и это связано главным образом с рефлексией по поводу смертности: секс постоянно напоминает нам о том, что нужно оставить потомство, ибо мы умрем и кто-то должен остаться после нас. Кроме того, секс делает нас слишком похожими на животных - но снова-таки, откуда этот стыд за свою похожесть на животных? Нет, сексуальный стыд вторичен по отноению к страху смерти, а связывание того и другого с греховностью - еще более поздняя штука.
В прошлый раз я написала, что миф об изгнании из рая - рефлексия по поводу перехода к аграрному образу жизни и патриархату. Но это опять-таки не связано с греховностью. Ведь резкое изменение образа жизни было потрясением независимо от того, согрешили предки или нет. Да, в ВЗ есть идея о том, что земледельцы - народ в принципе нехороший, жадный и испорченный, но это сравнительно поздний ресентимент скотовдов-кочевников в адрес более процветающих народов (об этом я завтра хочу потолковать).
Конечно, очень соблазнительной выглядит для феминистки идея, что установление патриархата и было актом грехпадения: мужчины обошлись с женщинами как последние козлы ради стратегических популяционных выгод. Подлость налицо, а последующее обвинение женщины - просто способ заболтать свою совесть. Ну о-очень соблазнительная идея, с ней можно побаловаться, если бы не одно "но".
Животные совершают практически все, что мы считаем грехами. Причем, если вести речь о высших приматах - то более-менее сознательно. Они убивают и даже пожирают своих детенышей, отбирают друг у друга пищу, ведут между собой войны за территорию (шимпанзе), насилуют самок (и самцов), соперничают за власть - но нимало по этому поводу не парятся.
А мы паримся.
То есть, ИРЛ момент грехопадения - на самом деле не момент совершения первого греха, а момент осознания того, что мы, хомосапиенсы, творим что-то недолжное, что мы должны быть лучше этого.
Вот этому неоткуда было взяться в дикой природе. Максимум того, что могло из нее взяться - это парохиальный альтруизм и лояльность родовой группе в целом и каждому ее представителю в отдельности: убивать из-за еды в принципе можно, но своих - нельзя, так как-то. Но совесть - больше, чем эта лояльность. Она охватывает более широкий круг недозволенного и более широкий круг людей, на которых понятие о недозволенном распространяется.
Так что с моей точки зрения - здесь поработал Бог, а Откровение коснулось Яхвиста (или его устного предшественника) в тот момент, когда он переименовал мифическое древо смерти в древо познания Добра и Зла, а также увязал это познание с божественным достоинством.
И именно в этом раскладе учение о Первородном грехе выглядит похожим на справедливость. Первоначального блаженства не было - было отсутствие свободы воли и совести, которое позволяло не париться, как не парятся звери полевые. Да, субъективно оно воспринималось как блаженство и в этом виде вошло в предания, потому что память уже была. Примерно так мы вспоминаем собственное детство - оно кажется временем блаженства, хотя от родителей мы знаем, что нередко вели себя как засранцы. Но появление разума и совести, бессмертной души, то, что в книге Бытия описывается как вдыхание жизни Богом в человека, разрушило это состояние: теперь человек, совершая что-то, осознает свою ответственность - а значит, и греховность.
Вот почему нелепы вопросы "А как же всемогущий Бог не может вернуть все взад?" - это означает попросту отнять у нас разум и душу, вернуть в состояние прямоходящих животных. Есть люди, которые высказываются в таком духе, что хотели бы этого, я - так точно нет.
И - нет, не было в реальной истории момента, когда человек как вид, как хомо сапиенс сапиенс, был бессмертен, а потом пришел дьявол и все опошлил. Не было момента, когда для отдного отдельного вида - нашего - Бог отменил предел Хейфлика (конечное количетсво деления клеток). Было время, когда люди не переживали свою смертность как трагедию и не осознавали свою греховность. Тут нельзя даже точно сказать, применимо ли к этим предкам слово "люди" - антропологи все не могут сказать, с какого момента и какого антропоида уже можно считать человеком.
Бог дал нам жизнь, а потом дал разум, и этим разумом человек понял, что жизнь в основе своей трагична. Делать зло - плохо, не делать зла - невозможно. Все попытки разрешить этот трагичный узел волевым усилием - отменить совесть или превзойти ее - приводили к еще более инфернальному свиноебству, чем все, на что способны животные. Переход к аграрному образу жизни был изгнанием из рая на социальном уровне; на ментальном уровне мы потеряли рай, когда обрели разум. Назад пути нет, только вперед. Если новое достижение блаженства и возможно - то не в попытках вернуться к животному состоянию, а в восхождении по линии человечности.
У Яхвиста же предки не просто жертвы, но и соучастники преступления. Правда, в чем именно состоит преступление, автор (или его предшественники) не очень догадывались. Сейчас мы говорим: в ослушании воли Бога. Я не стану ставить под сомнение эту трактовку, но поставлю к ней вопрос: как именно это могло выглядеть ИРЛ?
Миф - рефлексия по поводу какого-то факта, и если есть миф, должен быть и факт.
Казалось бы, смертность человека вполне себе факт. Но языческие мифы о том, как человек стал смертным, объясняют ровно это: происхождение смерти. С грехом это никак не связано. Был Золотой Век, бессмертные люди слишком размножились, и боги решили послать к ним Мритью, говорит идийский миф. Мритья шла и проливала слезы: как это она своими руками убьет стольких людей? Из ее слез произошли болезни и горести, от которых умирают люди. Более того, боги присвоили свое бессмертие путем обмана: напиток бессмертия они добивали с асурами вместе, а сами украли его у асуров. Индийское предание никак не связывает смерть и нравственность. Другие языческие предания тоже. Древнегреческие боги сделали людей смертными потому что испугались за свое господствующее положение. Более того, первоначальный еврейский миф содержал тот же мотив:
22. И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно.
(Книга Бытие 3:22)
Это, как и антропоморфность Яхве, - рудимент того мифа, в котором еще нет Откровения. Оно бы учило, что Вседержителю незачем опасаться за свое господство. Это снова наивная первобытная логика, которая пытается упихнуть необъяснимое в рамки своих представлений: Древо смерти уже не древо смерти, но Древо Познания, оно дает человеку какие-то преимущества, после обретения которых ему только бессмертия недостает, чтобы обрести божественное достоинство. Но откуда сама идея бессмертия? Ведь эмпирическое наблюдение за реальностью учило первобытного человека лишь одному: все окружающее смертно. Примитивные народы с належдой смотрели на Луну - она умирает и возрождается каждый месяц. В их легендах именнно Луна пытается поделиться с людьми своим бессмертием, а какое-то злокозненное пресмыкающееся (змея, жаба, ящерица, краб) перевирает весть и присваивает бессмертие себе. Да, инстинкт самомохранения присущ всему живому, но экзистенциальный страх есть только у людей. Откуда он? Мог ли он развиться путем эволюции? От него нет никакой пользы, он только мешает. Этот страх явлется реальностью за мифом о похищении бессмертия, но он никак не связан с грехом.
В Средние века была более популярна версия о том, что первым актом грехопадения стал половой акт. Есть и намек на это в Книге Бытия:
9. И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: где ты?
10. Он сказал: голос Твой я услышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся.
11. И сказал: кто сказал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть?
(Книга Бытие 3:9-11)
Вкусив от Древа Познания, Адам и Ева вдруг обрели сексуальный стыд. Но и это связано главным образом с рефлексией по поводу смертности: секс постоянно напоминает нам о том, что нужно оставить потомство, ибо мы умрем и кто-то должен остаться после нас. Кроме того, секс делает нас слишком похожими на животных - но снова-таки, откуда этот стыд за свою похожесть на животных? Нет, сексуальный стыд вторичен по отноению к страху смерти, а связывание того и другого с греховностью - еще более поздняя штука.
В прошлый раз я написала, что миф об изгнании из рая - рефлексия по поводу перехода к аграрному образу жизни и патриархату. Но это опять-таки не связано с греховностью. Ведь резкое изменение образа жизни было потрясением независимо от того, согрешили предки или нет. Да, в ВЗ есть идея о том, что земледельцы - народ в принципе нехороший, жадный и испорченный, но это сравнительно поздний ресентимент скотовдов-кочевников в адрес более процветающих народов (об этом я завтра хочу потолковать).
Конечно, очень соблазнительной выглядит для феминистки идея, что установление патриархата и было актом грехпадения: мужчины обошлись с женщинами как последние козлы ради стратегических популяционных выгод. Подлость налицо, а последующее обвинение женщины - просто способ заболтать свою совесть. Ну о-очень соблазнительная идея, с ней можно побаловаться, если бы не одно "но".
Животные совершают практически все, что мы считаем грехами. Причем, если вести речь о высших приматах - то более-менее сознательно. Они убивают и даже пожирают своих детенышей, отбирают друг у друга пищу, ведут между собой войны за территорию (шимпанзе), насилуют самок (и самцов), соперничают за власть - но нимало по этому поводу не парятся.
А мы паримся.
То есть, ИРЛ момент грехопадения - на самом деле не момент совершения первого греха, а момент осознания того, что мы, хомосапиенсы, творим что-то недолжное, что мы должны быть лучше этого.
Вот этому неоткуда было взяться в дикой природе. Максимум того, что могло из нее взяться - это парохиальный альтруизм и лояльность родовой группе в целом и каждому ее представителю в отдельности: убивать из-за еды в принципе можно, но своих - нельзя, так как-то. Но совесть - больше, чем эта лояльность. Она охватывает более широкий круг недозволенного и более широкий круг людей, на которых понятие о недозволенном распространяется.
Так что с моей точки зрения - здесь поработал Бог, а Откровение коснулось Яхвиста (или его устного предшественника) в тот момент, когда он переименовал мифическое древо смерти в древо познания Добра и Зла, а также увязал это познание с божественным достоинством.
И именно в этом раскладе учение о Первородном грехе выглядит похожим на справедливость. Первоначального блаженства не было - было отсутствие свободы воли и совести, которое позволяло не париться, как не парятся звери полевые. Да, субъективно оно воспринималось как блаженство и в этом виде вошло в предания, потому что память уже была. Примерно так мы вспоминаем собственное детство - оно кажется временем блаженства, хотя от родителей мы знаем, что нередко вели себя как засранцы. Но появление разума и совести, бессмертной души, то, что в книге Бытия описывается как вдыхание жизни Богом в человека, разрушило это состояние: теперь человек, совершая что-то, осознает свою ответственность - а значит, и греховность.
Вот почему нелепы вопросы "А как же всемогущий Бог не может вернуть все взад?" - это означает попросту отнять у нас разум и душу, вернуть в состояние прямоходящих животных. Есть люди, которые высказываются в таком духе, что хотели бы этого, я - так точно нет.
И - нет, не было в реальной истории момента, когда человек как вид, как хомо сапиенс сапиенс, был бессмертен, а потом пришел дьявол и все опошлил. Не было момента, когда для отдного отдельного вида - нашего - Бог отменил предел Хейфлика (конечное количетсво деления клеток). Было время, когда люди не переживали свою смертность как трагедию и не осознавали свою греховность. Тут нельзя даже точно сказать, применимо ли к этим предкам слово "люди" - антропологи все не могут сказать, с какого момента и какого антропоида уже можно считать человеком.
Бог дал нам жизнь, а потом дал разум, и этим разумом человек понял, что жизнь в основе своей трагична. Делать зло - плохо, не делать зла - невозможно. Все попытки разрешить этот трагичный узел волевым усилием - отменить совесть или превзойти ее - приводили к еще более инфернальному свиноебству, чем все, на что способны животные. Переход к аграрному образу жизни был изгнанием из рая на социальном уровне; на ментальном уровне мы потеряли рай, когда обрели разум. Назад пути нет, только вперед. Если новое достижение блаженства и возможно - то не в попытках вернуться к животному состоянию, а в восхождении по линии человечности.
no subject
no subject
Вот, к примеру, слово догматика означает "раздел богословия, в котором даётся систематизированное изложение догматов (положений) какой-либо религии". И, кстати, в этом смысле катехизис - вполне себе источник по вероучению.
Можно было бы добавить, что т.н. "Катехизис католической церкви", о котором некто папа римский пишет: "Катехизис Католической Церкви, который я утвердил 25 июня минувшего года и который сегодня силой своей апостольской власти я распоряжаюсь обнародовать, есть изложение веры Церкви и католического учения, освещенных Священным Писанием, Апостольским Преданием и Учительством Церкви и в их свете удостоверенных," - тем более годится как таковой источник.
Но это была первая реакция - сначала замечать свои слабые позиции и защищать их. Затем я несколько отошел от нее и изумился словам о том, что постановления Соборов догматами не являются. Я подумал, может быть имелось в виду "не все" постановления Соборов или "не всех" Соборов? Это было бы странно, но возможно, если предположить, что вы вдруг взялись додумывать за меня, о чем именно я говорю. Но нет - что написано то написано. Это тем более удивительно читать, что как раз на Вселенских Соборах и провозглашались некоторые догматические формулировки. То есть самые что ни на есть "догматы" в самом узком смысле. Например, столь нелюбимый православными догмат о чистилище был провозглашен именно что на соборе - Ферраро-Флорентийском. О чем можно прочитать где угодно. Или можно взять "Никео-константинопольский символ веры", все части которого таки являются догматами и который таки провозглашен на одном из Соборов.
Однако по здравом размышлении я пришел к выводу, что вы просто не знаете, что такое догма. Я не буду писать тут об этом, а просто сошлюсь на католическую энциклопедию.
http://oce.catholic.com/index.php?title=Dogma
Статья большая и подробная. Просвещайтесь, девочка (раз уж вам приятны такие обращения).
P.S.
Чисто к сведению. На Третьем Вселенском Соборе подтверждалось осуждение "Целестиева мудрования". Целестий - это как раз тот тип, который первый выдвинул идею, что Адам должен был умереть вне зависимости от того, совершил бы он грех, или нет. См. также "Excerpta Theodori".
Радуйтесь.
no subject
И вы полностью следуете всем соборным постановлениям? С евреями в баню не ходите, у евреев не лечитесь, с евреями за трапезой не сидите?
Там много было интересного, в постановлениях соборов.
Вот когда сказано, что тут догмат, "тако веруем" - это догмат. Их не так много, догматов, у нас восемнадцать всего.
no subject
но у нас с этим еще хлеще будет
no subject
Обсуждать с вами после этого гораздо более сложные материи, такие как различие дисциплинарных постановлений и вероучительных считаю бессмысленным.
no subject