Захотелось поднять тему о Стругацких

[morreth]

которую мы как-то за чашкой пива уже обсудили с О"Хуллиган. А именно - несмотря на то, что поздние произведения АБС - "Улитка", "ОЗ", "Гр. Об." - считаются кагбэ глубокими и философичными, народную речь обогатили пословицами и поговорками отнюдь не они, а произведения раннего периода - "Полдень", "Понедельник", "Попытка к бегству", "Трудно быть богом", "Обитаемый остров", "Пикник на обочине". То есть, в попытке оформить и выразить какие-то свои переживания, миллионы людей обращаются вот к этим книгам - а не к типа-серьезным-и-глубоким. Именно в этих вещах братьям удалось высказать душу миллионов читателей, а то, что было потом - за редкими исключениями - при всей кажущейся глубине на поверку пустотно, там плотность мысли на единицу текста стремится к нулю. "Прогресс внеположен нравственности", "Бытие в основе своей абсурдно" - ради такого месседжа не стоило пишмашинку мучить. Особенно после Кафки и Камю. А между тем, тот же "Обитаемый остров", вещь, которую АБС планировали как голое приключалово - получилась многослойной и емкой, она "изнутри в три раза больше, чем снаружи".

Ситуация для литературы не новая, конечно - Конан Дойль мечтал войти в вечность с "серьезными вещами" а билет в бессмертие купил ему Холмс. Но ПОЧЕМУ так получается?

Comments

[leo-80.livejournal.com]

А может дело просто в тиражах?
Ранние их произведения прочитали все, кто интересовался. И десятилетиями перечитывали. А поздние (по крайней мере часть) вышли уже где-то в районе перестройки, когда и без Стругацких хватало пищи для размышления. Вот и не успели войти в фольклор.
Ну и ещё юмор, конечно. В "философских" вещах его гораздо меньше, чем в ранних. А запоминается чаще то, что смешно, - острое словцо, меткое сравнение.

[bbrukman.livejournal.com]

Как раз "Улитка", ОЗ и и ГО печатались в журналах гигантскими тиражами.