![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Нет худа без добра
Валяясь с больной хребтиной, между делом посмотрела "12".
Все хвалили. Действительно, есть за что хвалить - поставлено, сыграно, сделано замечательно, комар носа не подточит.
Но в финале, когда персонаж Михалкова задвигает, что парню лучше бы в тюрьме посидеть, я "мысленно превратилась в мужской детородный орган" (с) Коала. Это как? Это почему?
ЗЫ: тут умные люди объяснили - на случай, если среди присяжных есть сцуко, работающее на квартирную мафию. Чтобы они поверили, что на мальчика все забили и копать это дело не будут.
И еще в одном месте возник ну совершенно двуручный дисбелив: чеченский бандит, который ЗАБЫЛ НОЖ В ТЕЛЕ ЖЕРТВЫ? Именной нож со своими инициалами?
Я совершенно спокойно поверила в то, что герой Маковецкого совершенно случайно купил себе такой же и таскал в портфеле - всяко бывает, что и проиллюстрировал в кино старый еврей. Но чтобы хороший нож из хорошей стали, который при легком усилии пронзает стопку офисной бумаги - чтобы такой нож просто "забыли" вспине заколотого? - вот на этом моя вторичная вера пискнула, дрыгнула ножками и скопытилась. Я понаслышке, но знаю, что ткое для многих кавказцев холодное оружие. Да что там кавказцы - уверена, что ролевики меня поймут. Отношение к холодному оружию - вот правдивое место в фильме, эпизод с грузинским хирургом - это культура, и последний бандит, сволочь, мясник - все же причастен ей. Когда ты годы проводишь с ножом, когда он становится привычен как часть тела, когда ты даешь ему свое имя - проще задницу где-то оставить, чем этот нож.
Вообще, Михалкова подводит любовь к детализации - тут уже и зритель поневоле начинает обращать внимание на детали. А когда он начинает обращать внимание, возникают вопросы, как у М. Гликина:
"Офицер дядя Володя спасает и забирает мальчика, когда ему около восьми лет. На суде ему 18. Героя играет уже другой артист. Вопрос: если он 10 лет прожил в Москве, то почему же так плохо знает русский, что герой Михалкова, еще один отставной офицер-федерал, говорит с ним по-чеченски? Почему по-прежнему и выглядит, и воспринимается присяжными как дикарь? Учился ли он в школе, а потом в ПТУ или институте? Тогда где показания на суде одноклассников и учителей? Где вообще хоть какой-нибудь след его 10-летнего пребывания в столице?
По ходу пьесы узнаем, что чеченец и отставник одиноко жили в почти расселенном доме, где остались лишь две обитаемые квартиры. И создается полное ощущение, что в мирном городе Москве герой продолжал жить как у себя дома под бомбежками — со сверстниками не общался, в школу не ходил, танцевал горские танцы и точил свой нож, а потому, когда офицер был зарезан, вызвал логичные подозрения. У него в этом городе не появилось ни друзей, ни знакомых, жить ему негде и страшно, и в этой связи происходит второй акт усыновления: будешь жить у меня, зови меня дядей Николаем, предлагает офицер Михалков, и «чечененок» снова легко соглашается."
(цит. по блогу Тимура Алиева,
http://timur-aliev.livejournal.com/173010.html)
Короче, после момента с узнаванием ножа я смотрела ильм уже не как историю людей, а как постановку. Ну что ж, хорошая постановка, фирма веников не вяжет...
Все хвалили. Действительно, есть за что хвалить - поставлено, сыграно, сделано замечательно, комар носа не подточит.
Но в финале, когда персонаж Михалкова задвигает, что парню лучше бы в тюрьме посидеть, я "мысленно превратилась в мужской детородный орган" (с) Коала. Это как? Это почему?
ЗЫ: тут умные люди объяснили - на случай, если среди присяжных есть сцуко, работающее на квартирную мафию. Чтобы они поверили, что на мальчика все забили и копать это дело не будут.
И еще в одном месте возник ну совершенно двуручный дисбелив: чеченский бандит, который ЗАБЫЛ НОЖ В ТЕЛЕ ЖЕРТВЫ? Именной нож со своими инициалами?
Я совершенно спокойно поверила в то, что герой Маковецкого совершенно случайно купил себе такой же и таскал в портфеле - всяко бывает, что и проиллюстрировал в кино старый еврей. Но чтобы хороший нож из хорошей стали, который при легком усилии пронзает стопку офисной бумаги - чтобы такой нож просто "забыли" вспине заколотого? - вот на этом моя вторичная вера пискнула, дрыгнула ножками и скопытилась. Я понаслышке, но знаю, что ткое для многих кавказцев холодное оружие. Да что там кавказцы - уверена, что ролевики меня поймут. Отношение к холодному оружию - вот правдивое место в фильме, эпизод с грузинским хирургом - это культура, и последний бандит, сволочь, мясник - все же причастен ей. Когда ты годы проводишь с ножом, когда он становится привычен как часть тела, когда ты даешь ему свое имя - проще задницу где-то оставить, чем этот нож.
Вообще, Михалкова подводит любовь к детализации - тут уже и зритель поневоле начинает обращать внимание на детали. А когда он начинает обращать внимание, возникают вопросы, как у М. Гликина:
"Офицер дядя Володя спасает и забирает мальчика, когда ему около восьми лет. На суде ему 18. Героя играет уже другой артист. Вопрос: если он 10 лет прожил в Москве, то почему же так плохо знает русский, что герой Михалкова, еще один отставной офицер-федерал, говорит с ним по-чеченски? Почему по-прежнему и выглядит, и воспринимается присяжными как дикарь? Учился ли он в школе, а потом в ПТУ или институте? Тогда где показания на суде одноклассников и учителей? Где вообще хоть какой-нибудь след его 10-летнего пребывания в столице?
По ходу пьесы узнаем, что чеченец и отставник одиноко жили в почти расселенном доме, где остались лишь две обитаемые квартиры. И создается полное ощущение, что в мирном городе Москве герой продолжал жить как у себя дома под бомбежками — со сверстниками не общался, в школу не ходил, танцевал горские танцы и точил свой нож, а потому, когда офицер был зарезан, вызвал логичные подозрения. У него в этом городе не появилось ни друзей, ни знакомых, жить ему негде и страшно, и в этой связи происходит второй акт усыновления: будешь жить у меня, зови меня дядей Николаем, предлагает офицер Михалков, и «чечененок» снова легко соглашается."
(цит. по блогу Тимура Алиева,
http://timur-aliev.livejournal.com/173010.html)
Короче, после момента с узнаванием ножа я смотрела ильм уже не как историю людей, а как постановку. Ну что ж, хорошая постановка, фирма веников не вяжет...
no subject