Когда разговоры невозможны

[morreth]

Еще вчера могла спокойно слушать про "обе стороны хороши" или сочувствовать зольдатикам подневольным, которых согнали на Грушевского или там переживать из-за того, что кто-то из бойцов намалевал себе на щите 17-88.

Сегодня узнала, что под Борисполем нашли тело Юрия Вербицкого



Его забрали прямо из больницы, вместе с Игорем Луценко. Игоря Луценко просто избили и выбросили в лесу. Юрий исчез бесследно - и вот его нашли. Убитым. Со следами пыток. Нашли еще одного человека с ним - но тот пока не опознан.

И все, и мне похер уже на щиты с символикой и идейные разногласия с крайними националистами. Потому что на той стороне баррикад - людоеды, точка.

Я человек вполне черствый, и все эксцессы на Грушевского для меня проходили по разряду "на войне как на войне". Даже гибель Сергея Нигояна.

Но похищать из больниц, пытать и убивать - это за пределами... всего вообще. Диалог после такого невозможен. После такого никакой разговор об "умеренности" и "стабильности" невозможен. Человек, который "умеренно" за людоедов, не может быть субъектом диалога. Одно дело нарисовать на щите а хоть поясной портрет Гитлера, но совсем другое - запытать человека насмерть. С сегодняшнего дня тот, кто поддерживает Януковича - поддерживает расправу без суда и следствия над своими соотечественниками и не может считаться гражданином Украины. Даже человеком - с большой натяжкой он может считаться.

Раньше мне казалось нелепым кого-то банить из-за политических убеждений. Но тут политика кончилась. Началась кровь.

Comments

[virago-ghost.livejournal.com]

вы не поняли, мы - реально на стороне этой девушки;
или вы думаете. она собирается замуж за того, кто сам пытал и оправдывает пытки?
а не за того, который раскаялся?

[xxxavier.livejournal.com]

судя по некоторым вашим и автора поста репликам, вы их не разделяете, в том-то и дело.

[virago-ghost.livejournal.com]

да нет, это вы их не разделяете;
девушка что-то делает, и не только плакатами, там, знаете ли, плакатами обойтись не выходит;
а вам нравится болтать в полной безопасности и при полной безответственности; когда доходит до настоящего дела, вы сами заранее признаете, что ничего не можете и не собираетесь;