![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
"Я понимаю, как. Я не понимаю, зачем (с) Оруэлл
"Как" - это читай В. Миронова:
http://lib.ru/MEMUARY/CHECHNYA/byloe.txt
Я сплюнул в
сторону и приказал стоявшим рядом бойцам: "Добейте его и потом прочешите
весь подъезд, может, кто еще и уполз". Хотя сам сомневался в этом.
Раздались очереди из трех автоматов - это Семен, Клей и Пикассо
выпустили по короткой очереди в израненное тело. Пацана всего выгнуло, пули
разорвали грудную клетку, кто-то попал в голову - она треснула, обрызгав
пол.... Я спокойно смотрел на это убийство. Затем отвернулся от трупа, нет,
все-таки не люблю я покойников, а может, это естественная реакция
нормального, здорового организма? Кто знает. Достал пачку снайперского
"Мальборо", угостил бойцов.
- Я же русским языком сказал: "Прочесать подъезд". Кому не понятно? -
затянувшись сигаретой, сказал я. Бойцы, забубнив что-то под нос, пошли
выполнять приказ. Тем временем я, сдерживая позывы рвоты, окуривая себя
сигаретным дымом, принялся ощупывать карманы убитых.
Ого! Никак военный билет, да еще и не один. Так, смотрим: Семенов
Алексей Павлович, 1975 г. рождения. Семенов, Семенов, Семенов. Что-то в
памяти у меня зашевелилось. Не тот ли это Семенов из инженерно-саперного
батальона, который пропал без вести после штурма аэропорта "Северный"?
Отправили его принести огнепроводный шнур для разминирования, и пропал
пацан. А не он ли это и стрелял в нас? Я внимательно осмотрел лица духов,
сравнивая с плохой фотографией на военном билете, заглянул в пролом стены,
глянул на гранатометчика. Нет, слава Богу, нет. Начал листать дальше билет.
Бля! Наша часть, наш Семенов. Спасла вас, сволочей, смерть, а то бы лютая
кончина была вам уготована. Сам бы побеседовал, за время войн на территории
бывшего Союза я научился развязывать языки, да так, чтобы долго жили и не
сходили с ума.
Вмиг прошло сожаление о пацанах, об их загубленных душах, и только
злость, злость такая, что зубы свело судорогой. Если надо, за своего бойца,
русского, многих своей рукой сокрушу и своей жизни не пожалею, лишь бы
только вернуть его, балбеса, домой, живым и невредимым.
Тут с лестницы донеслись крики моих бойцов.
- Товарищ капитан, товарищ капитан, кого-то нашего нашли, там, на
крыше! - захлебываясь, кричал Американец.
Я стрелой вбежал по лестнице, и не было никакой одышки. На крыше,
прибитый гвоздями, как Иисус, на кресте лежал наш боец. В рот ему был
вставлен его же отрезанный половой член. И даже несмотря на покрытое коркой
грязи разбитое лицо, я опознал его по фотографии: он, он - Семенов. И хоть
я, может, и видел его всего раз десять, и даже не общался с ним, ком
подкатился к горлу, на глаза навернулись слезы, защипало в носу. Я пожалел,
что не знал его раньше: по-моему, он вообще был прикомандирован к нашей
бригаде прямо накануне отправки в Чечню из Абакана.
- Они его приколотили к кресту и поставили на крыше, видимо, взрывом
его опрокинуло, поэтому мы и не заметили, - начал объяснять Пикассо,
почему-то ему было неловко, что не сразу обнаружили парня.
- Наш это солдат, - с трудом прорывая комок в горле, сдерживая крик и
маты, как можно спокойней произнес я, - Семенов из саперов, пропал в
"Северном" на разминировании. Нашел его военный билет на одном из стрелков.
Бойцов как током ударило, они начали суетиться вокруг Семенова, бережно
снимать с креста, при этом старались не повредить его, обращались как с
живым, перешептывались, чтобы не разбудить, а у самих слезы капали и капали,
мешая работать. Я отвернулся, достал пачку сигарет, закурил, жадно
затягиваясь, загоняя клубок дальше внутрь. Искоса посматривал, как
продвигаются дела. Когда сняли Семенова с креста и из валявшихся рядом
тряпок и досок соорудили что-то вроде носилок, уложив на него мученика, я
сказал:
- Клей, выходи на "коробочки", пусть подъедут поближе, передай, что
несем "груз 200"... Наш "груз 200".
Я пошел впереди, проверяя дорогу. Бойцы осторожно, обращаясь как с
раненым, несли Семенова на носилках. Замыкал шествие Клей, нагруженный
радиостанцией и остатками того оружия, которое мы обнаружили у духов.
Выйдя из подъезда, мы погрузили тело в отсек для десанта и поехали. По
себе я чувствовал, что сейчас горе тому духу, кто попробует высунуть нос на
нашем пути. Для подтверждения своих мыслей я оглянулся и увидел у бойцов
такие же страшные пустые глаза, как и у меня самого, только пылает внутри
огонь мщения и ничего больше - ни одной мысли, пустота. Крови, крови, крови
хочу, чтобы излить свою ярость, чтобы под прикладом треснул череп, под
ботинком хрустнули ребра. Костяшками пальцев пробивать и рвать артерии,
заглянуть в глаза перед смертью и спросить его, ее, их: "Зачем ты, падаль,
стрелял в русских?"
Ну, держитесь, суки, не будет вам пощады, никому не будет, ни старикам,
ни детям, ни женщинам - никому. Правы были Ермолов и Сталин - данная
народность не подлежит перевоспитанию, лишь уничтожению.
Ярость при виде растерзанного человека, вчерашнего товарища, горячка боя, усталость, накапливающаяся ненависть к этой страшной жизни и к тем, кто обрек тебя на нее - как к противнику, так и к предателям из тыла, свежая рана... Это можно понять и я не хочу осудить человека, который в такой ситуации не удержал себя в руках.
Мне непонятно другое - какого хрена заранее перед монитором упражняться именно в потере контроля над собой и в праведном гневе, а не наоборот - в самообладании и сохранении трезвости мышления, несмотря на испытываемую душевную боль?
http://lib.ru/MEMUARY/CHECHNYA/byloe.txt
Я сплюнул в
сторону и приказал стоявшим рядом бойцам: "Добейте его и потом прочешите
весь подъезд, может, кто еще и уполз". Хотя сам сомневался в этом.
Раздались очереди из трех автоматов - это Семен, Клей и Пикассо
выпустили по короткой очереди в израненное тело. Пацана всего выгнуло, пули
разорвали грудную клетку, кто-то попал в голову - она треснула, обрызгав
пол.... Я спокойно смотрел на это убийство. Затем отвернулся от трупа, нет,
все-таки не люблю я покойников, а может, это естественная реакция
нормального, здорового организма? Кто знает. Достал пачку снайперского
"Мальборо", угостил бойцов.
- Я же русским языком сказал: "Прочесать подъезд". Кому не понятно? -
затянувшись сигаретой, сказал я. Бойцы, забубнив что-то под нос, пошли
выполнять приказ. Тем временем я, сдерживая позывы рвоты, окуривая себя
сигаретным дымом, принялся ощупывать карманы убитых.
Ого! Никак военный билет, да еще и не один. Так, смотрим: Семенов
Алексей Павлович, 1975 г. рождения. Семенов, Семенов, Семенов. Что-то в
памяти у меня зашевелилось. Не тот ли это Семенов из инженерно-саперного
батальона, который пропал без вести после штурма аэропорта "Северный"?
Отправили его принести огнепроводный шнур для разминирования, и пропал
пацан. А не он ли это и стрелял в нас? Я внимательно осмотрел лица духов,
сравнивая с плохой фотографией на военном билете, заглянул в пролом стены,
глянул на гранатометчика. Нет, слава Богу, нет. Начал листать дальше билет.
Бля! Наша часть, наш Семенов. Спасла вас, сволочей, смерть, а то бы лютая
кончина была вам уготована. Сам бы побеседовал, за время войн на территории
бывшего Союза я научился развязывать языки, да так, чтобы долго жили и не
сходили с ума.
Вмиг прошло сожаление о пацанах, об их загубленных душах, и только
злость, злость такая, что зубы свело судорогой. Если надо, за своего бойца,
русского, многих своей рукой сокрушу и своей жизни не пожалею, лишь бы
только вернуть его, балбеса, домой, живым и невредимым.
Тут с лестницы донеслись крики моих бойцов.
- Товарищ капитан, товарищ капитан, кого-то нашего нашли, там, на
крыше! - захлебываясь, кричал Американец.
Я стрелой вбежал по лестнице, и не было никакой одышки. На крыше,
прибитый гвоздями, как Иисус, на кресте лежал наш боец. В рот ему был
вставлен его же отрезанный половой член. И даже несмотря на покрытое коркой
грязи разбитое лицо, я опознал его по фотографии: он, он - Семенов. И хоть
я, может, и видел его всего раз десять, и даже не общался с ним, ком
подкатился к горлу, на глаза навернулись слезы, защипало в носу. Я пожалел,
что не знал его раньше: по-моему, он вообще был прикомандирован к нашей
бригаде прямо накануне отправки в Чечню из Абакана.
- Они его приколотили к кресту и поставили на крыше, видимо, взрывом
его опрокинуло, поэтому мы и не заметили, - начал объяснять Пикассо,
почему-то ему было неловко, что не сразу обнаружили парня.
- Наш это солдат, - с трудом прорывая комок в горле, сдерживая крик и
маты, как можно спокойней произнес я, - Семенов из саперов, пропал в
"Северном" на разминировании. Нашел его военный билет на одном из стрелков.
Бойцов как током ударило, они начали суетиться вокруг Семенова, бережно
снимать с креста, при этом старались не повредить его, обращались как с
живым, перешептывались, чтобы не разбудить, а у самих слезы капали и капали,
мешая работать. Я отвернулся, достал пачку сигарет, закурил, жадно
затягиваясь, загоняя клубок дальше внутрь. Искоса посматривал, как
продвигаются дела. Когда сняли Семенова с креста и из валявшихся рядом
тряпок и досок соорудили что-то вроде носилок, уложив на него мученика, я
сказал:
- Клей, выходи на "коробочки", пусть подъедут поближе, передай, что
несем "груз 200"... Наш "груз 200".
Я пошел впереди, проверяя дорогу. Бойцы осторожно, обращаясь как с
раненым, несли Семенова на носилках. Замыкал шествие Клей, нагруженный
радиостанцией и остатками того оружия, которое мы обнаружили у духов.
Выйдя из подъезда, мы погрузили тело в отсек для десанта и поехали. По
себе я чувствовал, что сейчас горе тому духу, кто попробует высунуть нос на
нашем пути. Для подтверждения своих мыслей я оглянулся и увидел у бойцов
такие же страшные пустые глаза, как и у меня самого, только пылает внутри
огонь мщения и ничего больше - ни одной мысли, пустота. Крови, крови, крови
хочу, чтобы излить свою ярость, чтобы под прикладом треснул череп, под
ботинком хрустнули ребра. Костяшками пальцев пробивать и рвать артерии,
заглянуть в глаза перед смертью и спросить его, ее, их: "Зачем ты, падаль,
стрелял в русских?"
Ну, держитесь, суки, не будет вам пощады, никому не будет, ни старикам,
ни детям, ни женщинам - никому. Правы были Ермолов и Сталин - данная
народность не подлежит перевоспитанию, лишь уничтожению.
Ярость при виде растерзанного человека, вчерашнего товарища, горячка боя, усталость, накапливающаяся ненависть к этой страшной жизни и к тем, кто обрек тебя на нее - как к противнику, так и к предателям из тыла, свежая рана... Это можно понять и я не хочу осудить человека, который в такой ситуации не удержал себя в руках.
Мне непонятно другое - какого хрена заранее перед монитором упражняться именно в потере контроля над собой и в праведном гневе, а не наоборот - в самообладании и сохранении трезвости мышления, несмотря на испытываемую душевную боль?
Re: Ну, например...
Курт, я читаю внимательно. ВСЮ книгу.
***странно только, что ниодного распятия не засняли***
Опять же ничего странного - это происходило в ситуации, когда обеим сторонам не до съемок.
***Не было в 95г никакого культурно-религиозного противостояния. По большей части одни бывшие военнослужащие советской армии стреляли в других.
Радикальный ислам в Чечне начался (а до этого никогда не имел места) как раз года с 96-го. И в межвоенный период***
Привет. Басаев по роддому буденновскому в зеленой повязочке с шахадой рассекал...
***А если эти 13-15 летки были "исламообразованные" - то "пророка Ису" они должны были уважать***
А если это исламский вариант нашего Мити?
Re: Ну, например...
А я читаю то, что ты выложила (полагаю, неслучайно). Человек прекрасно объясняет за что он хотел бы устроить пацанам "небыструю смерть" и "лютую кончину" - за то, что они просто могли убить российского солдата.
И тут автор неодинок - такие реакции очень часто встречаются.
"Опять же ничего странного - это происходило в ситуации, когда обеим сторонам не до съемок"
Опять же странно - отрезания голов почему-то происходили в ситуациях, когда "до съемок". А вот распятия - нет.
"Басаев по роддому буденновскому в зеленой повязочке с шахадой рассекал..."
И что? Это не признак распространения ИДЕОЛОГИИ в головах. Идентификация. "Исламский цвет". Он же водил батальон "северокавазской мусульманской помощи" на помощь абхазам в войне с Грузией.
Кстати, и тут он для остальных чеченцев нехарактерен.
Зеленый флаг "федеральной Чечни" - тоже не признак того, что там сидят исламисты.
/Опять же - это не период штурма Грозного.
*А если это исламский вариант нашего Мити?
Ну, чтобы приводить Митю в пример, нужно чтобы Митя поиздевался над Моисеем и Авраамом, например.
Вроде бы "Мить" у нас всю историю было достаточно, и антисемитизма тоже, но вот что-то не видел, чтобы "радикальные христиане" издевались над пророками Ветхого Завета.
Re: Ну, например...
Не просто российского солдата, а однополчанина.
И нахожу такую подвижку мозгов в боевых условиях тоже, как бы это сказать, в пределах нормы.
***Опять же странно - отрезания голов почему-то происходили в ситуациях, когда "до съемок". А вот распятия - нет***
Ничего странного - обезглавливания происходили именно что в небоевой обстановке, и направлены были чаще всего на то, чтобы запугать тех, с кого требуют выкуп за оставшихся в живых.
***И что? Это не признак распространения ИДЕОЛОГИИ в головах. Идентификация. "Исламский цвет"***
Курт, в повязочке с шахадой. С соответствующей надписью. И половина его людей так же.
***Ну, чтобы приводить Митю в пример, нужно чтобы Митя поиздевался над Моисеем и Авраамом, например***
Над Христом он вербально уже поиздевался. Что теперь Моисей.
***Вроде бы "Мить" у нас всю историю было достаточно, и антисемитизма тоже, но вот что-то не видел, чтобы "радикальные христиане" издевались над пророками Ветхого Завета***
Радикальные "христиане", чтоб им икалось, и над Распятием издевались, распиная евреев на воротах во время погромов.
Re: Ну, например...
Без разницы.
***Ничего странного - обезглавливания происходили именно что в небоевой обстановке, и направлены были чаще всего на то, чтобы запугать тех, с кого требуют выкуп за оставшихся в живых.
В первую чеченскую выкупов за русских пленных почти не брали. Часто просто отпускали под честное слово. Ну, была еще такая форма народной дипломатии, когда писали письмо матери "заберите своего сына". Те приезжали и забирали. Без денег.
***Курт, в повязочке с шахадой. С соответствующей надписью. И половина его людей так же.
Это была "первая ласточка". Усваивание символики, которое идет ДО усваивания идей. Читал я прямую речь тогдашнего Басаева.
***Над Христом он вербально уже поиздевался. Что теперь Моисей.
Но он-то это сделал несознательно. А ты говоришь о сознательном издевательстве-имитации распятия.
***Радикальные "христиане", чтоб им икалось, и над Распятием издевались, распиная евреев на воротах во время погромов.
Ты думаешь, они это сознательно делали ради того, чтобы поглумиться над Христом? Сомневаюсь.
То же самое и с мусульманами - головы христианам еще со времен Крестовых походов рубили, головами из пушек стреляли, но распятий ради глумления над пророком Исой не устраивали.
Re: Ну, например...
Да нет, все-таки с разницей - остальные военные билеты такой бури эмоций не вызвали.
***В первую чеченскую выкупов за русских пленных почти не брали***
В первую и видеозаписей ходило мало.
***Это была "первая ласточка". Усваивание символики, которое идет ДО усваивания идей. Читал я прямую речь тогдашнего Басаева***
Ну так за ней и все остальные прилетели.
***Но он-то это сделал несознательно. А ты говоришь о сознательном издевательстве-имитации распятия***
Откуда я знаю, что эти люди делают сознательно, а что - бессознательно...
***Ты думаешь, они это сознательно делали ради того, чтобы поглумиться над Христом?***
Ну, поглумиться-то они хотели над евреями. Но вот получалось по факту...
Re: Ну, например...
Я в том смысле, что мне лично это без разницы. В конце концов довольно странно встречать радикально разную реакцию на то, убили солдата из твоей части или не из твоей части. Особенно, если только что подозревал этого солдата в предательстве.
***В первую и видеозаписей ходило мало.
То есть? Как раз в первую журналистов в отрядах чеченцев было навалом. Чуть ли не больше, чем у федералов.
***Ну так за ней и все остальные прилетели.
Вот именно что не перед, а за. В период боев в Грозном в 94/95 никакого фундаментализма не было. Даже у российского журнала "Солдат удачи", сейчас отличающегося крайней "патриотичностью", был журналист в Грозном, среди чеченцев. И ничего такого не наблюдал.