Алиетт де Бодар о фантастике, которую она упоенно читала с детства

[morreth]

Originally posted by felix_mencat at Алиетт де Бодар о фантастике, которую она упоенно читала с детства

http://aliettedebodard.com/2015/04/11/the-stories-i-wanted-to-read/

10-летняя Алиетт, единственная азиатка в классе, состоящем из белых католиков, запоем читает фантастические романы:

"..Однако кое-что в этих книгах звучало странно. Я не могла не заметить, что герои Толкина - европейцы; и что жители Востока - желто- или темнокожие - сражаются, в основном, на стороне зла. Я не могла не заметить, что в будущем бОльшая часть крутых вещей происходит с мужчинами; и хотя все говорят о том, что внешность не важна, большинство женщин должны быть молодыми и красивыми блондинками; темноволосые, желтокожие женщины либо остаются на обочине, либо оказываются антагонистками.

Среди всего этого "Год Единорога" Андре Нортон был как глоток свежего воздуха. Джиллиан темноволоса, она скорее умна, чем красива, и всю книгу она держится (как мне кажется) на чистой силе воли, на упрямом нежелании быть сдвинутой на обочину или принимать все за чистую монету. Когда ее бросают, она всеми силами стремится найти мужа и создать свое собственное место в мире, которому она не нужна".

Алиетт 20, и она открывает для себя Урсулу Ле Гуин:

"... это как откровение: научная фантастика не обязательно должна быть об уравнениях и математике. Фантастика, которая мне нравится, говорито людях в будущем, об их взаимодействиях с технологией и между собой, но мне неинтересно читать про технологии, я каждый день проектирую технологии ...

... Я читаю "Слово для мира и леса одно". Много лет спустя мне кто-то сказала, что это аллегория войны во Вьетнаме. Я удивлена, потому что я знаю всё о войне во Вьетнаме, она определила все мое детство, и я не так ее вижу. Моя война во Вьетнаме - о боли, страданиях и беженстве, о разделении семей - а не эта история о колонистах, эксплуатирующих инопланетян, и о восстании туземцев. И тогда я осознала, что у любой истории несколько сторон, и что не все истории получают одинаковое внимание."

Затем Алиетт наичнает писать, и долгие годы ее мучает страх, что она не дотягивает до настоящей фантастики, до правильной научной фантастики (при том, что она магистр технических наук).

"Я продолжаю читать книги. Женщины в большинстве из них молчат, или используют свою внешность как оружие. Дружбы между женщинами нет. Матерей нет, семей нет. Люди пьют кофе и говорят по-английски, большинство из них светловолосые белые люди. Когда появляется кто-то, кто выглядит или звучит знакомо для меня, когда появляется кто-то, кто уважает своих предков - это инопланетяне. Это смешные существа со странными традициями, с которыми сталкиваются колонисты, пытаясь с ними торговать, понять или (в худшем случае) победить. Это захватчики, с которыми надо сражаться, чтобы спасти цивилизацию.

И я думаю: какую цивилизацию? Мне любопытно, как в будущем обстоят дела у таких людей, как я. Ну или в придуманном, фэнтезийном прошлом. Кажется, неважно".

"Я публикую свои первые рассказы. ... я общаюсь с другими людьми, в оффлайне и в онлайне... Я знакомлюсь с другими женщинами, узнаю о феминизме, читаю много эссе. Я узнаю, что я не одинока, что другие испытывали то же самое, что другие пытались примирить свою любовь к научной фантастике с тем фактом, что их самих нет в этих придуманных вселенных.

И тут до меня доходит: если я хочу, чтобу у меня было место в этом придуманном будущем, в этом придуманном прошлом, мне нужно быть как Джиллиан. Мне нужно рваться вперед, по следам тех, кто прошли передо мной. Я буду писать о своем. Мои вселенные необязаны быть белыми, или научными, или стерильными и одинокими. И если я сама не буду писать о своем опыте, о своих культурах -- то кто же напишет о них для меня?"

"Хотелось бы сказать, что после этого все пошло как по маслу. Что мне не говорят странных вещей ("Какие у вас замечательные получаются инопланетяне" - о моей вьетнамской диаспоре в будущем), что с разных сторон мне не кричат, что не умею писать настоящую фантастику".

"Я пишу свои истории, те истории, которые я хотела читать в детстве, о приключениях в космосе, из которых я не чувствую себя исключенной; фэнтези, где можно быть маленькой, темноволосой азиаткой, и все равно быть героиней. Я рассказываю свою сторону истории, говорю о вещах, которые важны для меня - о войне, изгнании, разрушениях, оботношениях между матерью и ребенком, и об отношениях в семье, и как они меняются в будущем".

Comments

[estellgreydaw.livejournal.com]

Хе, а как же Хайнлайн, например:) у которого с сильными героинями полный порядок и с небелыми неевропейцами тоже.
Странно, что он не попался ей. Для меня зарубежная фантастика начиналась с "Марсианки Подкейн", "Волшебника Земноморья" и "Колдовского мира".

[katherine-kinn.livejournal.com]

У Хайнлайна при наличии "сильных", то есть бойцовых героинь, полный патриархат. И с небелыми неевропейцами - достаточно вспомнить "Свободное владение Фарнхэм".

Даже у Ле Гуин основные произведения написаны о белых мужчинах.
Чтобы выкрутиться в земноморском цикле, она написала роман, в котором отрицается все, что говорилось о мироздании Земноморья в предыдущей тетралогии и повести "Ящерка". Более того, она написала очерк истории волшебства, в котором волшебство от злоупотребления спасли женщины. а потом мужчины их оттеснили от волшебства, загребли все себе - и волшебство, и остров Рок, и даже историю переписали.
Я читала в полном фэйспалме, непроходящем. Не ожидала.

При этом у Нортон, которая талантом сильно уступате и Хайнлайну. и Ле Гуин, все более-менее в порядке с героинями и небелыми неевропейцами.

[ecreet.livejournal.com]

Даже у Ле Гуин основные произведения написаны о белых мужчинах.
Вроде не особо белых? Я отчего-то помню, что карги - белые, а вот обитатели основной части архипелага темнокожие. Если это глюк, то интересно, откуда.

[morreth.livejournal.com]

Роканнон - белый, Любов - белый, Шевек - белый.

[ecreet.livejournal.com]

Извините, это я невнимательно прочла коммент. Показалось, что речь только о Земноморье.

[lipatov.livejournal.com]

В Левой руке тьмы разве герой не черный?

[morreth.livejournal.com]

Ну вот в Левой руке, да.

[larnir.livejournal.com]

Роканнон - белый
"- Я родился на планете, которую соплеменники моей матери называют Хэйн,
а соплеменники моего отца - Давенант. Вы называете солнце этой планеты Зимней
Короной. Hо оттуда я улетел давным-давно...
- Так, значит, у вас, Звездожителей, тоже разные племена?
- У нас сотни разных племен. По крови я целиком принадлежу к племени
матери; мой отец, землянин, меня усыновил. Таков обычай, когда женятся
разноплеменные, у которых общих детей быть не может."

Любов - белый
Радж Любов - белый?
"Вот пусть пискуны его первым и прикончат, умника Раджа Любова, прихвостня гуманоидов. Некоторые люди, особенно среди азиев и хиндазиев, так и рождаются предателями. Не все, конечно, но некоторые."

Читайте ЛеГуин. ЛеГуин рулез.

[morreth.livejournal.com]

Ну спасибо, теперь целыми днями только и будем делать, что читать.

[katherine-kinn.livejournal.com]

Белый, белый. Там же противостояние идет по линии землянеабригены. Господствующая раса на момент начлаа - земляне. Любов зелмянин. И только придурок Дэвидсон делит землян по происхождению, впрочем, он и сам евроафр.

[katherine-kinn.livejournal.com]

Да, земноморцы смуглые. Но это там господствующая раса.

[estellgreydaw.livejournal.com]

насчет "Фарнхэма" -что вы. Он там наизнанку вывернул американский расизм. ДА и патриархата у него... хм, с учетом времени, когда он все это писал - практически нет.

[katherine-kinn.livejournal.com]

У него там главгерой - белый фермер. Негр-работник. которому ГГ помогает получить образование, переходит на сторону местной элиты, чтобы получить в свое распоряжение жену и сына ГГ, которые к нему плохо относились.
Главзлодей, адепт местной людоедской системы - черный.
Противостояние инвертировано (черные на верхушке, белые в рабах), но главгерой белый, который борется с людоедством черных господ.

[red_2]

Я недавно стала перечитывать Хайнлайна, смутно помня, что у него "полный порядок с сильными героинями". У меня глаза на лоб полезли от количества разлитой в текстах мизогинии (правда, в мягкой форме, "нежный сексизм", концентрированного ужоснаха почти нет, кроме одного описания марсианского борделя) и пришлось себя уговаривать, что дедушка жил в дикие и необразованные времена и не вкуривал, что так нехорошо.

А так у него - почти как в статье: "все говорят о том, что внешность не важна, но большинство женщин должны быть молодыми и красивыми".
Вспоминаю, где у него в центре повествования некрасивые женщины, пожилые женщины (в принципе есть, но либо в фоне, либо как источник огорчения для бессмертного чувака, с ними когда-то мутившего; впрочем, парочка "боевых бабуль" пробегали, и есть классная Шарпи-Шельма), женщины с инвалидностью - чо-т плохо всё. И это наряду с прекрасными, бессмертными строчками из "Чужака" про красоту старых женщин.
Но, гм, в текстах действуют старые мужчины, откровенно некрасивые мужчины, мужчины на костылях, с искусственной ногой, с протезом руки, всё такое.
И рядом с ними - утипусечные подтянутые, спортивные, сексуальные, привлекательные, здоровые молодые женщины. А старушки - как скульптуры да, как "засунем в омолодилку и через пару страниц будет как новенькая" да, как активные участницы сюжета - ну, одну я вспомнила, и то в конце концов без омолодилки не обошлось, если не ошибаюсь.
Ну две, если считать Хэйзел Стоун. Ну три, если укопаться в "За край заката", там Морин рассказывает, как она жила, когда дети выросли.
Но и всё, по-моему.

[katherine-kinn.livejournal.com]

Я это называю "L-образное одеяло". Мужиков показывают широко, а женщин только молодых и красивых.