![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Продолжение фанфика по "Этерне"
ЕСЛИ БЫ ДИКОМ ОКДЕЛЛОМ БЫЛА Я...
Сценка 2
(напоминаю: все персонажи и большинство реплик принаждлежат В. В. Камше)
Сценка 2
(напоминаю: все персонажи и большинство реплик принаждлежат В. В. Камше)
Растерявшийся Дик выпустил поводья, и вконец очумевший конь сломя голову полетел вперед к маячившему на горизонте лесу, но на полпути передумал и вскинулся на дыбы, молотя по воздуху передними ногами. Юноша изо всех сил вцепился в гриву, думая лишь о том, как удержаться в седле, а затем в уши ударил стук копыт и холеная рука перехватила уздечку Баловника у самого мундштука. В Вороне лживым было все — даже его утонченность. Конь, не посмев воспротивиться стальной воле и стальной руке властителя Кэналлоа, послушно опустило, на ноги и замер, дрожа всем телом. Рокэ отпустил жеребца и засмеялся.
— Что надо сказать, юноша?
— Благодарю, эр Рокэ, - Дик достал из рукава платок и завязал на нем второй узел. Сколько это еще будет продолжаться? Никакого платка не хватит, если без конца нарываться на вороньи благодеяния. А Баловник, кажется, не даст переломить счет в свою пользу... Морисскую шаль завести?
— Эта лошадь слишком молода и дурно выезжена, вам нужна другая.
— Это лошадь из Надора…
— Я так и думал. Можете оставить ее, как память, но ездить на такой дряни мой оруженосец не будет.
— Будет, - упрямо сказал Дикон. - Или... вы попытаетесь меня заставить?
Ворон пожал плечами.
- Как хотите. Это ваша... фамильная реликвия. И ваша голова.
- Сердечно благодарю, эр Рокэ. — вообще-то Ричард не собирался никуда идти, но гордость требовала сказать хоть что-нибудь, - могу я сегодня быть свободен?
— Разумеется, — пожал плечами Ворон, — но завтра в семь пополудни извольте ждать меня в вестибюле. Вы мне понадобитесь.
...Глупость несусветная - отпрашиваться когда тебе некуда идти. Мог бы, как и положено благородному бездельнику, сидеть в библиотеке и наслаждаться, скажем, эротической поэзией Ургота... Нет, пришлось идти к Налю, а затем тащиться с ним с "Солнце Кагеты..." Ну что ж, кузен по крайней мере знал места, где можно действительно вкусно поесть.
Они выпили только по одной, когда в «Солнце» завалился Эстебан Колиньяр с несколькими приятелями. Кузен побледнел и затравленно оглянулся.
— Прости меня. Дикон, я не представлял, что они.. Я никогда здесь их не видел. За нами следят. За тобой следят… Нужно уходить, эр Август…
— ...слишком занят, чтобы думать о двух сопляках, - углом рта сказал Дикон.
— Ричард Окделл. — Эстебан с любезной улыбкой стоял около стола, — какая встреча! Мне кажется, я недавно видел вас в «Острой шпоре», но, видимо, ошибся.
— Не ошибся, — отрезал Дик и спохватился, что ему тоже следует перейти на «вы», — не ошиб-лись. У меня были неотложные дела.
— Но сейчас-то у вас их, надеюсь, нет? — пропел «навозник» самым любезным тоном.
— Нет пока, — подтвердил Дик, за что заработал под столом пинок от Наля и поспешно добавил: — А там как получится.
— Тогда предлагаю после ужина переместиться в «Руку судьбы» и сыграть в кости.
— Мы не можем, — отрезал Реджинальд. — у нас важная встреча.
— Вы, может, и не можете, — Эстебан с нескрываемым презрением взглянул на Наля, — но я вас и не приглашал. Ричард, нынче все Окделлы стали осторожны и добродетельны, как улитки?
— Ну, вас-то я тоже сюда не приглашал, - заметил Дик как можно небрежнее, отвечая Налю пинком на пинок. — Но я не против скоротать вечер за костями. — Дик старался казаться усталым и равнодушным.
— Значит, договорились, — кивнул Эстебан, отходя от стола, — сначала — мясо, потом — кости.
— Ты с ума сошел, — зашипел Наль, — у него же прорва золота, он может рисковать, а ты?! Вспомни, что творится в Надоре. Батюшка и герцогиня Мирабелла говорят, что кости — забава «навозников», а ты — герцог Окделл. Тебе за одним столом с ними сидеть и то зазорно…
— Я придумал одну штуку, - сказал Дик. - Ты, главное, ни во что не вмешивайся.
— Но у тебя же нет денег. На самом деле их нет.
— Пффф. Как будто навозник этого не знает, - Дик спрятал усмешку в кружке. - Ему не деньги нужны. Но он у меня еще попляшет.
- Ты что, думаешь, что сможешь его обыграть? У него утяжеленные кости. Или что-то еще. Или ты думаешь вызвать его? Дик...
- Нет, я не думаю выиграть и вызывать его тоже не хочу. Ты просто смотри, что будет и главное - не вмешивайся.
Ричард проиграл сорок два тала, все, что у него было. Он выиграл лишь самый первый раз, а потом все покатилось в тартарары. Дик paз за разом бросал кости, надеясь, что рано или поздно удача повернется к нему лицом, но выигрывал банк, который держал Эстебан. Не везло не только Дику, но и другим, рискнувшим попытать счастья. Наль гудел над ухом, то уговаривая прекратить игру, то намекая на то, что банк не может выигрывать с таким постоянством. Дику хотелось треснуть кузена по лбу: он не слепой! Кости точно утяжелены, а Эстебан - глуп.
Сам Реджинальд, так же как и Северин, от игры воздерживался. Какой-то рыжий молодой человек за одну игру просадил тридцать таллов, махнул рукой и, насвистывая, вышел. Жаль. Лишний сторонник не помешал бы.
— Предлагаю всем бедным, но гордым выйти из игры, — улыбнулся Эстебан, и Дик решительно взялся за кости. На этот раз ему повезло, он немного отыгрался, потом повезло чуть больше, и юноша вернул восемнадцать таллов из проигранных сорока двух.
— Хватит, — тянул его Наль, — пойдем. Уже поздно, тебя ждет маршал, он будет недоволен…
— «Он будет недоволен и отрежет тебе что-то», — запел фривольную гвардейскую песенку Северин.
- Вот странно, - как бы про себя проговорил Дик. - Ворона нет, а карканье слышно. Может, удвоим ставки, сьер Эстебан?
- У вас не хватает для этого денег, эр Окделл, - ухмыльнулся "навозник".
- Наличных не хватает, - с притворно-грустным видом поднял брови Дикон. - Но я могу поставить в заклад камзол и плащ. Совсем новые, почти не ношенные.
- Ты с ума сошел, - простонал Наль. - Это же...
- Именно, - Дик приосанился. - Конечно же, я выкуплю цвета своего эра. Ну как, сьер Колиньяр? Вы по-прежнему тверды в коленках? Не угас ли азарт?
- Нисколько, - Эстебан улыбнулся еще шире. - Но только если вы присоедините к закладу еще и штаны.
— Ты позоришь нас всех! - Наль отвернулся.
— Не слушайте его, герцог, — встрял кто-то незнакомый, — это толстые и трусливые поросята всех позорят, а вы держитесь как настоящий дворянин. Еще немного, и дева Удачи вас оценит.
- Еще немного - и я дам кому-то в ухо, - сказал Дик.
— Вы подтверждаете свою ставку? — уточнил Эстебан. Ричард Окделл кивнул, упали и покатились по столу кости, и камзол гербовых цветов Алвы, плащ и штаны стали собственностью наследника Колиньяров.
- Ну что ж, - проговорил Дик с притворной досадой. - Удача сегодня отвернулась от меня.
- Ваш заклад.
Дик расстегнул пояс, отдал Налю. Снял и бросил на стол камзол.
- Как насчет остального?
- Минуту. Дождитесь меня здесь, господа - не могу же я вернуться домой голым и босым. Наль, - он перешел на шепот. - Одолжи два талла. С ближайшей присылки отдам.
Наль понимал, что другого выхода нет.
Через десять минут Дик вернулся в "Руку удачи". Огромные, ярко-синие марикярские шальвары при ходьбе отставали от хозяина на два бье. Крестьянские башмаки предваряли появление хозяина громким стуком о каждую ступеньку. Только черный колет перемещался в полной гармонии с владельцем - правда, застегивался лишь на три нижние пуговицы. Дик был тоньше Наля раза в два, но предыдущим хозяином колета был, по всей видимости, скелет.
На несколько мгновений все онемели. Потом компания "навозников" взорвалась хохотом. Смеялись даже другие неудачники. Наль покраснел и отвернулся. Теперь, подумал Дик, вот теперь-то и пошла настоящая игра. Осталось только кости бросить.
Со вздохом он протянул Эстебану штаны и сапоги - а когда тот вытянул руки вперед, бросил барахло и резко схватил Колиньяра за обе руки, срывая манжеты.
Сначала был треск ткани, и смех умолк, словно сквозняк задул сразу все свечи. И в этой тишине по полу покатились кости.
- Ба, - Дик посмотрел под ноги с притворным удивлением. - Это которые - обычные или со свинцом? А ну-ка... - он нагнулся, чтобы подобрать трофей, и опять опередил побледневшего Колиньяра. - Господа, проверьте, что на столе.
- Вы сами подменили их, Окделл! - закричал Эстебан.
- Кошки с две! - заорал Дик в ответ. - Кто тут выигрывал весь вечер?
- Вы хотите меня вызвать? - Эстебан, еле овладев собой, положил руку на эфес шпаги. За его спиной собралось человек пять. За спиной Дикона - столько же, считая Наля - но к ним присматривались и посетители других столов.
- Пфф! О ваш навоз марать шпагу?! - Дик рывком забрал у Наля перевязь. - Нет, сьер Колиньяр. Шулеров просто бьют. Канделябром! По морде!!!
- Точно! - в сторону схватившихся за шпаги навозников через голову Дика полетел табурет. Приближаться к Колиньяру, когда он при шпаге, Дик не рисковал - и свой канделябр швырнул с безопасного расстояния. Навозники сгрудились кучей, готовясь к рукопашной - поэтому отступать Эстебану было некогда. Он не смог отразить летящий трехсвечник ударом шпаги - и бронзовая дура задела его по уху.
"Рука удачи" обрушилась в хаос. В компанию Эстебана полетели кружки, табуреты, бутылки, кочерги и другие предметы утвари. Охранники с дубинками, возникшие тут как по волшебству, растерялись: их было всего четверо, а нелюбителей грязной игры - гораздо больше. Дик поднырнул под рукой у одного из этих детин и, прихватив Наля за рукав, кинулся из игорного дома прочь.
Остановились онитолькочерез два квартала и три подворотни.
- Зачем-ты-это-сделал? - Отдуваясь, спросил Наль. Дик вдруг расхохотался. Ему было плохо, ему было страшно - и вместе с тем его распирало бешеное веселье: как тогда, когда Арамона, прыгая на столе, пытался снять с крюка в потолке свои штаны. Он хохотал и ничего не мог с собой поделать.
- Звтра, - только и смог выдохнуть он. - Я... ему... п-хонадоблюсь. В семь... В родовых... цвета-хах!
- Тыс ума сошел - теперь для Наля настал черед бледнеть. - Ты это сделал, чтобы позлить Ворона? Жить надоело? Или тебе все равно, что будут думать о Людях Чести? Что скажет Эр Штанцлер, если узнает, каким шутом ты себя выставил?
Упоминание о Штанцлере разом остановило приступ смеха. Дик выпрямился.
- Разве не Эр Штанцлер всегда говорил, что не одежда делает человека? - спросил он свкозь зубы. - И разве не эр Штанцлер отдал меня Ворону?
- Ты поступаешь как ребенок.
- Со мной обращаются как с ребенком! - Дик ударил кулаком по стене. - Все делают мудрые лица и ни шута мне не говорят. Только поучают. Дикон, ты должен то. Дикон, ты не должен этого. Память отца. Обязанности оруженосца. Честь человека чести. В первый день я едва не умер - а он спас мне руку и жизнь и чуть ли не в открытую сказал, что меня отравили - а потом умолк, как смолы наелся! Это могли сделать только в Лаик - кто? Кто напал на меня тогда, в переулке? И что еще удивительнее - кто спас? Эр Штанцлер молчит. Алва молчит. Все молчат. Нет уж, Наль. Теперь я немного поиграю, а они попляшут. Колиньяр будет искать моей головы? Ну и пусть ищет. По крайней мере, я буду знать, кто. И почему.
Они выпили только по одной, когда в «Солнце» завалился Эстебан Колиньяр с несколькими приятелями. Кузен побледнел и затравленно оглянулся.
— Прости меня. Дикон, я не представлял, что они.. Я никогда здесь их не видел. За нами следят. За тобой следят… Нужно уходить, эр Август…
— ...слишком занят, чтобы думать о двух сопляках, - углом рта сказал Дикон.
— Ричард Окделл. — Эстебан с любезной улыбкой стоял около стола, — какая встреча! Мне кажется, я недавно видел вас в «Острой шпоре», но, видимо, ошибся.
— Не ошибся, — отрезал Дик и спохватился, что ему тоже следует перейти на «вы», — не ошиб-лись. У меня были неотложные дела.
— Но сейчас-то у вас их, надеюсь, нет? — пропел «навозник» самым любезным тоном.
— Нет пока, — подтвердил Дик, за что заработал под столом пинок от Наля и поспешно добавил: — А там как получится.
— Тогда предлагаю после ужина переместиться в «Руку судьбы» и сыграть в кости.
— Мы не можем, — отрезал Реджинальд. — у нас важная встреча.
— Вы, может, и не можете, — Эстебан с нескрываемым презрением взглянул на Наля, — но я вас и не приглашал. Ричард, нынче все Окделлы стали осторожны и добродетельны, как улитки?
— Ну, вас-то я тоже сюда не приглашал, - заметил Дик как можно небрежнее, отвечая Налю пинком на пинок. — Но я не против скоротать вечер за костями. — Дик старался казаться усталым и равнодушным.
— Значит, договорились, — кивнул Эстебан, отходя от стола, — сначала — мясо, потом — кости.
— Ты с ума сошел, — зашипел Наль, — у него же прорва золота, он может рисковать, а ты?! Вспомни, что творится в Надоре. Батюшка и герцогиня Мирабелла говорят, что кости — забава «навозников», а ты — герцог Окделл. Тебе за одним столом с ними сидеть и то зазорно…
— Я придумал одну штуку, - сказал Дик. - Ты, главное, ни во что не вмешивайся.
— Но у тебя же нет денег. На самом деле их нет.
— Пффф. Как будто навозник этого не знает, - Дик спрятал усмешку в кружке. - Ему не деньги нужны. Но он у меня еще попляшет.
- Ты что, думаешь, что сможешь его обыграть? У него утяжеленные кости. Или что-то еще. Или ты думаешь вызвать его? Дик...
- Нет, я не думаю выиграть и вызывать его тоже не хочу. Ты просто смотри, что будет и главное - не вмешивайся.
Ричард проиграл сорок два тала, все, что у него было. Он выиграл лишь самый первый раз, а потом все покатилось в тартарары. Дик paз за разом бросал кости, надеясь, что рано или поздно удача повернется к нему лицом, но выигрывал банк, который держал Эстебан. Не везло не только Дику, но и другим, рискнувшим попытать счастья. Наль гудел над ухом, то уговаривая прекратить игру, то намекая на то, что банк не может выигрывать с таким постоянством. Дику хотелось треснуть кузена по лбу: он не слепой! Кости точно утяжелены, а Эстебан - глуп.
Сам Реджинальд, так же как и Северин, от игры воздерживался. Какой-то рыжий молодой человек за одну игру просадил тридцать таллов, махнул рукой и, насвистывая, вышел. Жаль. Лишний сторонник не помешал бы.
— Предлагаю всем бедным, но гордым выйти из игры, — улыбнулся Эстебан, и Дик решительно взялся за кости. На этот раз ему повезло, он немного отыгрался, потом повезло чуть больше, и юноша вернул восемнадцать таллов из проигранных сорока двух.
— Хватит, — тянул его Наль, — пойдем. Уже поздно, тебя ждет маршал, он будет недоволен…
— «Он будет недоволен и отрежет тебе что-то», — запел фривольную гвардейскую песенку Северин.
- Вот странно, - как бы про себя проговорил Дик. - Ворона нет, а карканье слышно. Может, удвоим ставки, сьер Эстебан?
- У вас не хватает для этого денег, эр Окделл, - ухмыльнулся "навозник".
- Наличных не хватает, - с притворно-грустным видом поднял брови Дикон. - Но я могу поставить в заклад камзол и плащ. Совсем новые, почти не ношенные.
- Ты с ума сошел, - простонал Наль. - Это же...
- Именно, - Дик приосанился. - Конечно же, я выкуплю цвета своего эра. Ну как, сьер Колиньяр? Вы по-прежнему тверды в коленках? Не угас ли азарт?
- Нисколько, - Эстебан улыбнулся еще шире. - Но только если вы присоедините к закладу еще и штаны.
— Ты позоришь нас всех! - Наль отвернулся.
— Не слушайте его, герцог, — встрял кто-то незнакомый, — это толстые и трусливые поросята всех позорят, а вы держитесь как настоящий дворянин. Еще немного, и дева Удачи вас оценит.
- Еще немного - и я дам кому-то в ухо, - сказал Дик.
— Вы подтверждаете свою ставку? — уточнил Эстебан. Ричард Окделл кивнул, упали и покатились по столу кости, и камзол гербовых цветов Алвы, плащ и штаны стали собственностью наследника Колиньяров.
- Ну что ж, - проговорил Дик с притворной досадой. - Удача сегодня отвернулась от меня.
- Ваш заклад.
Дик расстегнул пояс, отдал Налю. Снял и бросил на стол камзол.
- Как насчет остального?
- Минуту. Дождитесь меня здесь, господа - не могу же я вернуться домой голым и босым. Наль, - он перешел на шепот. - Одолжи два талла. С ближайшей присылки отдам.
Наль понимал, что другого выхода нет.
Через десять минут Дик вернулся в "Руку удачи". Огромные, ярко-синие марикярские шальвары при ходьбе отставали от хозяина на два бье. Крестьянские башмаки предваряли появление хозяина громким стуком о каждую ступеньку. Только черный колет перемещался в полной гармонии с владельцем - правда, застегивался лишь на три нижние пуговицы. Дик был тоньше Наля раза в два, но предыдущим хозяином колета был, по всей видимости, скелет.
На несколько мгновений все онемели. Потом компания "навозников" взорвалась хохотом. Смеялись даже другие неудачники. Наль покраснел и отвернулся. Теперь, подумал Дик, вот теперь-то и пошла настоящая игра. Осталось только кости бросить.
Со вздохом он протянул Эстебану штаны и сапоги - а когда тот вытянул руки вперед, бросил барахло и резко схватил Колиньяра за обе руки, срывая манжеты.
Сначала был треск ткани, и смех умолк, словно сквозняк задул сразу все свечи. И в этой тишине по полу покатились кости.
- Ба, - Дик посмотрел под ноги с притворным удивлением. - Это которые - обычные или со свинцом? А ну-ка... - он нагнулся, чтобы подобрать трофей, и опять опередил побледневшего Колиньяра. - Господа, проверьте, что на столе.
- Вы сами подменили их, Окделл! - закричал Эстебан.
- Кошки с две! - заорал Дик в ответ. - Кто тут выигрывал весь вечер?
- Вы хотите меня вызвать? - Эстебан, еле овладев собой, положил руку на эфес шпаги. За его спиной собралось человек пять. За спиной Дикона - столько же, считая Наля - но к ним присматривались и посетители других столов.
- Пфф! О ваш навоз марать шпагу?! - Дик рывком забрал у Наля перевязь. - Нет, сьер Колиньяр. Шулеров просто бьют. Канделябром! По морде!!!
- Точно! - в сторону схватившихся за шпаги навозников через голову Дика полетел табурет. Приближаться к Колиньяру, когда он при шпаге, Дик не рисковал - и свой канделябр швырнул с безопасного расстояния. Навозники сгрудились кучей, готовясь к рукопашной - поэтому отступать Эстебану было некогда. Он не смог отразить летящий трехсвечник ударом шпаги - и бронзовая дура задела его по уху.
"Рука удачи" обрушилась в хаос. В компанию Эстебана полетели кружки, табуреты, бутылки, кочерги и другие предметы утвари. Охранники с дубинками, возникшие тут как по волшебству, растерялись: их было всего четверо, а нелюбителей грязной игры - гораздо больше. Дик поднырнул под рукой у одного из этих детин и, прихватив Наля за рукав, кинулся из игорного дома прочь.
Остановились онитолькочерез два квартала и три подворотни.
- Зачем-ты-это-сделал? - Отдуваясь, спросил Наль. Дик вдруг расхохотался. Ему было плохо, ему было страшно - и вместе с тем его распирало бешеное веселье: как тогда, когда Арамона, прыгая на столе, пытался снять с крюка в потолке свои штаны. Он хохотал и ничего не мог с собой поделать.
- Звтра, - только и смог выдохнуть он. - Я... ему... п-хонадоблюсь. В семь... В родовых... цвета-хах!
- Тыс ума сошел - теперь для Наля настал черед бледнеть. - Ты это сделал, чтобы позлить Ворона? Жить надоело? Или тебе все равно, что будут думать о Людях Чести? Что скажет Эр Штанцлер, если узнает, каким шутом ты себя выставил?
Упоминание о Штанцлере разом остановило приступ смеха. Дик выпрямился.
- Разве не Эр Штанцлер всегда говорил, что не одежда делает человека? - спросил он свкозь зубы. - И разве не эр Штанцлер отдал меня Ворону?
- Ты поступаешь как ребенок.
- Со мной обращаются как с ребенком! - Дик ударил кулаком по стене. - Все делают мудрые лица и ни шута мне не говорят. Только поучают. Дикон, ты должен то. Дикон, ты не должен этого. Память отца. Обязанности оруженосца. Честь человека чести. В первый день я едва не умер - а он спас мне руку и жизнь и чуть ли не в открытую сказал, что меня отравили - а потом умолк, как смолы наелся! Это могли сделать только в Лаик - кто? Кто напал на меня тогда, в переулке? И что еще удивительнее - кто спас? Эр Штанцлер молчит. Алва молчит. Все молчат. Нет уж, Наль. Теперь я немного поиграю, а они попляшут. Колиньяр будет искать моей головы? Ну и пусть ищет. По крайней мере, я буду знать, кто. И почему.
no subject
no subject
http://morreth.livejournal.com/604489.html?thread=13477449#t13477449
(У меня нет "моего" Рокэ Алвы. Мне хотелось показать Алву в ситуации, когда его умствования встречают не стеснительное мычание, как в оригинале, а мгновенную, пусть и не всегда удачную, отповедь. Тут и становится видно, что король голый.)
http://morreth.livejournal.com/598041.html : рассуждения о МС.