Давненько я тут не рассуждала на общие темы и не филозофствовала
От тотальной усталости, наверное. Ну да ладно.
Так вот, кума не так давно подковырнула меня, почему я не напишу хит вроде "50 оттенков серого", а я написала, что не смогу ампутировать себе полмозга, чтобы сочинить этакую хрень.
Ну, пошутили-посмеялись, но все ж таки "50 оттенков серого", как и первоисточник - "Сумерки", - стали бестселлерами отнюдь не благодаря тому, что они плохо написаны. То есть, плохо да, это никто не оспорит, но ведь и хорошо написанные книги - тот же "Гарри Поттер" - взрывают кассу магазина. А бывает, что и не взрывают.
Кроме фактора везения (Роулинг повезло, что после напечатания крохотным тиражом в маленьком издательстве ее обнаружило Блумсберри и перекупило права на серию, Джеймс повезло, что ее фанфик разорвал интернет и т. д.), есть, думается мне, такой фактор, как попадание в определенную идеологему, востребованную людьми в настоящий момент.
"Гарри Поттер" - книга о том, как не бояться смерти. Поскольку тема смерти касается и волнует каждого из нас, и будет волновать человечество еще долго, я полагаю, интерес к книге не угаснет.
Да, конечно, подача сыграла свою роль - "о смерти для самых маленьких", это было ново. Но проблематика книги не нова, а, что называется, вечна. Роулинг избавляет нас от одного из самых сильных наших страхов, мы голосуем за нее рублем.
"50 оттенков серого", как и вдохновившие этот ужос "Сумерки", тоже попали в определенную идеологему, которая веками насаждалась среди женщин - "как хорошо быть любимой игрушкой богатого папика/вампира". Джеймс любовно перечисляет дорогие игрушки, наряды и украшения, которыми герой забрасывает героиню, не забывает указать точную цену и брэнд (нет, я не осилила этот ужас, его не могут читать даже те, кто "читает фикбук на подрочить", по признанию одной из таких подруг - но есть герой, который читаеи и пересказывает). Миллионы женщин голосуют за это рублем.
Почему они голосуют за это рублем? А хрен их знает. У меня есть версия: мир стремительно меняется, и, с одной стороны, кассу рвут произведения о женщинах и для женщин ("Ледяная", "Малефисента"), а с другой - есть множество "традиционных" женщин, которые страшатся этих перемен, не могут увидеть себя в этом мире. Им и доставляет идеологема "как хорошо быть любимой игрушкой" и токсический месседж "любовь побеждает усё, даже садизм". Ужасающее качество книги не влияет на этих читательниц; пока автор чешет их любимые места, они снова и снова будут прощать автору ужасающе бедный язык и отсутствие сюжета.
Тут кума может спросить: Ольга, но если так важна идеологема, - почему бы просто не написать хорошую книгу с такой же идеологемой и не сорвать банк?
И тут я подвожу к тому, о чем и хотела бы поговорить.
Идеологема выстреливает из книги и доставляет читателю только тогда, когда автор в нее верит. Да пузики читательницам чешут многие писательницы любовного чтива - но Джудит Макнот или даже, прости Господи, Бертрис Смолл все-таки стесняются так уж откровенно дрочить на богатство и власть. То есть, они поддрачивают на богатство и власть, это по текстам видно, но все же не опускаются до перечисления ценников. А миз Джеймс откровенна до бесстыдства, и, видимо, это доставило миллионам.
Я не смогу написать книгу о том, как классно быть любимой игрушкой богатого папика, потому что я в это не верю, и точка. Более того, я эту идеологему считаю вредной, токсичной. Я могла бы сказать, что не буду о ней писать даже за сто тыщ мильонов по той же причине, по которой даже в крайней нужде не пойду торговать наркотиками или резать людей в подворотнях, отнимая кошельки. Но правда проще:даже за сто тыщ мильонов я не поверю в эту идею, а значит, у меня не получится текст, который доставит миллионам читательниц. Мастерством тут ничего не замаскируешь, только сделаешь хуже. Тут все в точности по Стругацким:
- В таком случае, я польщен, - сказал Виктор. - Однако все эти разговоры к написанию пасквилей никакого отношения не имеют. Берется последняя речь господина президента и переписывается целиком, причем слова "Враги свободы" заменяются словами "Так называемые мокрецы", или "Пациенты кровавого доктора", или "Вурдалаки в санатории"... Так что мой психический аппарат участвовать в этом деле не будет.
- Это вам только кажется, - возразил Зурзмансор. - Вы прочтете эту речь и прежде всего обнаружите, что она безобразна. Стилистически безобразна, я имею в виду. Вы начнете исправлять стиль, приметесь искать более точные выражения, заработает фантазия, замутит от затхлых слов, захочется сделать слова живыми, заменить казенное вранье животрепещущими фактами, и вы сами не заметите, как начнете писать правду.
Ну хорошо, скажет тут кума, возьми идеологему, которая кажется тебе хорошей, годной, в которую ты веришь, и забацай произведение про нее. А чтобы это был бестселлер, возьми какую-нибудь вечную идеологему. Да что там, сопри у Роулинг. Если ты напишешь то же самое, но не про детишек и волшебников, то никто и не узнает, что ты поперла идею у Роулинг.
И вот тут я вздохну и скажу: да, в принципе это можно. В принципе. Но проблема в том, что именно эта идеологема мне, как бы это сказать, сейчас не болит. А я могу только о том, что мне болит сейчас. Как и большинство стоящих своей соли писателей. Да и не стоящих своей соли тоже.
Так вот, кума не так давно подковырнула меня, почему я не напишу хит вроде "50 оттенков серого", а я написала, что не смогу ампутировать себе полмозга, чтобы сочинить этакую хрень.
Ну, пошутили-посмеялись, но все ж таки "50 оттенков серого", как и первоисточник - "Сумерки", - стали бестселлерами отнюдь не благодаря тому, что они плохо написаны. То есть, плохо да, это никто не оспорит, но ведь и хорошо написанные книги - тот же "Гарри Поттер" - взрывают кассу магазина. А бывает, что и не взрывают.
Кроме фактора везения (Роулинг повезло, что после напечатания крохотным тиражом в маленьком издательстве ее обнаружило Блумсберри и перекупило права на серию, Джеймс повезло, что ее фанфик разорвал интернет и т. д.), есть, думается мне, такой фактор, как попадание в определенную идеологему, востребованную людьми в настоящий момент.
"Гарри Поттер" - книга о том, как не бояться смерти. Поскольку тема смерти касается и волнует каждого из нас, и будет волновать человечество еще долго, я полагаю, интерес к книге не угаснет.
Да, конечно, подача сыграла свою роль - "о смерти для самых маленьких", это было ново. Но проблематика книги не нова, а, что называется, вечна. Роулинг избавляет нас от одного из самых сильных наших страхов, мы голосуем за нее рублем.
"50 оттенков серого", как и вдохновившие этот ужос "Сумерки", тоже попали в определенную идеологему, которая веками насаждалась среди женщин - "как хорошо быть любимой игрушкой богатого папика/вампира". Джеймс любовно перечисляет дорогие игрушки, наряды и украшения, которыми герой забрасывает героиню, не забывает указать точную цену и брэнд (нет, я не осилила этот ужас, его не могут читать даже те, кто "читает фикбук на подрочить", по признанию одной из таких подруг - но есть герой, который читаеи и пересказывает). Миллионы женщин голосуют за это рублем.
Почему они голосуют за это рублем? А хрен их знает. У меня есть версия: мир стремительно меняется, и, с одной стороны, кассу рвут произведения о женщинах и для женщин ("Ледяная", "Малефисента"), а с другой - есть множество "традиционных" женщин, которые страшатся этих перемен, не могут увидеть себя в этом мире. Им и доставляет идеологема "как хорошо быть любимой игрушкой" и токсический месседж "любовь побеждает усё, даже садизм". Ужасающее качество книги не влияет на этих читательниц; пока автор чешет их любимые места, они снова и снова будут прощать автору ужасающе бедный язык и отсутствие сюжета.
Тут кума может спросить: Ольга, но если так важна идеологема, - почему бы просто не написать хорошую книгу с такой же идеологемой и не сорвать банк?
И тут я подвожу к тому, о чем и хотела бы поговорить.
Идеологема выстреливает из книги и доставляет читателю только тогда, когда автор в нее верит. Да пузики читательницам чешут многие писательницы любовного чтива - но Джудит Макнот или даже, прости Господи, Бертрис Смолл все-таки стесняются так уж откровенно дрочить на богатство и власть. То есть, они поддрачивают на богатство и власть, это по текстам видно, но все же не опускаются до перечисления ценников. А миз Джеймс откровенна до бесстыдства, и, видимо, это доставило миллионам.
Я не смогу написать книгу о том, как классно быть любимой игрушкой богатого папика, потому что я в это не верю, и точка. Более того, я эту идеологему считаю вредной, токсичной. Я могла бы сказать, что не буду о ней писать даже за сто тыщ мильонов по той же причине, по которой даже в крайней нужде не пойду торговать наркотиками или резать людей в подворотнях, отнимая кошельки. Но правда проще:даже за сто тыщ мильонов я не поверю в эту идею, а значит, у меня не получится текст, который доставит миллионам читательниц. Мастерством тут ничего не замаскируешь, только сделаешь хуже. Тут все в точности по Стругацким:
- В таком случае, я польщен, - сказал Виктор. - Однако все эти разговоры к написанию пасквилей никакого отношения не имеют. Берется последняя речь господина президента и переписывается целиком, причем слова "Враги свободы" заменяются словами "Так называемые мокрецы", или "Пациенты кровавого доктора", или "Вурдалаки в санатории"... Так что мой психический аппарат участвовать в этом деле не будет.
- Это вам только кажется, - возразил Зурзмансор. - Вы прочтете эту речь и прежде всего обнаружите, что она безобразна. Стилистически безобразна, я имею в виду. Вы начнете исправлять стиль, приметесь искать более точные выражения, заработает фантазия, замутит от затхлых слов, захочется сделать слова живыми, заменить казенное вранье животрепещущими фактами, и вы сами не заметите, как начнете писать правду.
Ну хорошо, скажет тут кума, возьми идеологему, которая кажется тебе хорошей, годной, в которую ты веришь, и забацай произведение про нее. А чтобы это был бестселлер, возьми какую-нибудь вечную идеологему. Да что там, сопри у Роулинг. Если ты напишешь то же самое, но не про детишек и волшебников, то никто и не узнает, что ты поперла идею у Роулинг.
И вот тут я вздохну и скажу: да, в принципе это можно. В принципе. Но проблема в том, что именно эта идеологема мне, как бы это сказать, сейчас не болит. А я могу только о том, что мне болит сейчас. Как и большинство стоящих своей соли писателей. Да и не стоящих своей соли тоже.

no subject
""50 оттенков серого", как и вдохновившие этот ужос "Сумерки", тоже попали в определенную идеологему, которая веками насаждалась среди женщин "
Насчет 50 оттенков ничего не скажу, а насчет Сумерек скажу что они написаны очень хорошо, просто блестяще, шедеврально можно сказать,
но это нифига (пардонте за мой французкий) не литература, а сугубо маркетологический проект. Ничего личного, бизнес.
Изначально Сумерки были рассчитаны на определенную целевую аудиторию, под эту аудиторию был выбран сюжет, персонажи,
даже язык, которым это было написано, подогнан под эту целевую аудиторию. И эта аудитория девочки-подростки, для которой раньше писали про принцев на белых конях,
а теперь вот Сумерки с идеей "успех достижим и без усилий", не "как хорошо быть любимой игрушкой богатого папика/вампира",
а "быть любимой игрушкой богатого папика/вампира прямой путь к успеху и совершенно без усилий" мне так кажется.
И еще, "Идеологема выстреливает из книги и доставляет читателю только тогда, когда автор в нее верит."
История знает много случаев, когда автор хотел сказать одно, читатель узрел другое, в итоге массы победили.
Автор писал сатиру, читатель в итоге сказал, это сказка, и все знают произведение именно как сказку. Как пример.
Да и чесание пузика не требует заложения идеологемы от автора, идеологема это когда автор чешет читателю мозги.
no subject
Мне кажется, история сейчас несколько повторяется :) Источник: Carnal Knowledge, Baxter’s Concise Encyclopedia of Modern Sex.
no subject
Но в ней содержится сермяжная правда, за которую ей можно простить все: такие отношения действительно доводят женщину до полного разложения личности и самоубийства.
no subject
no subject
no subject
Спасибо.
no subject
По витрине в книжном можно было сверять календарь. Если на ней появились какие-то книги про войну, значит надо посмотреть новости.
Некоторые супермаркеты не принимают товар, если он не рекламируется по телевиденью, например. Также фигня. Если книгу сделать событием, ее "поставят на витрину", если она известна, люди будут "вынуждены" ее прочесть, если хотят остаться в культурном поле. Это очень интересно, как книга становится "популярной" _до того_, как кто-либо ее прочтет. Думаю, это вообще имеет мало отношения к качеству. Мне кажется даже хорошей книге нужны локти, не потому что люди не понимаю что хорошо, что плохо, а потому что или слишком много информации, или слишком грязная конкуренция.
no subject
Но Вы же, наверное, сможете вжиться в образ писательницы, которая в своих произведениях "откровенно до бесстыдства" воспевает богатство и власть. (Вот в этом вот посте у Вас вполне убедительный образ получился.) И написать книгу про такую писательницу. И насытить книгу эпизодами из произведений этой писательницы. Эпизоды, которые можно изъять, скомпоновать в отдельное произведение. И ... :)
PS. "Так выпьем же за великую силу искусства!" :)
no subject
no subject
А заодно вспомнить хороший анекдот про великую силу искусства :)
no subject
Это преувеличение. ГП можно трактовать по-разному, конечно, но его целевая аудитория - дети школьного возраста. Проблема страха смерти у них обычно не стоит.
no subject
no subject
А чуть подробнее?
ЗЫ. Люди обычно перестают быть бессмертными годам этак к 30-ти. А некоторые так до самой смерти не перестают.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
>>И вот тут я вздохну и скажу: да, в принципе это можно. В принципе.
А я не соглашусь. После успеха Роулинг было много подражателей, но ни один и близко не подошёл. Я полагаю, это потому что в нише, которую заполнил ГП, просто больше нет места.
no subject
Понятное дело, что провалились. Страуд хорошо пошел со своим Бартимеусом, ну и все, собснна.
no subject
В точку пані Ольго. дуже і дуже шкідливою. Причому не лише для жінок(це само собою) але і для тих чоловіків які "папіками" стати не можуть або не хочуть
no subject