![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Сегодня - маленькое
- Разве нельзя было все это объяснить госпоже Утариэль?
- Нет, - резко ответил Дамрод. – Она бы пожалела меня. Она бы снова сошлась со мной. А я был на полпути к безумию.
- Но вы ведь нашли какой-то выход?
- Нет. Даже государыня Арвен не смогла мне помочь ничем. Просто тот, кто мучил меня, однажды чуть-чуть понял, с чем он играет. И переменил… свое милое обхождение. Почти год он не трогал меня вообще. Я знаю, что вы подумали – тут бы мне все и вернуть… Но между нами все было испорчено слишком сильно, и… она бы меня не поняла. Но давайте прекратим обо мне и вернемся к Амандилю. Он эти пять лет провел с куда большей пользой, чем я – съездил в Умбар по торговым делам отца, заодно добрался и до источников времен Черных нуменорцев, которые его очень интересовали. Создал школу. Сделал людям много добра. Это я без всякой насмешки говорю – много добра. Он очень опасно ходит, и сам это знает – но он не знает, насколько опасно. То есть… когда ты пляшешь на жердочке над пропастью, тебе может казаться, что это не так важно – тысяча или сто футов под тобой. Тебе все равно конец. Но кода ты смотришь со дна пропасти и думаешь, как оттуда выбраться – то лучше, чтоб было сто… Амандиль думает, что он на жердочке. А на самом деле он на дне. Пропасть в сто футов – это возможность вляпаться в заговор против Короны, а таким заговором в последнее время попахивает. Пропасть в тысячу футов… ну, вы теперь знаете, почему я не могу смотреть, как хороший человек кричит Тьме: «Вот он я, возьми меня!»
- Но отчего же вы ему не рассказали?
Дамрод запустил пальцы в волосы, наткнулся на гребень, выдернул его и отшвырнул в сторону.
- Потому что как-то раз у нас с ним была беседа о Кольце, - со злостью сказал он. – И Амандиль находит Кольцо весьма интересной и занятной штукой. Конечно, он полагает, что связывать Кольцо со своим существом и таким образом ставить себя от него в зависимость было нельзя… Но если исправить этот недочет – то сама идея хороша. Например, можно было бы сделать с теми же орками то, что пытался сделать я со своими – но гораздо лучше. Сотворив государство, которое не так-то просто было бы снести с лица земли. И пусть бы это государство было бы щитом между нами и восточными кочевниками. Сколько пользы для Королевства. Я, дурак, на свою голову еще и показал ему отряд Псов…
- Тот наемный отряд, которым вы командуете?
- Инна этот счет вас просветили? Уже не командую. Командует Дис, и делает это лучше меня. Я при ней – как бы тоже… для особых поручений. Но Амандиль посетил нас, когда я был командиром, и то, что он увидел, ему очень понравилось. Орки Первой эпохи, «уирги Тангородрима», которых он воспел – они, по его мнению, были такими, как мы. То, что мы все – орки самое большее на четверть, он как-то упускает из виду. В Дис и Кэс он вообще влюбился. Нет, господин Борлас, он моей сестре не изменил, его слово нерушимо. Но он выписывал вокруг наших женщин круги, рассыпал восторги, и в конце концов высочинил несколько стихов о прекрасных орочьих девах – после чего мне пришлось его быстро оттуда увозить, пока прекрасные орочьи девы не натянули ему ядра на уши.
- Его стихи были так плохи?
Дамрод прикрыл глаза и продекламировал:
- О дивный, дивный тот народ! В краях за Гундабадом
они хранят из рода в род серебряные клады.
Давно не слышен шум боев, они же и поныне
поют под звук своих рогов о Черном Властелине.
- Так ты им друг? И видел сам красавиц с кожей грубой,
и ночью прижимал к устам их мерзостные губы?
- Но этой лжи я не снесу! Сравнишь ли, воин зоркий
эльфиек бледную красу со статью девы орков?
Их бедра созданы детей рождать в горах свободных, -
не для забавы королей, бессмертных и бесплодных[1].
- Я вынужден признать, - наклонил голову Борлас, - что мало знаю о людях с примесью орочьей крови и не могу понять причин обиды ваших дев.
- Да бросьте, почтенный. Случалось вам разорять их становища, случалось вам и видеть женщин, которых заставляли детей рождать в горах свободных. Дис хотя бы выросла среди роханцев, а Кэс мы выдернули из племени как раз накануне, скажем так, свадьбы…
- Понятно, - вздохнул Борлас. – А ведь Амандиль показался мне очень умным человеком.
- Вы тоже умный человек, господин Борлас, но кажется мне, что сегодня вы услышали от меня много нового, при том что я вас примерно в три раза младше. Каждый человек умен лишь до определенного предела, и чем шире этот предел – тем шире и область глупости вокруг него. Амандиль – исключительно умный человек, и его ум упирается в исключительно широкую сферу глупости. Амандиль увидел в отряде то, что хотел увидеть если не всю жизнь, то большую часть ее: орков, живущих по своей воле, и живущих неплохо, на зависть многим людям. И если бы я рассказал ему, что без вот этого… - Дамрод ткнул себя пальцем в грудь, - Псы превратились бы в шайку мародеров, а «девы орков» стали бы тем же, чем в племенах… он бы направил весь свой ум на то, чтобы отполировать и усовершенствовать вот это.
- Даже ценою вашей несвободы?
- Ну что вы. Конечно же, последней целью было бы окончательное освобождение всех, с тем, чтобы орки могли жить не хуже людей, но без этого… Не сомневаюсь, что Амандиль попытался бы помочь мне найти и убить того, кто хочет быть моим господином… Но не сомневаюсь и в том, что он тут же начал бы склонять меня, скажем так, перехватить руль.
no subject
Будет ли верным предположение, что весь треп о растлении в доме Амандиля - это чтобы привести какую-то причину, в отсутствии возможности назвать настоящую?
no subject
no subject
no subject
Мухаммедом Алипрототипом Хэрумора. Ты хотела бы жить под его чутким руководством?no subject
no subject
Рутвэн по своим данным там на положении.... сама знаешь кого :). Только моя героиня немножко умнее и чувствует это брезгливое снисхождение. Амандиль её ка бы всё время извиняет за то, что она "такая", но напрямую рассказать, чего он от нее хочет - это нет, это же стать похожим на таких зануд как Борлас. Она должна кагбэ впитывать, наблюдать и делать выводы. Какие-то вещи, в конце концов, должны быть понятны человеку уже в 15, а ей ведь целых 17...
От нее чего-то хотят, а она не поймет, чего. И во всем винит брата: это он, гад, все испортил.
no subject
no subject