![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Боже, я люблю Корнуэлла-4
Вот у большинства аффтаров герой был бы блестящий и звенящий весь из себя.
Конечно, недостатки у него были бы - но такие, терпимые. Типа "слишком ответственный". У Кухулина было три недостатка: слишком юн, слишком благороден и слишком красив, мля.
А вот когда у Корнуэлла один набожный офицер спрашивает Шарпа - а как у того с исполнением заповедей? А Шарп - на тот момент ему 21 год - чешет репу и отвечает: ну... я никого не насиловал - а все остальное он ДЕЛАЛ, понимаешь - это другое дело.
Или взять там, скажем, акты героизма. Сама грешна, блин, но обязательно исправлюсь. Возьмем мою любимую сцену в "Тигре" - Шарпа и Лоуфорда разоблачили, "а что это там за шаги такие на лестнице? - А это нас арестовывать идут...". И вот во время ареста офицер и джентльмен Лоуфорд старается держаться... ну, как положено держаться офицеру и джентльмену, а Шарп... жопу чешет.
И только потом, в тюряге, признается, что он не просто жопу чесал, а спрятал там отмычку. Между полужопиями положил и штаны надел.
Но это не все. Между этими двумя моментами была вот такая сцена:
Офицер, молодой, учтивый мусульманин, заговорил на хорошем английском.
– Его величество желает знать, зачем вы пришли в город.
Лоуфорд подтянулся.
– Я лейтенант армии его величества... – начал он, но индиец поднял руку.
– Молчать! Здесь ты не лейтенант. Ты – ничтожество. Итак, зачем вы пришли в город?
– А ты как думаешь? – огрызнулся Шарп.
Офицер посмотрел на него.
– Думаю, вы пришли сюда выведывать наши секреты.
– Ну вот, теперь знаешь.
Офицер улыбнулся.
– Может быть, вам назвали имя того, с кем вы должны были связаться? Того, кто помог бы вам? Нам нужно имя.
Шарп покачал головой.
– Никаких имен нам не называли. Ни одного.
– Возможно. – Офицер кивнул двум джетти, один из которых схватил Шарпа, а другой так рванул вниз мундир, что с того посыпались пуговицы. Никакой одежды под мундиром не оказалось, если не считать таковой повязку, покрывавшую заживающие раны. Первый джетти достал кинжал и, не церемонясь, разрезал бинты. Лезвие задело кожу, и Шарп вздрогнул от боли. Один из тигров, почуяв запах крови, зашевелился. Второй джетти отошел к солдатам и взял у одного из них ружейный шомпол. Потом вернулся к Шарпу, встал у него за спиной и по знаку Типу хлестнул пленника шомполом по спине.
Боль была не меньше, чем при бичевании. Она пронзила спину, Шарп охнул и стиснул зубы, чтобы не закричать. За первым ударом последовал второй, столь сильный, что Шарп не устоял на ногах и упал лицом вниз, успев в последний момент выставить руки. Джетти ударил его еще трижды, и из‑под рассеченной кожи проступила кровь. Тигры зарычали и подались вперед, натягивая тяжелые цепи.
– Его будут бить, пока он не скажет имя, – мягко сказал Лоуфорду офицер, – а когда забьют насмерть, возьмутся за тебя.
Шарп перекатился на бок, но палач пнул его ногой, возвращая в прежнее положение.
– Прекратите! – крикнул Лоуфорд. – Вы не можете так поступать!
– Можем! – ответил офицер. – Сейчас ему начнут ломать кости, но только не спины. До нее дойдут потом. Боль будет нарастать. – Он снова кивнул, и на Шарпа посыпались удары. На этот раз рядовому, как он ни старался, не удалось сдержать крик.
– Купец! – выпалил Лоуфорд.
Офицер поднял руку, и джетти остановились.
– Купец? Какой купец? В городе полно купцов.
– Он торгует скобяными изделиями. Больше я не знаю.
– Знаешь. – Кивок, шомпол взлетел в воздух.
– Рави Шехар! – выкрикнул Лоуфорд, проклиная себя за слабость, которая могла стоить жизни незнакомому человеку. Смотреть, как Шарпа у него на глазах забивают насмерть, он не мог. Одно дело терпеть собственную боль, и совсем другое – наблюдать за тем, как человека превращают в кровавое месиво.
– Рави Шехар, – повторил офицер. – И как вы его нашли?
– Мы его не нашли. Мы не знали как! Собирались подождать, немного выучить язык и уже потом отправиться на поиски. Не успели.
Шарп стонал. Кровь стекала по бокам и капала на камни. Один из тигров надул у стены приличную лужу, и едкий, тошнотворный запах мочи распространился по двору. Офицер – на шее у него тоже висел золотой медальон – отошел к Типу, о чем‑то поговорил с ним и вернулся к Лоуфорду.
– Что вы должны были сообщить Рави Шехару?
– Все, что узнали, – опустив голову, ответил лейтенант. – Об оборонительных сооружениях. Для этого нас и послали.
– И что вы узнали?
– Сколько у вас солдат, сколько орудий, сколько ракет.
– И все?
– А разве мало?
Офицер перевел ответы Типу. Султан пожал плечами, взглянул на Лоуфорда и достал из кармана желтой шелковой туники небольшой кожаный мешочек. Развязав шнурок, он шагнул к Шарпу и посыпал солью кровоточащую спину. Шарп едва не задохнулся от боли.
– С кем еще вы должны были связаться? – спросил офицер.
– Больше ни с кем. Поверьте, больше ни с кем, – жалобно добавил Лоуфорд. – Нам лишь говорили, что Рави Шехар сможет передать сообщение. Вот и все.
Типу верил пленнику. Боль и стыд ясно читались на лице англичанина. К тому же рассказанное им совпадало с тем, что уже знал и сам Типу.
– И вы не нашли Рави Шехара?
– Нет.
– Тогда посмотри. – Офицер указал на тигров. – Его скормили им. Несколько недель назад.
– О боже, – прошептал Лоуфорд, закрывая в отчаянии глаза. В какой‑то момент его едва не стошнило, но он подавил рвотный позыв и открыл глаза.И представляете - все это время в жопе у Шарпа была отмычка!
no subject
no subject
no subject
Какой он нафиг блестящий и звенящий? Там такие тараканы в черепушке... мадагаскарские.
Он внешне блестящий, по сравнению с Шарпом. Поскольку офицер и джентльмен. Природный, тяк-зять.
Он блестяще умен -- не "природно", а "технически" -- по сравнению с Шарпом. Поскольку из семьи врача и инженера.
Но как человек он имеет предпосылки быть хуже, чем Шарп. Причем автор это безжалостно показывает. И если оно не лезет наружу, а остается внутри, то этот опять же результат воспитания и самодисциплины -- но видно, как этот результат достигается и чего стоит. Ему и близким.
Так что Вы неправы категорически.
Если хотите подробнее, то потом у себя напишу.
no subject
Не то что Шарп - что ни слово, то матюки.
no subject
А матюки через слово -- это разве недостаток? Это так... черточка. У меня некоторые друзья так разговаривают, я специально считал: как каждые три слова -- неопределенный артикль "бля". Хотя казалось бы, в одном Универе учились...
Но как недостаток я это не воспринимаю. Хотя ржач с трудом сдерживаю иногда.
no subject
Хотя в "Сердце меча" у него тоже полна голова тараканов, а в МД он от них помеленьку избавляется.
no subject
А "святой" = "хороший человек" ?
П.С. Мне очень понравилась та... концепция "святости", которая у ЛМБ в Шалионском цикле.
no subject
Но святой - он и хороший человек тоже.