Разрешенное украинство: непричесанные мысли
Всякое такое, пришедшее в голову по окончании статьи.
В фантастике советских лет герой в большинстве случаев отчетливо русский и автор не стесняется сигнализировать об этом. Румата называет коня "волчья сыть", Вадим перевирает поговорку про "банный лист", и даже через тысячи лет персонаж по имени Дар Ветер умильно думает о России. Уж молчу про Лукьянена, Головачева и Бушкова...
Сколько ни напрягаюсь, не могу вспомнить фантаста всесоюзного масштаба, герои которого предавались сантименту по поводу Украины. Причем тут никакой злонамеренности нет, а есть вот такое искреннее, совершенно добросовестное убеждение, что Украина до будущего не дотянет, не доживет, что она окончательно вся в прошлом, на исторической дистанции.
***
Как я сейчас понимаю, реакция на "Ваше благородие" 2010 года, когда книга, не изменившись в целом с 2000, внезапно оказалась "русофобской" - это именно феномен "зловещей долины". Главный герой многими российскими читателями не распознается как русский. Он говорит по-русски, носит русское имя, постоянно внутренне обращается к русской культуре - но в глазах читателя он не русский, хоть расшибись. Потому что он против СССР.
В фантастике советских лет герой в большинстве случаев отчетливо русский и автор не стесняется сигнализировать об этом. Румата называет коня "волчья сыть", Вадим перевирает поговорку про "банный лист", и даже через тысячи лет персонаж по имени Дар Ветер умильно думает о России. Уж молчу про Лукьянена, Головачева и Бушкова...
Сколько ни напрягаюсь, не могу вспомнить фантаста всесоюзного масштаба, герои которого предавались сантименту по поводу Украины. Причем тут никакой злонамеренности нет, а есть вот такое искреннее, совершенно добросовестное убеждение, что Украина до будущего не дотянет, не доживет, что она окончательно вся в прошлом, на исторической дистанции.
***
Как я сейчас понимаю, реакция на "Ваше благородие" 2010 года, когда книга, не изменившись в целом с 2000, внезапно оказалась "русофобской" - это именно феномен "зловещей долины". Главный герой многими российскими читателями не распознается как русский. Он говорит по-русски, носит русское имя, постоянно внутренне обращается к русской культуре - но в глазах читателя он не русский, хоть расшибись. Потому что он против СССР.

no subject
Подплыть к берегу?
no subject