В точности по Блоку

[morreth]

По Марку Блоку, который в окопах Первой мировой, уже будучи дипломированным историком и подащим надежды медиевистом, с удивлением замечал, как сознание людей ХХ века упрощается до средневекового, и не только в других замечал, но и в себе отслеживал.

Об этом уж писали, но ничего, не вредно и еще раз.

В общем, да, отслеживаю. И в себе - в том числе.
Нет, никакой дегуманизации противника. Я достаточно плохой человек, чтобы обойтись без этого фокус-покуса. Режим цинизма на максимум - и понеслась. А что, тут кто-то собирался жить вечно? Напрасно, господа, бесполезное это занятие.

А вот в моей ФБшной френдленте люди в основном хорошие. Поэтому туда вчера было страшно смотреть. "Жечь! Убивать! Всех до одного! Поганым железом и каленой метлой!"

Но я им ничего не хочу предъявлять. Они три месяца находились под обстрелом говнометов с тем же самым: "Жечь! Убивать! Всех до одного! Поганым железом и каленой метлой!"

С кем подерешься - от того и наберешься.

Этот механизм, о котором писал Блок - он не просто так. Он для того, чтобы человек, находясь в состоянии постоянного стресса, не спятил.

Я не хочу, чтоб мои друзья спятили - поэтому пусть лучше так. Пусть они немного испортятся - но будут живыми и при уме.

Война, сказал Лиддел-Гарт, это такой способ решения конфликта, при котором выживание противника не рассматривается в качестве необходимого граничного условия. Не обязательно ненавидеть, достаточно того, чтобы тебе было все равно, выживет этот человек или нет.

22 января я поняла: война. Им все равно, выживем ли мы. Для них тут нет (а может, и никогда не было) граничного условия.

Чтобы выжить при таком раскладе, нужно и для себя убрать это граничное условие. Не обязательно ненавидеть. Просто должно быть все равно. Поверьте, это лучше, чем туманящая мозги ненависть. Да, на той стороне баррикады, вполне возможно, хороший человек, он любит маму, жену и детей, выпиливает лобзиком или пишет стихи - но между нами конфликт по земельному вопросу, и я хочу жить, а потому мне все равно, выживет он или нет. Если он вовремя унесет ноги - я не стану преследовать, добивать и вырывать печенку, чтобы съесть сырой. Но если он атакует - что ж, для одного из нас этот день закончится раньше, чем запланировал календарь.

Впрочем, я глупости говорю. На такое равнодушие способны люди определенного психического склада, к счастью для человечества, немногочисленные. Остальные должны что-то над собой сделать, чтобы поверить, что противник не человек. Иначе они спятят.

Вот блин, хотела написать охуенно духовное про жен-мироносиц, а написала вот это. Ну и ладно.

Comments

[virago-ghost.livejournal.com]

//Я лишь нахожу фантастическим популярное ее современное объяснение от эмпатии, стремящейся к бесконечности. Ну, у мя такого в самом деле нет, в этом я в очередной раз убедился в последние сутки, почитав ваши одесские разговоры. Т. е. мне лично другие основания морали нужны, это в моём случае не работает, ничего не могу поделать.//

я не знаю такого объяснения, про стремящуюся к бесконечности эмпатию - это антинаучно; и мораль на одной эмпатии не стоит даже близко; а с эмпатией у вас все ок, и даже перебор - если брать среднее по больнице;

//Этот аргумент, что "раз они нарушают обязательства, то и мне с ними как угодно можно" я, честно, никогда не понимал, можно мне или нет, это зависит от того, чего я хочу сам, и какой положу вектор своей воле.//

а вот если бы вы их расчеловечили, то и вопрос бы такой не стоял; я не задаюсь вопросом, что мне можно по отношению к урагану или котлете;

//и не потому что они колорады, а по праву и обычаю войны (силового конфликта, в котором выживание противника не рассматривается в качестве граничного условия). Всё этически стерильно, мне обсуждать тут нечего//

на самом деле, это диалоги не об этике, а о психологии, просто народ не сильно понимает, что в какую сферу отнести;
обычай войны, он в отношении своих (если ты не приучен воевать со своими регулярно) срабатывает не сразу, сперва большинству людей приходится выйти с этими "своими" из договорных и виртуальных (но от этого не менее сильных) эмоциональных связей, что психика переживает частично, как разрушения образа себя любимого и системы ценностей;
человечеству известно валом культур, которые установили специальные правила и ритуалы (собственно, все обычаи войны - оно и есть, остальное - не война, а охота на добычу), которые дают сигнал, помогают перейти из отношений договора и привязанности к отношениям взаимного убийства, а потом обратно (дуэльные правила, например); у большинства одесситов соответствующего культурного механизма не было; его с успехом заменяет опыт, кстати;
так что тут одни переживают последствия подобного опыта, другие смотрят на эти последствия и опыт - и в страхе пытаются защититься от них, потому и читают морали и взывают к гуманизму (при чем к той стороне, которая априори способна про гуманизм понять), это банальный страх говорит, страх, что с тобой случится тоже самое и привычный мир рухнет;
третьи не понимают, в чем проблема (по разным причинам - кто крокодил, кто культурную норму санкционированного переключения враг/ сторона договора усвоил случайно, кто-то фантазирует по книжкам);
ну и есть четвертые, они издалека, но бурно, пытаются расчеловечить противника дальше, чтобы преодолеть угрызения совести - этим четвертым непосредственно ничего не угрожало, но общественный тренд велит ненавидеть, мстить и убивать; вот и накручивают себя;