![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Берсерк: феминистическая рецепция-12
Давно замечено, что ежели в Берсеркверсе человек хочет пожить спокойной жизнью где-нибудь на отшибе, то для него Миура уготовил самый изощренный пиздец и дизастер.
Не успел Гаттс вернуться с Каской к Годо, как прилетел туда же Гриффит верхом на Зодде - чисто посмотреть, превозмог ли он в себе поца окончательно или еще осталось в нем что-то человеческое. Не свербит ли где, скажем, совесть при виде искалеченных жертв. И вот Гаттс рубится с Зоддом (он хочет рубиться с Гриффитом, но для этого нужно сначала пройти через Зодда), а Гриффит смотрит и прислушивается к себе: ну как, свербит или нет?
И вот пока этот мудила ставит на себе психологические эксперименты, Зодд умудряется окончательно развалить вход в шахту, где Гаттс и Каска спасались от гневных духов. После чего Гриффит его подзывает и улетает, не попрощавшись.
Перед его улетом, однако, случается вещь, которая рвет шаблон и Гаттсу, и Гриффиту: Каска бежит к Гриффиту и начинает обнимашки. Несмотря на адскую боль от клейма. Гаттс офигел - но и Гриффит несколько офигел: в нем что-то отозвалось на объятия Каски, отобранное у младенца-демона тело чувствует, так сказать, привязанность к матери. Гриффит поскорее улетает, пока это не стало серьезно. А Гаттс в очередной раз остается проклинать судьбу: теперь Гриффит уязвим (ну, к нему, конечно, нужно прорываться через полчища Апостолов, но технически он уязвим) и можно было бы возобновить кампанию мести - но беспомощная Каска лишилась единственного пристанища, где ей не угрожают гневные духи, а двое клейменых в одном месте - это магнит для всякой нечисти в квадрате.
Словом, одно их двух - или бросать Каску на произвол судьбы (чего Гаттс во второй раз уже не намерен делать), или идти с ней искать прибежище на острове эльфов Скеллиге (идею подкинул Пак).
И Гаттс уходит вместе с Каской от последнего своего приюта. Заканчивается его становление как мужчины в патриархальном мире: он берет на себя ответственность мужа за душевнобольную беспомощную жену.
И тут я хочу обратить внимание дорогого зрителя вот на что. Мужчины Берсеркверса в массе своей ведут себя как скоты. Если говорить о второстепенных персонажах, то в 9 случаях из 10 мужчина - абьюзер, насильник, грабитель, убийца, палач, в лучшем случае - бесполезное чмо. Про то, как выглядит в мире Миуры отцовство, мы уже говорили, да?
Но мы знаем, что у патриархатной мужественности есть и другая сторона - то, каким мужчина (даже насильник или чмошник) себя воображает. А воображает он себя, ясный перец, защитником, который целиком и полностью ответствен за женщину, постоянно ее опекает, кормит и защищает, и т. д. И при этом сам, все сам, а то "не мужык". Образ "мужчины, каким он должен быть".
Ну так вот, Гаттс никаких компромиссов не знает и никакой середины не видит. Он на все сто не одно так другое, и если он отвергает роль насильника и уж тем более чмошника, то он так же на все сто становится для Каски настоящим "мужем - каменной стеной", и Миура совершенно беспощадно показывает, на что обречен мужчина, который всерьез воспринимает эту роль.
А обречен он, ни много ни мало - на мученический венец. Судите сами: Гаттс выполняет при Каске работу няньки, кормильца и добытчика, поводыря и защитника от всякой сволочи, как сверхъестественной, так и обычной бандоты. При этом Каска постоянно усложняет ему работу: норовит удрать и попасться насильникам, не хочет продолжать путь и ее приходится тащить связанную; не хочет оставаться на месте в те часы, когда Гаттсу удается прикорнуть (он, бедный, ночами отмахивается от призраков, а днем вынужден думать о пропитании) - словом, дает джазу. Добавим к этому внутреннего демона Гаттса, который постоянно искушает его изнасиловать и убить Каску - и мы получим всю полноту картины ада. Я не знаю другого мужского персонажа в мировой литературе, кто так страдал бы из-за того, что всерьез хочет быть мужчиной и мужем - кроме, пожалуй, Улава, сына Аудуна из одноименного романа Сигрид Унсет. И хотя, с одной стороны, Улав мучился дольше - а с другой, он все-таки находил утешение в объятиях другой женщины, а Гаттс и того себе позволить не может. У него неслыханная ориентация: моносексуал: во всем мире только на одну женщину у него стоит. Но и от этого никакой радости, потому что она травмирована и не дает, а пес-демон пользуется этим и искушает.
http://manga-online.com.ua/uploads/manga/berserk/Berserk-Vol23Ch001/berserk-v23c01p025rus.jpg
http://manga-online.com.ua/uploads/manga/berserk/Berserk-Vol23Ch004/berserk-v23c04p075rus.jpg
Словом, бедняга Гаттс или спятил бы вскорости от таких дел, или просто упал бы от усталости в снег и замерз нахрен, кабы не попались ему навстречу Серпико и Фарнезе.
Надо сказать, что Серпико приходилось с Фарнезе не намного слаще, чем Гаттсу с Каской. То есть, их, конечно, не преследовали духи, и Фарнезе не требовалось кормить с ложечки, и, сбросив с себя доспехи и обязанности командира рыцарского ордена, она оставила привычку чуть что бить Серпико по щам - но в целом она вполне беспомощна, взбалмошна и упряма как ишак. И да, Серпико тоже моносексуал насчет Фарнезе, но ему с ней нельзя, поскольку он ее брат по отцу. О чем она не знает и всячески его искушает (это вместо демона, чтоб ему жизнь медом не казалась).
Словом, они нашли друг друга - Гаттс и Серпико. И кстати, обоим не впервой обслуживать беспомощных: Гаттс в детстве ухаживал за Гамбино (по сравнению с ним и чокнутая Каска подарок Божий), а Серпико - за своей больной матерью, которая тоже зажигала дай Боже (когда она окончательно свихнулась, она принимала его за его отца, и пацану приходилось слушать ее любовные излияния). И, как и Гаттс убил Гамбино, так и Серпико убил свою мать - сжег на костре как еретичку. По приказу Фарнезе, мамма мия. Кстати, мы еще не поднимали тему того, каковы в Берсеркверсе сыновья.
И вот эта сладкая парочка, Фарнезе и Серпико, встречают Гаттса. И Фарнезе начинает проситься к нему в падаваны. В другое время Гаттс, может быть, и отправил бы ее домой на пинках. Но сейчас он слишком измучен, он заманался оберегать Каску и от ночных признаков, и от своего демона, и от себя самой.
Короче, Гаттс посылает нахрен эту мужЫцкую самодостаточность и принимает помощь от Фарнезе, Серпико и примкнувшего к ним маленького воришки Исидро, который фигурировал еще в предыдущей арке, да я поленилась о нем написать. И этот парнишка тоже просится к Гаттсу в падаваны. Смех и грех.
http://manga-online.com.ua/manga/berserk/page,20,334-Berserk-Tom-23-Glava-04.html
http://manga-online.com.ua/uploads/manga/berserk/Berserk-Vol23Ch005/berserk-v23c05p093rus.jpg
Гаттс несколько офигевает от того, что кто-то связывает с ним экзистенциальные надежды, но деваться некуда: ему нужны руки, чтобы переложить на них часть заботы о Каске.
Падаванство Фарнезе начинается, как в кино о боевых искусствах, когда восторженный ученик прискакивает к старому мастеру, чтобы вкусить премудрости веков, а тот ему говорит, ага, щас, только сначала натаскай воды и наруби дров. Фарнезе приставили смотреть за Каской. И дальше субъектная перспектива Гаттса сменяется ее субъектной перспективой: она тяжко переживает тот факт, что является вторым по бесполезности членом команды после Каски.
При этом она даже с порученным ей заданием справиться до пуття не может. Фэйлит, слакает и лажает на постоянной основе. Пошла собирать с Каской хворост, увидела кролика, попыталась поохотиться - упустила Каску. Пока гонялась за Каской - наступила темнота. Заблудилась, не нашла дорогу к лагерю, залезла в дупло, протряслась от страха и холода всю ночь, в то время как полоумная Каска сама благополучно вернулась в лагерь - то есть, второе место по бесполезностти после Каски и то под вопросом. Как бы не первое.
Но при этом Фарнезе не отступает и не сдается. И когда Серпико делает намеки на то, что не пора ли нам до дому, до хаты, решительно отвечает: нет. Наше место здесь, наше предназначение здесь.
При этом она сама толком не понимает, чего хочет от Гаттса. В мечницы она не годится - не та статура, не та фактура, да она и не проявляет особого рвения к учебе. А Гаттс больше ничего не умеет. И тоже не понимает, чего Фарнезе надо.
Но Фарнезе не зря одарена свыше. Она терпеливо ждет, когда предназначение откроется ей - а до тех пор выполняет нудную и неблагодарную работу по уходу за Каской и видит в том свое искупление. Ведь из-за нее, Фарнезе, Каску чуть не обрекли костру. А многих других людей она таки отправила на костер сама.
Короче, Фарнезе проходит период очищения. До этого момента она только брала, но не отдавала. Она играла живыми игрушками - Серпико, рыцарями, еретиками. Теперь настало время платить по счетам: у нее на руках беспомощный человек, который нуждается в ней, Фарнезе. Причем не потому что Фарнезе как-то крута или хороша, нет - Фарнезе полное ничтожество во многих отношениях - но потому что она рядом. Фарнезе учится смирению и милосердию. Зачем? Очень скоро Миура дает ответ на этот вопрос.
Не успел Гаттс вернуться с Каской к Годо, как прилетел туда же Гриффит верхом на Зодде - чисто посмотреть, превозмог ли он в себе поца окончательно или еще осталось в нем что-то человеческое. Не свербит ли где, скажем, совесть при виде искалеченных жертв. И вот Гаттс рубится с Зоддом (он хочет рубиться с Гриффитом, но для этого нужно сначала пройти через Зодда), а Гриффит смотрит и прислушивается к себе: ну как, свербит или нет?
И вот пока этот мудила ставит на себе психологические эксперименты, Зодд умудряется окончательно развалить вход в шахту, где Гаттс и Каска спасались от гневных духов. После чего Гриффит его подзывает и улетает, не попрощавшись.
Перед его улетом, однако, случается вещь, которая рвет шаблон и Гаттсу, и Гриффиту: Каска бежит к Гриффиту и начинает обнимашки. Несмотря на адскую боль от клейма. Гаттс офигел - но и Гриффит несколько офигел: в нем что-то отозвалось на объятия Каски, отобранное у младенца-демона тело чувствует, так сказать, привязанность к матери. Гриффит поскорее улетает, пока это не стало серьезно. А Гаттс в очередной раз остается проклинать судьбу: теперь Гриффит уязвим (ну, к нему, конечно, нужно прорываться через полчища Апостолов, но технически он уязвим) и можно было бы возобновить кампанию мести - но беспомощная Каска лишилась единственного пристанища, где ей не угрожают гневные духи, а двое клейменых в одном месте - это магнит для всякой нечисти в квадрате.
Словом, одно их двух - или бросать Каску на произвол судьбы (чего Гаттс во второй раз уже не намерен делать), или идти с ней искать прибежище на острове эльфов Скеллиге (идею подкинул Пак).
И Гаттс уходит вместе с Каской от последнего своего приюта. Заканчивается его становление как мужчины в патриархальном мире: он берет на себя ответственность мужа за душевнобольную беспомощную жену.
И тут я хочу обратить внимание дорогого зрителя вот на что. Мужчины Берсеркверса в массе своей ведут себя как скоты. Если говорить о второстепенных персонажах, то в 9 случаях из 10 мужчина - абьюзер, насильник, грабитель, убийца, палач, в лучшем случае - бесполезное чмо. Про то, как выглядит в мире Миуры отцовство, мы уже говорили, да?
Но мы знаем, что у патриархатной мужественности есть и другая сторона - то, каким мужчина (даже насильник или чмошник) себя воображает. А воображает он себя, ясный перец, защитником, который целиком и полностью ответствен за женщину, постоянно ее опекает, кормит и защищает, и т. д. И при этом сам, все сам, а то "не мужык". Образ "мужчины, каким он должен быть".
Ну так вот, Гаттс никаких компромиссов не знает и никакой середины не видит. Он на все сто не одно так другое, и если он отвергает роль насильника и уж тем более чмошника, то он так же на все сто становится для Каски настоящим "мужем - каменной стеной", и Миура совершенно беспощадно показывает, на что обречен мужчина, который всерьез воспринимает эту роль.
А обречен он, ни много ни мало - на мученический венец. Судите сами: Гаттс выполняет при Каске работу няньки, кормильца и добытчика, поводыря и защитника от всякой сволочи, как сверхъестественной, так и обычной бандоты. При этом Каска постоянно усложняет ему работу: норовит удрать и попасться насильникам, не хочет продолжать путь и ее приходится тащить связанную; не хочет оставаться на месте в те часы, когда Гаттсу удается прикорнуть (он, бедный, ночами отмахивается от призраков, а днем вынужден думать о пропитании) - словом, дает джазу. Добавим к этому внутреннего демона Гаттса, который постоянно искушает его изнасиловать и убить Каску - и мы получим всю полноту картины ада. Я не знаю другого мужского персонажа в мировой литературе, кто так страдал бы из-за того, что всерьез хочет быть мужчиной и мужем - кроме, пожалуй, Улава, сына Аудуна из одноименного романа Сигрид Унсет. И хотя, с одной стороны, Улав мучился дольше - а с другой, он все-таки находил утешение в объятиях другой женщины, а Гаттс и того себе позволить не может. У него неслыханная ориентация: моносексуал: во всем мире только на одну женщину у него стоит. Но и от этого никакой радости, потому что она травмирована и не дает, а пес-демон пользуется этим и искушает.
http://manga-online.com.ua/uploads/manga/berserk/Berserk-Vol23Ch001/berserk-v23c01p025rus.jpg
http://manga-online.com.ua/uploads/manga/berserk/Berserk-Vol23Ch004/berserk-v23c04p075rus.jpg
Словом, бедняга Гаттс или спятил бы вскорости от таких дел, или просто упал бы от усталости в снег и замерз нахрен, кабы не попались ему навстречу Серпико и Фарнезе.
Надо сказать, что Серпико приходилось с Фарнезе не намного слаще, чем Гаттсу с Каской. То есть, их, конечно, не преследовали духи, и Фарнезе не требовалось кормить с ложечки, и, сбросив с себя доспехи и обязанности командира рыцарского ордена, она оставила привычку чуть что бить Серпико по щам - но в целом она вполне беспомощна, взбалмошна и упряма как ишак. И да, Серпико тоже моносексуал насчет Фарнезе, но ему с ней нельзя, поскольку он ее брат по отцу. О чем она не знает и всячески его искушает (это вместо демона, чтоб ему жизнь медом не казалась).
Словом, они нашли друг друга - Гаттс и Серпико. И кстати, обоим не впервой обслуживать беспомощных: Гаттс в детстве ухаживал за Гамбино (по сравнению с ним и чокнутая Каска подарок Божий), а Серпико - за своей больной матерью, которая тоже зажигала дай Боже (когда она окончательно свихнулась, она принимала его за его отца, и пацану приходилось слушать ее любовные излияния). И, как и Гаттс убил Гамбино, так и Серпико убил свою мать - сжег на костре как еретичку. По приказу Фарнезе, мамма мия. Кстати, мы еще не поднимали тему того, каковы в Берсеркверсе сыновья.
И вот эта сладкая парочка, Фарнезе и Серпико, встречают Гаттса. И Фарнезе начинает проситься к нему в падаваны. В другое время Гаттс, может быть, и отправил бы ее домой на пинках. Но сейчас он слишком измучен, он заманался оберегать Каску и от ночных признаков, и от своего демона, и от себя самой.
Короче, Гаттс посылает нахрен эту мужЫцкую самодостаточность и принимает помощь от Фарнезе, Серпико и примкнувшего к ним маленького воришки Исидро, который фигурировал еще в предыдущей арке, да я поленилась о нем написать. И этот парнишка тоже просится к Гаттсу в падаваны. Смех и грех.
http://manga-online.com.ua/manga/berserk/page,20,334-Berserk-Tom-23-Glava-04.html
http://manga-online.com.ua/uploads/manga/berserk/Berserk-Vol23Ch005/berserk-v23c05p093rus.jpg
Гаттс несколько офигевает от того, что кто-то связывает с ним экзистенциальные надежды, но деваться некуда: ему нужны руки, чтобы переложить на них часть заботы о Каске.
Падаванство Фарнезе начинается, как в кино о боевых искусствах, когда восторженный ученик прискакивает к старому мастеру, чтобы вкусить премудрости веков, а тот ему говорит, ага, щас, только сначала натаскай воды и наруби дров. Фарнезе приставили смотреть за Каской. И дальше субъектная перспектива Гаттса сменяется ее субъектной перспективой: она тяжко переживает тот факт, что является вторым по бесполезности членом команды после Каски.
При этом она даже с порученным ей заданием справиться до пуття не может. Фэйлит, слакает и лажает на постоянной основе. Пошла собирать с Каской хворост, увидела кролика, попыталась поохотиться - упустила Каску. Пока гонялась за Каской - наступила темнота. Заблудилась, не нашла дорогу к лагерю, залезла в дупло, протряслась от страха и холода всю ночь, в то время как полоумная Каска сама благополучно вернулась в лагерь - то есть, второе место по бесполезностти после Каски и то под вопросом. Как бы не первое.
Но при этом Фарнезе не отступает и не сдается. И когда Серпико делает намеки на то, что не пора ли нам до дому, до хаты, решительно отвечает: нет. Наше место здесь, наше предназначение здесь.
При этом она сама толком не понимает, чего хочет от Гаттса. В мечницы она не годится - не та статура, не та фактура, да она и не проявляет особого рвения к учебе. А Гаттс больше ничего не умеет. И тоже не понимает, чего Фарнезе надо.
Но Фарнезе не зря одарена свыше. Она терпеливо ждет, когда предназначение откроется ей - а до тех пор выполняет нудную и неблагодарную работу по уходу за Каской и видит в том свое искупление. Ведь из-за нее, Фарнезе, Каску чуть не обрекли костру. А многих других людей она таки отправила на костер сама.
Короче, Фарнезе проходит период очищения. До этого момента она только брала, но не отдавала. Она играла живыми игрушками - Серпико, рыцарями, еретиками. Теперь настало время платить по счетам: у нее на руках беспомощный человек, который нуждается в ней, Фарнезе. Причем не потому что Фарнезе как-то крута или хороша, нет - Фарнезе полное ничтожество во многих отношениях - но потому что она рядом. Фарнезе учится смирению и милосердию. Зачем? Очень скоро Миура дает ответ на этот вопрос.
no subject