![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
В точности по Блоку
По Марку Блоку, который в окопах Первой мировой, уже будучи дипломированным историком и подащим надежды медиевистом, с удивлением замечал, как сознание людей ХХ века упрощается до средневекового, и не только в других замечал, но и в себе отслеживал.
Об этом уж писали, но ничего, не вредно и еще раз.
В общем, да, отслеживаю. И в себе - в том числе.
Нет, никакой дегуманизации противника. Я достаточно плохой человек, чтобы обойтись без этого фокус-покуса. Режим цинизма на максимум - и понеслась. А что, тут кто-то собирался жить вечно? Напрасно, господа, бесполезное это занятие.
А вот в моей ФБшной френдленте люди в основном хорошие. Поэтому туда вчера было страшно смотреть. "Жечь! Убивать! Всех до одного! Поганым железом и каленой метлой!"
Но я им ничего не хочу предъявлять. Они три месяца находились под обстрелом говнометов с тем же самым: "Жечь! Убивать! Всех до одного! Поганым железом и каленой метлой!"
С кем подерешься - от того и наберешься.
Этот механизм, о котором писал Блок - он не просто так. Он для того, чтобы человек, находясь в состоянии постоянного стресса, не спятил.
Я не хочу, чтоб мои друзья спятили - поэтому пусть лучше так. Пусть они немного испортятся - но будут живыми и при уме.
Война, сказал Лиддел-Гарт, это такой способ решения конфликта, при котором выживание противника не рассматривается в качестве необходимого граничного условия. Не обязательно ненавидеть, достаточно того, чтобы тебе было все равно, выживет этот человек или нет.
22 января я поняла: война. Им все равно, выживем ли мы. Для них тут нет (а может, и никогда не было) граничного условия.
Чтобы выжить при таком раскладе, нужно и для себя убрать это граничное условие. Не обязательно ненавидеть. Просто должно быть все равно. Поверьте, это лучше, чем туманящая мозги ненависть. Да, на той стороне баррикады, вполне возможно, хороший человек, он любит маму, жену и детей, выпиливает лобзиком или пишет стихи - но между нами конфликт по земельному вопросу, и я хочу жить, а потому мне все равно, выживет он или нет. Если он вовремя унесет ноги - я не стану преследовать, добивать и вырывать печенку, чтобы съесть сырой. Но если он атакует - что ж, для одного из нас этот день закончится раньше, чем запланировал календарь.
Впрочем, я глупости говорю. На такое равнодушие способны люди определенного психического склада, к счастью для человечества, немногочисленные. Остальные должны что-то над собой сделать, чтобы поверить, что противник не человек. Иначе они спятят.
Вот блин, хотела написать охуенно духовное про жен-мироносиц, а написала вот это. Ну и ладно.
Об этом уж писали, но ничего, не вредно и еще раз.
В общем, да, отслеживаю. И в себе - в том числе.
Нет, никакой дегуманизации противника. Я достаточно плохой человек, чтобы обойтись без этого фокус-покуса. Режим цинизма на максимум - и понеслась. А что, тут кто-то собирался жить вечно? Напрасно, господа, бесполезное это занятие.
А вот в моей ФБшной френдленте люди в основном хорошие. Поэтому туда вчера было страшно смотреть. "Жечь! Убивать! Всех до одного! Поганым железом и каленой метлой!"
Но я им ничего не хочу предъявлять. Они три месяца находились под обстрелом говнометов с тем же самым: "Жечь! Убивать! Всех до одного! Поганым железом и каленой метлой!"
С кем подерешься - от того и наберешься.
Этот механизм, о котором писал Блок - он не просто так. Он для того, чтобы человек, находясь в состоянии постоянного стресса, не спятил.
Я не хочу, чтоб мои друзья спятили - поэтому пусть лучше так. Пусть они немного испортятся - но будут живыми и при уме.
Война, сказал Лиддел-Гарт, это такой способ решения конфликта, при котором выживание противника не рассматривается в качестве необходимого граничного условия. Не обязательно ненавидеть, достаточно того, чтобы тебе было все равно, выживет этот человек или нет.
22 января я поняла: война. Им все равно, выживем ли мы. Для них тут нет (а может, и никогда не было) граничного условия.
Чтобы выжить при таком раскладе, нужно и для себя убрать это граничное условие. Не обязательно ненавидеть. Просто должно быть все равно. Поверьте, это лучше, чем туманящая мозги ненависть. Да, на той стороне баррикады, вполне возможно, хороший человек, он любит маму, жену и детей, выпиливает лобзиком или пишет стихи - но между нами конфликт по земельному вопросу, и я хочу жить, а потому мне все равно, выживет он или нет. Если он вовремя унесет ноги - я не стану преследовать, добивать и вырывать печенку, чтобы съесть сырой. Но если он атакует - что ж, для одного из нас этот день закончится раньше, чем запланировал календарь.
Впрочем, я глупости говорю. На такое равнодушие способны люди определенного психического склада, к счастью для человечества, немногочисленные. Остальные должны что-то над собой сделать, чтобы поверить, что противник не человек. Иначе они спятят.
Вот блин, хотела написать охуенно духовное про жен-мироносиц, а написала вот это. Ну и ладно.
no subject
Наконец, если лагерь такого коллектива атакован противником (у которого коллектив только что убил несколько человек, на них напав по предварительному и заранее декларированному решению), а наш антимайдановец-пацифист не покидает место боя, а вместе со своими коллегами-боевиками запирается в здании, составлявшем часть системы обороны лагеря, то он себя тем самым показывает человеком мужественным, но вот что ему в этой ситуации не то что враги-майдановцы, а даже Яхве гарантировать не может - это физической безопасности. Враги-майдановцы по праву и справедливости обязаны ему её гарантировать в случае, если антимайдановцы осаждённые сдаются, или просят о переговорах (на время переговоров), или просто кричат: "Стойте, не атакуйте, не надо, у нас здесь гражданские, дайте им выйти!" В этом случае, если наш герой согласится уйти - допустим, он как человек отважный категорически не хотел, но товарищи его уговорили, что он принесет больше пользы их делу, гарантированно оставшись в живых - ему должна быть обеспечена жизнь и телесная неприкосновенность (не свобода - это по обстоятельствам, может, их задержат и фильтровать будут). Наконец даже - если антимайдановцы, засевшие в здании, просто доводят до сведения осаждающих, что в здании некомбатанты, и просят воздержаться от штурма, дабы те не пострадали, и требуют для них гарантий свободного прохода, дабы они не были задержаны - это может стать предметом переговоров, и заложиться на то обстоятельство, что вот, там их некомбатанты, и как бы всё предстоящее, в связи с этим, э, минимизировать - это, в принципе, со стороны осаждающих правильно. .... Но вот, извини, если осаждённые не предпринимают ни одного из этих действий, и вместо этого ведут из здания огонь и метают молотова - а под стенами за спинами боевиков майдана такие же некомбатанты - то вот это уже значит, что никому в том здании осаждающие не должны ничего до момента, когда те перестанут быть источником актуальной угрозы, т. е. до прекращения ими вооружённого сопротивления - потому ли прекращения, что они передумали его оказывать, или потому ли, что большую часть их воинов уже убили. А это так и было, как только пожар в доме профсоюзов парализовал боевую активность антимайдановцев, их стали спасать из огня подручными средствами.
Мне, наверное, нечего добавить.
PS Ты прав, Михаилу Самуэльевичу :)