Васыль Стус...
...навел меня на размышления о моем "украинстве".
Украинских кровей во мне гораздо меньше, чем русских: 1/8 против 1/4. С тем же успехом можно было бы говорить о моем татарстве, еврействе или белорусскости. Но так уж, унскууль, исторически сложилось, что проживаю я на Украине, конкретно - на Восточной Украине.
Василь Стус с его богатым, ярким, очень разнообразным украинским языком (кстати, по-японски "разнообразный" - "иро-иро", дословно - "цвет-цвет", разноцветный) - выходец с Донеччины. Из самого что ни на есть суржикового края. Здесь (Днепропетровск тоже вполне себе суржиковая зона) ужасно говорят по-украински, хорошую речь редко услышишь даже от преподавателя языка. У мадам Ганжубас в методичке ее авторства мне попались перлы типа "спір" "форпостний" "хворостняк" - в то время как от "форпост" образуется прилагательное "форпостовий", ведь от "пост" - "постовий", а не "постний"; слов же "спір" и "хворост" в языке нет как таковых - есть "суперечка" и "хмиз". Но я отвлеклась. Я к тому веду, что язык Стуса - это язык не окружающей среды, а литературы, и очень часто у выходцев с Восточной Украины язык именно такой - очень книжный, очень выверенный, словно дистиллированный. Мы позволяем себе меньше вольностей, чем западенцы или даже полтавчане с киевлянами, потому что человеку, истерзанному суржиком, эти вольности напоминают про "суржеговорящих" мучителей.
Украинский я выучила во многом благодаря тому, что переводы Рэя Брэдбери, Саймака, Лема, да хотя бы того же Дюма - на украинском было взять в библиотеках значительно проще. За русскими книгами выстраивались очереди на месяцы вперед, украинские - бери не хочу. Ну, я и брала. Фантастика, приключения - все, что в детстве волнует воображение, вошло в мою жизнь по-украински. Мой первый Кавабата и Мелвилл. Жюль Верн и Киплинг и Мерль и Райнов. Даже мой первый Олеша, как это ни смешно - по-украински.
Я в детстве не говорила на украинском языке нигде, кроме уроков языка и литературы в школе - но очень, очень много на нем читала. Не из любви к языку, а из любви к жанровой литературе, которая на этом языке была доступнее. Потом родители подписались еще и на "Всесвіт", так что и Гарри Гаррисон, и Кинг, и Сапковский тоже были для меня украинскими.
"Кибериаду" до сих пор по-русски просто не могу читать. НЕ СМЕШНО. И "Гаргантюа" по-русски не смешно.
При этом никаких восторгов на тему "ой, яка чудова українська мова" я никогда не испытывала. От Шевченко меня до сих пор "так сразу блявать и кидат", хотя Котляревскго я полюбила крепко и сразу. Преподаватели в школе сделали все, чтобы я прониклась к языку стойким отвращением. Исключение - Галина Николаевна, преподававшая литературу в 16-й школе.
Да, так о Стусе. Мужика, по сути дела, в антисоветчики запихали, и запихали с большим усилием. Он просто хотел писать стихи и печататься по-украински. Причем писать не в манере "грае, грае, воропае червона калина", а на том уровне, которого требует современное развитие литературы. Беда Стуса, как и беда Бродского, была в том, что он не был советским поэтом, причем не в политическом смысле слова - Бродский был совершенно аполитичен; он, по некоторым данным, даже не знал, кто в текущий момент является генеральным секретарем ЦК КПСС - а именно в художественном плане. Как говорил Веллер (о себе) - слова не по-советски расставлены. У Стуса то же самое: если бы он прославлял колхозников патентованным коломийковым хореем - ему позволили бы быть украинским сколько влезет; а он как на грех пишет напряженную до звона философскую лирику с совершенно изумительной неточной рифмовкой, да эротические верлибры. Лирическая героиня сидит в избирательной комиссии и мысленно пишет письмо возлюбленному, с которым в разлуке - вместо того чтобы радоваться демократичности выборов в Совет народных депутатов. Первый по-настоящему политический стих прорывается у Стуса только в 1965, когда после двух лет битья об лед он понимает, что стал безнадежно неиздаваемым:
Балухаті мистецтвознавці,
Вам незручно в цивільному одязі,
Вам дуже незручно,
Коли шиї не душить кітель,
Коли ноги не чують провалля
Діагоналевих галіфе.
Балухаті мистецтвознавці!
Вам даремно іспитувати мене:
Я знаю всі ходячі цитати
З патентованих класиків,
Я недвозначно вирішую
головне філософське питання:
Спершу була матерія,
А потім...
Що потім - ви ж не питатемете!
А потім була свідомість
балухатих мистецтвознавців,
А потім були кітелі,
діагоналеві галіфе,
одне слово - матерія вічна
тільки з діагоналлю.
Більше ніж Марксові
я вірю в ваші чоботи хромові.
То який же я в біса
неблагонадійний?
Словом, из парня сделали "националиста-антисоветчика", окончательную закалку придав в тюрьме: убедили, что в "братской семье народов" у Украины будущего нет. Добавлю к этому, что схожую эволюцию на моих глазах прошли многие друзья и я сама - нас не ломали тюрьмами и лагерями, но четко дали понять, что в имперской парадигме украинскую самобытность будут терпеть только в качестве "шароварщины". Чтобы раз в год по государственным праздникам в Колонном танцевали гопака усатые хлопцы и пела "Гандзю-рыбку" опасистая румяная жиночка. Украинский верлибр? Украинский сонет? Это катахреза. Украинцам положен только коломийковый хорей, в крайнем случае - четырехстопный ямб. Украинский язык - это чтоб поржать, это Верка Сердючка, какая там философская лирика. Скажи людям "украинское барокко" - они долго будут лупать глазами: это, типа, курна хата с колоннадой?
Я прекрасно могу реконструировать ход мысли этих камрадов, поому что я когда-то сама так мыслила. Что не мешало мне в 1989 году фрондировать, пиша домашние и классные работы по математике на украинском языке. Я ненавидела математичку и не ошиблась, избирая инструмент достачи - но в другом качестве украинский меня не интересовал никак. Украинскую независимость я полагала глупой химерой, и 15-летнюю меня исход 91-го годв как мешком ударил. Это было нечто фантастическое.
Естественно, когда сали закармливать украинским, моя фронда развернулась в обратную сторону. Но два главных копья в меня Украина успела воткнуть. О первом я уже говорила: преподавательница Галина Николаевна. Именно она познакомила меня с Костенко и Драчом. Второй - история Украины, учебник. Силу культурного шока, боюсь, я словами не передам. Кто-то из деятелей начадла 19-го века, прочтя Карамзина, воскликнул: "У меня есть отечество!" - вот что-то вроде. До того момента в курсе общей истории народов СССР история земель к западу от Ростова заканчивалась на татаро-монгольском захвате Киева и снова начиналась с Переяславской Рады. До этого места триста лет ничего не было. Западные земли выплывали из небытия по мере того как входили в круг московских интересов. Теперь передо мной открылась эта Атлантида. Боже мой, тут, оказывается, была совершенно удивительная, богатая и разнообразная (иро-иро) цивилизация, не похожая ни на то, что лежало к западу от нее, ни на то, что лежало к востоку. Это место не было, как мне исподволь внушали до того, культурной и духовной пустыней, ожидающей, пока свет с Востока пробудит ее к жизни. Тут одних книг печаталось столько, сколько Москва за сто лет не видела. Тут грамотность, "письменность" среди городского населения была нормой даже для женщин. Тут нормой было двух- и трехъязычие: "руський" (староукраинский на самом деле - и уже по казацким летописям понятно, что сильно отличный от современного ему собственно русского) и польский, очень часто немецкий и латынь. Отдельные пики этой Атлантиды иногда прорезались над поверхностью и в советское время - в обязтельном хрестоматийном программном Гоголе Тарас Бульба подгребывает Остапа знанием Горация. Бульба - бандюган и хуторянин, этакий "барон-разбойник": многие ли современные ему европейские бароны подгребывали сыновей знанием Горация?
Но, как ни смешно, развитию государственного патриотизма этот культурный шок никак не помог. Несмотря на гордость за прошлое родной земли, настоящее вызывало только сугубый скепсис. Этих политиков, эту Верховну Раду, этого щирого украинца Кравчука с его прищуром, Этот гимн ("Ще не вмерла - это лозунг или девиз?" - "Это диагноз") невозможно было принимать всерьез. Независимость казалась курьезом, насмешкой истории. Многие из нас, голосовавших за Кучму (я еще летами тогда не вышла, но я бы голосовала) надеялись на него как на проводника интеграции с Россией.
Хитрожопый Кучма всех напарил, но в 95 году, после Буденновска, я этому скорее обрадовалась.
И тем не менее до 2000 года я оставалась убежденной сторонницей интеграции с Россией... А потом случился Путин.
Как вам понятно объяснить свои ощущения по этому поводу... Цинизм власть предержащих для меня был аксиомой. А иначе как бы они ее предержали, власть эту. Но когда я вижу, как народ наливают и народ пьет убойный коктейль "цинизм с безответственностью: 2 в 1", со мной случается приступ берсерка. Мне хочется кидаться в бой и грызть край щита. За неимением края щита - клавиатуру. Циничная и безответственная клика ЕБНа выдвинула преемника и гаранта того, что им за цинизм и безответственность ничего не будет, более того - что цинизм вкупе с безответственностью будут продолжаться. И даже умные люди вздыхают и говорят - ах, ну где альтернатива.
Альтернативу расстреляли в 1993 году. Мне тогда было 17 лет и я нихуа не понимала. В 27 лет бошчонка начала приходить в норму и я начала понимать: здесь лучше уже хотя бы потому что здесь есть люди, которые поливают помидоры машинным маслом, и если у нас провернут такой же номер - я смогу их найти и сказать: мне очень нужно подержать в руках то, что закопано у вас в помидорах. И то, что закопано в помидорах, не обязательно пускать в ход - эти, наверху, просто должны знать, что в помидорах закопано и поливают регулярно. Здесь еще не вымерли традиции неподчинения любой центральной власти, а хуторской менталитет способствует развитию некоей автономности мышления. Эту ментальность очень хорошо отражает известный анекдот, который имеет смысл рассказывать только по-украински, ибо в переводе исчезает каламбур: "палити" на украинском означает и "курить" (табак) и "жечь" (что угодно). Анекдот звучит так: в прикарпатском селе в эпоху тотального дефицита курева журналист из Киева берет интервью у местного вуйка.
- А що пан палить?
(флегматично)
- "Ватру".
- А як "Ватри" не буде, то що пан палитиме?
(так само флегматично)
- "Приму".
- А як "Прими" не буде, то що пан палитиме?
(так само флегматично)
- Сільраду.
(сельсовет, если кто не понял).
Украинца очень трудно погнать палить сельсовет ради демократиии, общечеловеческих ценостей и пр. - но он может взорваться, когда закончится "Прима". Об это расшибались все прежние попытки создать украинскую государственность: хуторянин не собирался шевелиться, пока у него было где работать и что "палить"; когда это заканчивалось, он палил что-нибудь (панский маенток или сельсовет) - и на этом снова успокаивался. Поэтому, слава Богу, из украинцев никогда не получится имперской нации: макрокосм украинца - хутор. Даже город - это такой хутор.
И еще одна причина, по которой из украинцев не получится имперской нации - это полное неумение гордиться тем, что было плохо. Годы национально-освободительной борьбы под руководством Хмельницкого в украинской историографии чуть более поздних лет называются просто: Руина. Разруха. Украинский эпос - единственный известный мне эпос, в котором пользуется популярностью песня о гнусном предательстве - бегстве трех братьев из Азова, в ходе которого старшие братья бросили младшего умирать в степи. Из нашей истории не вымарать случаев системного кидалова казацкой старшиной простых людей, которые им доверились - и никто не пытается вымарывать. Поэтому меня, честно говоря, страшно изумляют пассажи типа "как это можно - говорить, что в нашей истории все было плохо?!", высказываемые россиянами. Да так и можно - мы же говорим.
Трагедия народа Украины - не в том, что триста лет он был под польским игом. Во-первых, не триста; во-вторых, оно было легче московского, а в-третьих, подлинная трагедия Украины в том, что национальная, СБНХ, элита системно предавала собственно нацию, и этот сценарий не менялся от времен Республики до времен Совдепии. И человеку, который это говорит, у нас нельзя отказть в звании патриота: Василь Стус, в гневе написавший однажды "Проклятий краю, вітчизно боягузів і убивць" - настоящий украинский патриот. Просто наш патриотизм неизменно приправлен горечью, его родовой признак - недоверие к элитам вообще и государству в частности.
to be...
or not to be...
continued
Украинских кровей во мне гораздо меньше, чем русских: 1/8 против 1/4. С тем же успехом можно было бы говорить о моем татарстве, еврействе или белорусскости. Но так уж, унскууль, исторически сложилось, что проживаю я на Украине, конкретно - на Восточной Украине.
Василь Стус с его богатым, ярким, очень разнообразным украинским языком (кстати, по-японски "разнообразный" - "иро-иро", дословно - "цвет-цвет", разноцветный) - выходец с Донеччины. Из самого что ни на есть суржикового края. Здесь (Днепропетровск тоже вполне себе суржиковая зона) ужасно говорят по-украински, хорошую речь редко услышишь даже от преподавателя языка. У мадам Ганжубас в методичке ее авторства мне попались перлы типа "спір" "форпостний" "хворостняк" - в то время как от "форпост" образуется прилагательное "форпостовий", ведь от "пост" - "постовий", а не "постний"; слов же "спір" и "хворост" в языке нет как таковых - есть "суперечка" и "хмиз". Но я отвлеклась. Я к тому веду, что язык Стуса - это язык не окружающей среды, а литературы, и очень часто у выходцев с Восточной Украины язык именно такой - очень книжный, очень выверенный, словно дистиллированный. Мы позволяем себе меньше вольностей, чем западенцы или даже полтавчане с киевлянами, потому что человеку, истерзанному суржиком, эти вольности напоминают про "суржеговорящих" мучителей.
Украинский я выучила во многом благодаря тому, что переводы Рэя Брэдбери, Саймака, Лема, да хотя бы того же Дюма - на украинском было взять в библиотеках значительно проще. За русскими книгами выстраивались очереди на месяцы вперед, украинские - бери не хочу. Ну, я и брала. Фантастика, приключения - все, что в детстве волнует воображение, вошло в мою жизнь по-украински. Мой первый Кавабата и Мелвилл. Жюль Верн и Киплинг и Мерль и Райнов. Даже мой первый Олеша, как это ни смешно - по-украински.
Я в детстве не говорила на украинском языке нигде, кроме уроков языка и литературы в школе - но очень, очень много на нем читала. Не из любви к языку, а из любви к жанровой литературе, которая на этом языке была доступнее. Потом родители подписались еще и на "Всесвіт", так что и Гарри Гаррисон, и Кинг, и Сапковский тоже были для меня украинскими.
"Кибериаду" до сих пор по-русски просто не могу читать. НЕ СМЕШНО. И "Гаргантюа" по-русски не смешно.
При этом никаких восторгов на тему "ой, яка чудова українська мова" я никогда не испытывала. От Шевченко меня до сих пор "так сразу блявать и кидат", хотя Котляревскго я полюбила крепко и сразу. Преподаватели в школе сделали все, чтобы я прониклась к языку стойким отвращением. Исключение - Галина Николаевна, преподававшая литературу в 16-й школе.
Да, так о Стусе. Мужика, по сути дела, в антисоветчики запихали, и запихали с большим усилием. Он просто хотел писать стихи и печататься по-украински. Причем писать не в манере "грае, грае, воропае червона калина", а на том уровне, которого требует современное развитие литературы. Беда Стуса, как и беда Бродского, была в том, что он не был советским поэтом, причем не в политическом смысле слова - Бродский был совершенно аполитичен; он, по некоторым данным, даже не знал, кто в текущий момент является генеральным секретарем ЦК КПСС - а именно в художественном плане. Как говорил Веллер (о себе) - слова не по-советски расставлены. У Стуса то же самое: если бы он прославлял колхозников патентованным коломийковым хореем - ему позволили бы быть украинским сколько влезет; а он как на грех пишет напряженную до звона философскую лирику с совершенно изумительной неточной рифмовкой, да эротические верлибры. Лирическая героиня сидит в избирательной комиссии и мысленно пишет письмо возлюбленному, с которым в разлуке - вместо того чтобы радоваться демократичности выборов в Совет народных депутатов. Первый по-настоящему политический стих прорывается у Стуса только в 1965, когда после двух лет битья об лед он понимает, что стал безнадежно неиздаваемым:
Балухаті мистецтвознавці,
Вам незручно в цивільному одязі,
Вам дуже незручно,
Коли шиї не душить кітель,
Коли ноги не чують провалля
Діагоналевих галіфе.
Балухаті мистецтвознавці!
Вам даремно іспитувати мене:
Я знаю всі ходячі цитати
З патентованих класиків,
Я недвозначно вирішую
головне філософське питання:
Спершу була матерія,
А потім...
Що потім - ви ж не питатемете!
А потім була свідомість
балухатих мистецтвознавців,
А потім були кітелі,
діагоналеві галіфе,
одне слово - матерія вічна
тільки з діагоналлю.
Більше ніж Марксові
я вірю в ваші чоботи хромові.
То який же я в біса
неблагонадійний?
Словом, из парня сделали "националиста-антисоветчика", окончательную закалку придав в тюрьме: убедили, что в "братской семье народов" у Украины будущего нет. Добавлю к этому, что схожую эволюцию на моих глазах прошли многие друзья и я сама - нас не ломали тюрьмами и лагерями, но четко дали понять, что в имперской парадигме украинскую самобытность будут терпеть только в качестве "шароварщины". Чтобы раз в год по государственным праздникам в Колонном танцевали гопака усатые хлопцы и пела "Гандзю-рыбку" опасистая румяная жиночка. Украинский верлибр? Украинский сонет? Это катахреза. Украинцам положен только коломийковый хорей, в крайнем случае - четырехстопный ямб. Украинский язык - это чтоб поржать, это Верка Сердючка, какая там философская лирика. Скажи людям "украинское барокко" - они долго будут лупать глазами: это, типа, курна хата с колоннадой?
Я прекрасно могу реконструировать ход мысли этих камрадов, поому что я когда-то сама так мыслила. Что не мешало мне в 1989 году фрондировать, пиша домашние и классные работы по математике на украинском языке. Я ненавидела математичку и не ошиблась, избирая инструмент достачи - но в другом качестве украинский меня не интересовал никак. Украинскую независимость я полагала глупой химерой, и 15-летнюю меня исход 91-го годв как мешком ударил. Это было нечто фантастическое.
Естественно, когда сали закармливать украинским, моя фронда развернулась в обратную сторону. Но два главных копья в меня Украина успела воткнуть. О первом я уже говорила: преподавательница Галина Николаевна. Именно она познакомила меня с Костенко и Драчом. Второй - история Украины, учебник. Силу культурного шока, боюсь, я словами не передам. Кто-то из деятелей начадла 19-го века, прочтя Карамзина, воскликнул: "У меня есть отечество!" - вот что-то вроде. До того момента в курсе общей истории народов СССР история земель к западу от Ростова заканчивалась на татаро-монгольском захвате Киева и снова начиналась с Переяславской Рады. До этого места триста лет ничего не было. Западные земли выплывали из небытия по мере того как входили в круг московских интересов. Теперь передо мной открылась эта Атлантида. Боже мой, тут, оказывается, была совершенно удивительная, богатая и разнообразная (иро-иро) цивилизация, не похожая ни на то, что лежало к западу от нее, ни на то, что лежало к востоку. Это место не было, как мне исподволь внушали до того, культурной и духовной пустыней, ожидающей, пока свет с Востока пробудит ее к жизни. Тут одних книг печаталось столько, сколько Москва за сто лет не видела. Тут грамотность, "письменность" среди городского населения была нормой даже для женщин. Тут нормой было двух- и трехъязычие: "руський" (староукраинский на самом деле - и уже по казацким летописям понятно, что сильно отличный от современного ему собственно русского) и польский, очень часто немецкий и латынь. Отдельные пики этой Атлантиды иногда прорезались над поверхностью и в советское время - в обязтельном хрестоматийном программном Гоголе Тарас Бульба подгребывает Остапа знанием Горация. Бульба - бандюган и хуторянин, этакий "барон-разбойник": многие ли современные ему европейские бароны подгребывали сыновей знанием Горация?
Но, как ни смешно, развитию государственного патриотизма этот культурный шок никак не помог. Несмотря на гордость за прошлое родной земли, настоящее вызывало только сугубый скепсис. Этих политиков, эту Верховну Раду, этого щирого украинца Кравчука с его прищуром, Этот гимн ("Ще не вмерла - это лозунг или девиз?" - "Это диагноз") невозможно было принимать всерьез. Независимость казалась курьезом, насмешкой истории. Многие из нас, голосовавших за Кучму (я еще летами тогда не вышла, но я бы голосовала) надеялись на него как на проводника интеграции с Россией.
Хитрожопый Кучма всех напарил, но в 95 году, после Буденновска, я этому скорее обрадовалась.
И тем не менее до 2000 года я оставалась убежденной сторонницей интеграции с Россией... А потом случился Путин.
Как вам понятно объяснить свои ощущения по этому поводу... Цинизм власть предержащих для меня был аксиомой. А иначе как бы они ее предержали, власть эту. Но когда я вижу, как народ наливают и народ пьет убойный коктейль "цинизм с безответственностью: 2 в 1", со мной случается приступ берсерка. Мне хочется кидаться в бой и грызть край щита. За неимением края щита - клавиатуру. Циничная и безответственная клика ЕБНа выдвинула преемника и гаранта того, что им за цинизм и безответственность ничего не будет, более того - что цинизм вкупе с безответственностью будут продолжаться. И даже умные люди вздыхают и говорят - ах, ну где альтернатива.
Альтернативу расстреляли в 1993 году. Мне тогда было 17 лет и я нихуа не понимала. В 27 лет бошчонка начала приходить в норму и я начала понимать: здесь лучше уже хотя бы потому что здесь есть люди, которые поливают помидоры машинным маслом, и если у нас провернут такой же номер - я смогу их найти и сказать: мне очень нужно подержать в руках то, что закопано у вас в помидорах. И то, что закопано в помидорах, не обязательно пускать в ход - эти, наверху, просто должны знать, что в помидорах закопано и поливают регулярно. Здесь еще не вымерли традиции неподчинения любой центральной власти, а хуторской менталитет способствует развитию некоей автономности мышления. Эту ментальность очень хорошо отражает известный анекдот, который имеет смысл рассказывать только по-украински, ибо в переводе исчезает каламбур: "палити" на украинском означает и "курить" (табак) и "жечь" (что угодно). Анекдот звучит так: в прикарпатском селе в эпоху тотального дефицита курева журналист из Киева берет интервью у местного вуйка.
- А що пан палить?
(флегматично)
- "Ватру".
- А як "Ватри" не буде, то що пан палитиме?
(так само флегматично)
- "Приму".
- А як "Прими" не буде, то що пан палитиме?
(так само флегматично)
- Сільраду.
(сельсовет, если кто не понял).
Украинца очень трудно погнать палить сельсовет ради демократиии, общечеловеческих ценостей и пр. - но он может взорваться, когда закончится "Прима". Об это расшибались все прежние попытки создать украинскую государственность: хуторянин не собирался шевелиться, пока у него было где работать и что "палить"; когда это заканчивалось, он палил что-нибудь (панский маенток или сельсовет) - и на этом снова успокаивался. Поэтому, слава Богу, из украинцев никогда не получится имперской нации: макрокосм украинца - хутор. Даже город - это такой хутор.
И еще одна причина, по которой из украинцев не получится имперской нации - это полное неумение гордиться тем, что было плохо. Годы национально-освободительной борьбы под руководством Хмельницкого в украинской историографии чуть более поздних лет называются просто: Руина. Разруха. Украинский эпос - единственный известный мне эпос, в котором пользуется популярностью песня о гнусном предательстве - бегстве трех братьев из Азова, в ходе которого старшие братья бросили младшего умирать в степи. Из нашей истории не вымарать случаев системного кидалова казацкой старшиной простых людей, которые им доверились - и никто не пытается вымарывать. Поэтому меня, честно говоря, страшно изумляют пассажи типа "как это можно - говорить, что в нашей истории все было плохо?!", высказываемые россиянами. Да так и можно - мы же говорим.
Трагедия народа Украины - не в том, что триста лет он был под польским игом. Во-первых, не триста; во-вторых, оно было легче московского, а в-третьих, подлинная трагедия Украины в том, что национальная, СБНХ, элита системно предавала собственно нацию, и этот сценарий не менялся от времен Республики до времен Совдепии. И человеку, который это говорит, у нас нельзя отказть в звании патриота: Василь Стус, в гневе написавший однажды "Проклятий краю, вітчизно боягузів і убивць" - настоящий украинский патриот. Просто наш патриотизм неизменно приправлен горечью, его родовой признак - недоверие к элитам вообще и государству в частности.
to be...
or not to be...
continued

no subject
**из любви к жанровой литературе, которая на этом языке была доступнее**
(Вздыхает) была...
И когда сегодня заявляют о притеснениях русского языка на Украине, мне столь же любопытно, что имеют в виду уважаемые аффтары этих претензий.
no subject
(no subject)
no subject
Я уехал с Украины очень рано, в 7 лет, и когда вдруг пробивает какое-то подсознательное украинство, я слегка пугаюсь. Ну а у Вас другая история, все обдумано и рационализировано (теперь) - очень интересно.
Не в тему...
Редко хожу по кинотеатрам...
Re: Не в тему...
Мечтаю найти "Людей в черном" в переводе канала 1+1.
Re: Не в тему...
Re: Не в тему...
Re: Не в тему...
Re: Не в тему...
no subject
В этой теме я - всё ещё плохо информированный пессимист. Посему жду продолжениев. Авось и мне поможет.
no subject
Справедливости ради...
Re: Справедливости ради...
no subject
По крови я на 3/4 украинец и на 1/4 русский. Но рос я в русскоязычной культуре и мой родной язык - русский. Поэтому ощущать себя украинцем тяжело, с другой стороны я себя и русским чувствовать не могу, потому что русскоязычная культура Восточной Украины отличается от русской не смотря на один язык. Отличия в культуре и менталитете вполне себе видны.
Поэтому после развала СССР Украину считать своей родной страной у меня не получается. С другой стороны и Россия для меня не родная страна, в первую очередь потому что я не считаю ее наследником СССР, для меня это увы такой же осколок как и остальные республики. Дороги Украины и России все больше и больше расходятся с течением времени, но поворачивать мне ни в ту ни в другую сторону от этого не хочется.
А имперская парадигма, при всех своих недостатках, для меня родная потому что в ней мне нужно выбирать украинец я или русский, туда мне идти или сюда. Я и там и там мог чувствовать себя своим. А теперь нет: и там и там я себя чувствую чужим.
Если же сравнивать чисто с практической точки зрения, где лучше жить, при "жесткой путинской вертикали" или при "оранжевой демократии", то тут мне трудно сказать. В Укриане действительно контроль власти за обществом поменьше чем в россии и общество более либеральное. Это мне нравится. С другой стороны за "достижения Майдана" мы уже более года расплачиваемся затяжной политической и экономической нестабильностью. А нестабильность мне не нравится, причем очень сильно. При том, что я пока что от экономического кризиса не сильно страдаю, даже с учетом дальнейшего роста потребительских цен на еду мне все равно будет хватать. Но для моих родственников при их уровне жизни это уже стало серьезной проблемой.
Но вообще от украинской национальной идеи в редакции националистов меня отталкивают две вещи:
1. Вопрос о языке. Большинство украинских националистов ставят критерием принадлежности к украинской нации язык. Это конечно лучше чем по крови, но для меня все равно не приемлимо. Вот когда русскоязычный украинец будет считаться таким же украинцем, как и украиноязычный - тогда украинская национальная идея станет мне ближе.
2. Вопрос об унитарности. Мое мнение что Украина должна стать федерацией. Потому что за всю историю независимой Украины мы наблюдаем перетягивание одеяла между Востоком и Западом. Если Запад говорит да, то Восток говорит нет, и наоборот. На всех выборах практически прослеживается четкий градиент политических предпочтений от Запада к Востоку. И если тут серьезно ничего не поменять - это добром не кончится. Национальную и культурную идею которая была бы одновременно близка и Западу и Востоку я не вижу, поэтому считаю что лучше предоставить им реализовывать свои идеи отдельно и не мучать друг друга, при этом оставаясь в рамках одного государства.
Опять не буду оригинальным...
PS Очень хочется Вам проапплодировать.
no subject
Эффект разорвавшейся бомбы.
Так например, вот эта книга Сагановiч Г. Невядомая вайна 1654-1667. Мiнск, 1995.
довольно предвзятая книга. Но предвзятость автора понятна -- ему-то всю жизнь пели в уши о нашей любви и дружбе, а было-то, понятно, чаще наоборот.
no subject
no subject
Просто только что поимел интереснейший... разговор о пользе сотрудничества в условиях тотального госцинизма. После просмотра "В круге первом". И оказывается, если память сильно не напрягать, так всё и неплохо; пожалуй, и послужить не западло.
no subject
Вопрос в другом. Чем Украина, понимаемая так, отличается от Польши?
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
И не понятны мне Ваши терзания и метания...
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
И всё-таки интересно, где Вы увидели "метания" у меня или у Ольги? "Метания" - это когда из стороны в сторону. А здесь - поступательная эволюция мировоззрения в чётко определённом направлении.
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
Просто украинский язык очень богат синонимами
no subject
(no subject)
Ужоснах!
(no subject)
(no subject)
no subject
Мой брат был в школе по состоянию здоровья освобождён от нескольких уроков, в том числе и от украинского. Тем не менее он владеет украинским не хуже меня. Именно по указанной причине: очень многие хорошие книги легче было достать на украинском.
Кстати, он и от физкультуры был освобождён -- но куда спортивнее меня.
OCh> Я в детстве не говорила на украинском языке нигде, кроме уроков языка и литературы в школе - но очень, очень много на нем читала. Не из любви к языку, а из любви к жанровой литературе, которая на этом языке была доступнее. Потом родители подписались еще и на "Всесвіт", так что и Гарри Гаррисон, и Кинг, и Сапковский тоже были для меня украинскими.
"Всесвіт" действительно печатал несметное множество хороших вещей. Кстати, в те годы, когда я его читал, им руководил Виталий Коротич. Тот самый, кто потом -- в эпоху перестройки -- сделал "Огонёк" одним из символов прогресса.
А пользоваться украинским языком в Одессе не то что в те времена, но и сейчас практически негде. Ибо не фиг было Украине в 1918-м оккупировать Новороссию.
OCh> Словом, из парня сделали "националиста-антисоветчика", окончательную закалку придав в тюрьме: убедили, что в "братской семье народов" у Украины будущего нет.
Это была позиция _не_ руководителей "братской семьи народов", а местных деятелей. Процитирую первую опубликованную (1991.11.23) мою статью http://awas.ws/POLIT/NATQUEST/COMSENCE.HTM "Независимость от здравого смысла":
"Киевская киностудия имени Александра Довженко выпустила множество очень приятных телевизионных фильмов. А художественные фильмы «бывают хорошие, плохие и студии Довженко». Почему? Потому, что телефильмы делались по заказу Гостелерадио СССР и им же цензуровались, а над художественными издевалось Госкино УССР".
Не зря же ты проводишь параллель между судьбами Стуса и Бродского. Уж Бродского-то несомненно не за национальный колорит ломали. Хотя, конечно, наши нынешние патрифреники и пытаются объявить его не русским поэтом, а еврейским. Но тогда им следовало бы и Гавриила Романовича Державина (которому Бродский несомненно наследует) евреем считать.
no subject
no subject
Империя как раз легко усваивает и поэтому чаще всего приветствует культурную самобытность всех своих частей. Но не настаивает на ней. На государственных праздниках пели не только "Гандзю". Скажем, оперный певец Александр Ворошило из Одессы на тех же праздниках с равным успехом пел и "Ніч яка місячна", и "La donna e mobile" (или что там входило в его репертуар -- сейчас уже не помню).
Уж на что имперское искусство -- архитектура. Есть в Москве улица Алабяна. Каро Алабян равно успешно строил в Москве и Ереване. И всюду строил как здания нейтрального "общеимперского" стиля, так и отчётливо армянские. Так что в Москве часть алабяновских зданий опознаётся с ходу, а о некоторых только из справочника узнаешь, чьи они.
OCh> Украинский верлибр? Украинский сонет? Это катахреза. Украинцам положен только коломийковый хорей, в крайнем случае - четырехстопный ямб.
Опять же такова была _местная_ внутриукраинская трактовка. За пределами Украины, насколько я могу судить, критики равно относились к любым стилям и ритмам украинских стихов.
OCh> Украинский язык - это чтоб поржать, это Верка Сердючка, какая там философская лирика.
А до Андрея Данилко aka Верка Сердючка были Юрий Тимошенко и Ефим Березин aka Тарапунька и Штепсель. Их по какому разряду проводить -- имперской зверхньості или всё же дружбы народов?
Вообще близкородственные диалекты кажутся друг другу смешными. Тут уж ничего не поделаешь: объективный биологический закон. Надеюсь, "Непослушное дитя биосферы" Дольника ты читала? Если нет, то напомни мне перед каким-нибудь большим турниром, где намереваешься присутствовать: привезу на прочит. А лучше купи свой экземпляр: книга из тех, кои желательно перечитывать.
OCh> Скажи людям "украинское барокко" - они долго будут лупать глазами: это, типа, курна хата с колоннадой?
Я, к стыду своему, действительно узнал этот термин уже в 1990-е годы, хотя архитектурой интересуюсь с детства (когда двоюродный дядя -- главный архитектор Одесского ГИПроГрада, т.е. государственного института проектирования градостроительства, об архитектуре волей-неволей узнаешь немало). Но в доступных мне популярных книгах вовсе не было специфически национальных стилей. Даже о "нарышкинском барокко" я узнал не из учебников, а из справочника по московскому метро: в этом стиле Иван Фомин оформил станцию "Арбатская" Покровского радиуса.
Кстати, раз уж упомянул эту станцию -- два исторических анекдота.
Фомина спросили: зачем он оформил станцию с такой вызывающей и даже аляповатой роскошью (соперничает с нею в этом разве что Комсомольская Кольцевая). Он ответил: "Народ тратит на строительство метро громадные деньги -- пусть хотя бы видит, на что они расходуются".
Казалось бы, профессиональный цинизм? Но вот параллельная история.
Главного проектировщика лайнера Queen Elisabeth II спросили, зачем судно спроектировано и отделано столь роскошно. Он ответил: "Вся эта роскошь -- включая и конструкции просторных помещений, и отделку -- менее 5% общей строительной стоимости. Неужели вы хотите, чтобы я сэкономил эту мелочь и спроектировал корыто, на которое ни один пассажир не захочет садиться?"
Вот и в метро основные расходы -- проходка и обделка (укрепление и герметизация) тоннелей. Отделка станций составляет такую ничтожную долю общих затрат, что экономить на ней бессмысленно. Станции хрущёвских времён, более всего напоминающие общественные туалеты, свидетельствуют лишь о бездумном крохоборстве. Причём крохоборстве не столько самого Хрущёва, сколько архитектурных начальников, не рискнувших объяснить ему столь очевидную арифметику.
no subject
Це не зовсім так. Точніше це зовсім не так. "Російська імперія" - це був цілком український проект. Інша справа, шо цей проект за якихось 30-40 років зовсім вийшов з українського контролю.