![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Хулиганское настроение
Если бы Доронин услышал про День Святого Пиздюля раньше, он бы выждал время, чтоб не попасть под раздачу самому и не видеть, как раздают другим. Но время было упущено, встреча назначена, планы намечены, мачете наточены. Глубоко вдохнув, Артем вошел в кабинет полковника Троеградова.
Троеградов был в самом паскудном настроении, но срываться на молодого человека не стал, и даже нашел в себе силы улыбнуться. Южный выговор и внешность Артема напомнили ему о старом друге и вообще о тех временах, когда вода была жиже, водка - крепче, трава - зеленей, а девушки... Нда, не будем о грустном.
Полковник вспомнил, что провинившиеся ждут начальственных пиздюлей, и, жестом пригласив Артема присесть, зычно крикнул:
- Афонин! Протасов! Амирханов!
Оба стрелка, которых Доронин уже видел в приемной, вошли в кабинет, держась одновременно с достоинством и смирением, хотя один черт знает, как это у них получалось. Артем пообещал себе, что непременно научится делать такое лицо и вот этак вот разворачивать плечи.
Когда гудение голосов из приемной оказалось отрезано обоими дверями тамбура, полковник медленно обошел вокруг провинившихся гвардейцев три раза - как акула, которая наматывает обороты вокруг пловцов, чтобы не есть тех с какашками. Те вытянулись по стойке "смирно", даром что оба сегодня пришли в штатском.
Наконец полковник остановился напротив них и, смерив обоих таким взглядом, словно уже подбирал подходящие по размеру гробы, произнес:
- Ну что, алкоголики, тунеядцы, рецидивисты... Имел я вчера беседу с президентом, и знаете, что он мне сказал?
- Никак нет, - в один голос отчеканили оба гвардейца. Потом Амирханов чуть повел головой в сторону и самым елейным голосом добавил:
- Но если вы нам скажете, мы будем знать.
- Ты, фрейдистская морда, свои психоаналитические штучки брось! - полковник погрозил кулаком. - Я не у тебя на кушетке, и не скоро еще туда попаду, хотя вы, засранцы, очень стараетесь меня довести до Кащенки. А президент сказал, между прочим так, знаете, что охрану себе будет подбирать из системы МВД.
- То есть как? - прогудел Протасов
- Кверху каком. Решил он, короче, вашу пиздобратию немного разбавить приличными людьми. Что скажете, соколики?
Артем не знал, куда ему провалиться. В фильмах часто показывали, что в высоких кабинетах есть особые кресла, которые по нажатию секретной кнопки сразу проваливаются вместе с сидельцем куда надо, но то ли кнопка тут была далеко, то ли кресло ему попалось самое обычное.
Пауза чрезмерно затянулась.
- Девяносто два, - сказал Амирханов.
- Что "девяносто два"? - прищурился полковник.
- Ну, вас ведь не интересует именно осмысленное высказывание, - пояснил гвардеец.
- Вот пиздеть ты, Амирханов, умеешь! - полковник картинно хлопнул в ладоши пять или шесть раз. - Вот чего бы путное умел, а пиздеть ты здоров! А президент мне вчера так и сказал: что его охрана ни на что не годится, только пиздеть, бухать и по кабакам драться. Вчера говорит, Троеградов, эти твои братки - так и сказал, братки - эти, говорит, твои беспредельщики, - с каждым новым словом ядовитость в его тоне взрастала экспоненциально, - эти твои башибузуки зависли в каком-то кабаке на Фрунзенском, после одиннадцати шумели, вперлись на сцену, разбили гитару, и кончилось тем, что менты - обычные менты, блядь, да он чуть не в лицо мне смеялся - повязали их и отправили в отделуху. Ёб вашу мать! В отделуху! Как пэтэушников сраных! И вы там были - врать мне не смейте, уроды, вас на камеру засняли, и президент мне ваши фамилии назвал. В связи с чем у меня к вам, товарищи, сформировался эк-зи-стен-циальный вопрос...
Троеградов прочистил горло и на три тона ниже, но от этого еще грозней, спросил:
- Какого хуя?
Гвардейцы переглянулись, не поворачивая голов, лишь скосив глаза. С экзистенцией у них было нерадостно.
- Я, конечно, и сам тот еще лох, - горестно сказал полковник. - Надо было смотреть, кого беру в полк. Надо было спросить себя: товарищ Троеградов, ну вот на кой хуй тебе в части психиатр-недоучка? Да, часть иногда напоминает дурдом. Но она и бардак иногда напоминает, так что, венеролога в штат зачислять? Ты, Протасов, как я погляжу, новым жилетиком обзавелся - лучше бы ты мозгами наконец обзавелся! На Афонина я уже вообще положил... Кстати, где Афонин? Где эта алкота?
- Товарищ полковник, Афонин болен.
- Болен? - полковник чуть подался назад. - Вот те нате, хрен в томате. Это чем же таким он болен? Похмельный синдром или воспаление хитрости?
- Мононуклеоз, товарищ полковник, - глядя куда-то мимо всего, отчеканил Амирханов.
- Моно-ну-кле-оз? Да я и слов-то таких не знаю. Это что?
- Это очень заразно, товарищ полковник. Ему категорически запретили куда-то ходить и кого-то принимать. Даже еду ему просовывают под дверь.
- Эвон как, - полковник как-то разом осунулся. - Хорош пиздеть, Ганнушкин. Его что, так отмудохали, что он встать не может? Или допился все-таки до белочки?
Ни один из гвардейцев не дал ответа.
- Ну что вы за народ, мать вашу за ногу! - в отчаянии воскликнул полковник. - Шляетесь черт знает где, бухаете черт знает с кем, то один нарвется на нож, то другого отпиздят в подворотне! То ли дело "Бобры"* - нормальные пацаны, службу знают, вне службы не лажают, а если и забухают где - то кто их арестует, кто? Разве они дадут себя арестовать? Разве будут мордой светить в камеру? Нет, они раньше сдохнут, чем дадут надеть на себя наручники.
Гвардейцы стояли неподвижно, но Артем видел, как пульсируют вены у них на шеях и шевелятся кадыки.
- И ведь вас было шестеро против шестерых! - полковник потряс кулаками. - Это же какой-то ёбаный стыд: шестеро "бобров" вяжут шестерых бойцов президентской охраны! Нет, хватит с меня. Пошло оно все нахуй рачьим шагом. Сейчас же отсюда иду в Кремль, пишу заяву об отставке, и прошу о переводе младшим инструктором в БОБР. А если откажут - ебись оно все конем, в монахи постригусь.
Как только он это сказал, о дверь кабинета словно ударился морской вал - это все гвардейцы, столпившиеся в приемной, весьма энергично выразили свое несогласие. Доронин всерьез обдумывал опцию "заползти под ковер".
- Да пошло оно все, - Протасов встряхнулся и встал по стойке "вольно". - Товарищ полковник, я терпел-терпел, но уже сил нет никаких. Да, нас было шестеро, но эти суки тоже были в штатском, и ничего не предъявили, никакой бумажки. Откуда нам было знать, что они не бандюки? И сначала они дождались, пока Браткин и Венцеслав пойдут в сортир, и там их повязали, а потом уже вшестером навалились на нас четверых. Троих даже, потому что Афоню как толкнули на зеркало, так в нем сразу штуки четыре осколка оказались, каждый как нож. Но он и то драться пытался, хоть и на ногах не стоял. И то мы съебались по дороге, никто нас не арестовал, дела нет, задержания нет.
- А вырвались мы так, - добавил Амирханов, - я отобрал у одного из нападающих дубинку, и навешал им как следует, пока Протасов отступал с Афоней на плечах. Одному проломил купол обсерватории, так что счет почти равный.
- А я не знал, - полковник хмыкнул. - Дюков, я смотрю, кое-что приврал.
- Только не говорите президенту, что Афоню ранило, - Протасов опустил голову. - Не надо. Афоне и так херово, если еще и президент позвонит...
Тут дверь кабинета открылась, и на пороге показался гвардеец - в полной парадной форме, но бледный, как петербуржец по весне.
- Афоня! - воскликнули оба гвардейца.
- Афонин! - обрадовался полковник.
- Вызывали, товарищ полковник? - голос Афонина был ровен, но неестественно тих. - Жду ваших указаний.
- Я только что этим засранцам сказал, - устало проговорил полковник, - и тебе повторю: хватит по разным гнидникам рисковать дурными головами. У вас работа - охранять президента, здесь и рискуйте. А ты, капитан... ну, на этих двух я давно положил, но ты-то взрослый человек! Пора уже как-то брать себя в руки, - с этими словами полковник сжал пальцами плечо Афонина, не замечая, что тот уже не просто бледен, а с некоторым уклоном в благородную синеву. Рука его судорожно дернулась в руке полковника, колени подломились, и Афонин завалился вперед и вбок, пытаясь левой ухватиться за край стола и промахиваясь мимо.
- Врача! - заорал полковник. - Амирханов, ты чего стоишь, Айболит недоделанный?
* От аббревиатуры БОБР - Боевой Отряд быстрого Реагирования.
Троеградов был в самом паскудном настроении, но срываться на молодого человека не стал, и даже нашел в себе силы улыбнуться. Южный выговор и внешность Артема напомнили ему о старом друге и вообще о тех временах, когда вода была жиже, водка - крепче, трава - зеленей, а девушки... Нда, не будем о грустном.
Полковник вспомнил, что провинившиеся ждут начальственных пиздюлей, и, жестом пригласив Артема присесть, зычно крикнул:
- Афонин! Протасов! Амирханов!
Оба стрелка, которых Доронин уже видел в приемной, вошли в кабинет, держась одновременно с достоинством и смирением, хотя один черт знает, как это у них получалось. Артем пообещал себе, что непременно научится делать такое лицо и вот этак вот разворачивать плечи.
Когда гудение голосов из приемной оказалось отрезано обоими дверями тамбура, полковник медленно обошел вокруг провинившихся гвардейцев три раза - как акула, которая наматывает обороты вокруг пловцов, чтобы не есть тех с какашками. Те вытянулись по стойке "смирно", даром что оба сегодня пришли в штатском.
Наконец полковник остановился напротив них и, смерив обоих таким взглядом, словно уже подбирал подходящие по размеру гробы, произнес:
- Ну что, алкоголики, тунеядцы, рецидивисты... Имел я вчера беседу с президентом, и знаете, что он мне сказал?
- Никак нет, - в один голос отчеканили оба гвардейца. Потом Амирханов чуть повел головой в сторону и самым елейным голосом добавил:
- Но если вы нам скажете, мы будем знать.
- Ты, фрейдистская морда, свои психоаналитические штучки брось! - полковник погрозил кулаком. - Я не у тебя на кушетке, и не скоро еще туда попаду, хотя вы, засранцы, очень стараетесь меня довести до Кащенки. А президент сказал, между прочим так, знаете, что охрану себе будет подбирать из системы МВД.
- То есть как? - прогудел Протасов
- Кверху каком. Решил он, короче, вашу пиздобратию немного разбавить приличными людьми. Что скажете, соколики?
Артем не знал, куда ему провалиться. В фильмах часто показывали, что в высоких кабинетах есть особые кресла, которые по нажатию секретной кнопки сразу проваливаются вместе с сидельцем куда надо, но то ли кнопка тут была далеко, то ли кресло ему попалось самое обычное.
Пауза чрезмерно затянулась.
- Девяносто два, - сказал Амирханов.
- Что "девяносто два"? - прищурился полковник.
- Ну, вас ведь не интересует именно осмысленное высказывание, - пояснил гвардеец.
- Вот пиздеть ты, Амирханов, умеешь! - полковник картинно хлопнул в ладоши пять или шесть раз. - Вот чего бы путное умел, а пиздеть ты здоров! А президент мне вчера так и сказал: что его охрана ни на что не годится, только пиздеть, бухать и по кабакам драться. Вчера говорит, Троеградов, эти твои братки - так и сказал, братки - эти, говорит, твои беспредельщики, - с каждым новым словом ядовитость в его тоне взрастала экспоненциально, - эти твои башибузуки зависли в каком-то кабаке на Фрунзенском, после одиннадцати шумели, вперлись на сцену, разбили гитару, и кончилось тем, что менты - обычные менты, блядь, да он чуть не в лицо мне смеялся - повязали их и отправили в отделуху. Ёб вашу мать! В отделуху! Как пэтэушников сраных! И вы там были - врать мне не смейте, уроды, вас на камеру засняли, и президент мне ваши фамилии назвал. В связи с чем у меня к вам, товарищи, сформировался эк-зи-стен-циальный вопрос...
Троеградов прочистил горло и на три тона ниже, но от этого еще грозней, спросил:
- Какого хуя?
Гвардейцы переглянулись, не поворачивая голов, лишь скосив глаза. С экзистенцией у них было нерадостно.
- Я, конечно, и сам тот еще лох, - горестно сказал полковник. - Надо было смотреть, кого беру в полк. Надо было спросить себя: товарищ Троеградов, ну вот на кой хуй тебе в части психиатр-недоучка? Да, часть иногда напоминает дурдом. Но она и бардак иногда напоминает, так что, венеролога в штат зачислять? Ты, Протасов, как я погляжу, новым жилетиком обзавелся - лучше бы ты мозгами наконец обзавелся! На Афонина я уже вообще положил... Кстати, где Афонин? Где эта алкота?
- Товарищ полковник, Афонин болен.
- Болен? - полковник чуть подался назад. - Вот те нате, хрен в томате. Это чем же таким он болен? Похмельный синдром или воспаление хитрости?
- Мононуклеоз, товарищ полковник, - глядя куда-то мимо всего, отчеканил Амирханов.
- Моно-ну-кле-оз? Да я и слов-то таких не знаю. Это что?
- Это очень заразно, товарищ полковник. Ему категорически запретили куда-то ходить и кого-то принимать. Даже еду ему просовывают под дверь.
- Эвон как, - полковник как-то разом осунулся. - Хорош пиздеть, Ганнушкин. Его что, так отмудохали, что он встать не может? Или допился все-таки до белочки?
Ни один из гвардейцев не дал ответа.
- Ну что вы за народ, мать вашу за ногу! - в отчаянии воскликнул полковник. - Шляетесь черт знает где, бухаете черт знает с кем, то один нарвется на нож, то другого отпиздят в подворотне! То ли дело "Бобры"* - нормальные пацаны, службу знают, вне службы не лажают, а если и забухают где - то кто их арестует, кто? Разве они дадут себя арестовать? Разве будут мордой светить в камеру? Нет, они раньше сдохнут, чем дадут надеть на себя наручники.
Гвардейцы стояли неподвижно, но Артем видел, как пульсируют вены у них на шеях и шевелятся кадыки.
- И ведь вас было шестеро против шестерых! - полковник потряс кулаками. - Это же какой-то ёбаный стыд: шестеро "бобров" вяжут шестерых бойцов президентской охраны! Нет, хватит с меня. Пошло оно все нахуй рачьим шагом. Сейчас же отсюда иду в Кремль, пишу заяву об отставке, и прошу о переводе младшим инструктором в БОБР. А если откажут - ебись оно все конем, в монахи постригусь.
Как только он это сказал, о дверь кабинета словно ударился морской вал - это все гвардейцы, столпившиеся в приемной, весьма энергично выразили свое несогласие. Доронин всерьез обдумывал опцию "заползти под ковер".
- Да пошло оно все, - Протасов встряхнулся и встал по стойке "вольно". - Товарищ полковник, я терпел-терпел, но уже сил нет никаких. Да, нас было шестеро, но эти суки тоже были в штатском, и ничего не предъявили, никакой бумажки. Откуда нам было знать, что они не бандюки? И сначала они дождались, пока Браткин и Венцеслав пойдут в сортир, и там их повязали, а потом уже вшестером навалились на нас четверых. Троих даже, потому что Афоню как толкнули на зеркало, так в нем сразу штуки четыре осколка оказались, каждый как нож. Но он и то драться пытался, хоть и на ногах не стоял. И то мы съебались по дороге, никто нас не арестовал, дела нет, задержания нет.
- А вырвались мы так, - добавил Амирханов, - я отобрал у одного из нападающих дубинку, и навешал им как следует, пока Протасов отступал с Афоней на плечах. Одному проломил купол обсерватории, так что счет почти равный.
- А я не знал, - полковник хмыкнул. - Дюков, я смотрю, кое-что приврал.
- Только не говорите президенту, что Афоню ранило, - Протасов опустил голову. - Не надо. Афоне и так херово, если еще и президент позвонит...
Тут дверь кабинета открылась, и на пороге показался гвардеец - в полной парадной форме, но бледный, как петербуржец по весне.
- Афоня! - воскликнули оба гвардейца.
- Афонин! - обрадовался полковник.
- Вызывали, товарищ полковник? - голос Афонина был ровен, но неестественно тих. - Жду ваших указаний.
- Я только что этим засранцам сказал, - устало проговорил полковник, - и тебе повторю: хватит по разным гнидникам рисковать дурными головами. У вас работа - охранять президента, здесь и рискуйте. А ты, капитан... ну, на этих двух я давно положил, но ты-то взрослый человек! Пора уже как-то брать себя в руки, - с этими словами полковник сжал пальцами плечо Афонина, не замечая, что тот уже не просто бледен, а с некоторым уклоном в благородную синеву. Рука его судорожно дернулась в руке полковника, колени подломились, и Афонин завалился вперед и вбок, пытаясь левой ухватиться за край стола и промахиваясь мимо.
- Врача! - заорал полковник. - Амирханов, ты чего стоишь, Айболит недоделанный?
* От аббревиатуры БОБР - Боевой Отряд быстрого Реагирования.
no subject
no subject
no subject
По Верну Вы уже прошлись, что бы теперь за Дюма не взяться?
Нет, правда, -- отлично! Настроение с утра отвратное было, а вот прочёл -- и сразу заулыбался.
no subject
no subject
Право слово, это не троллинг и не прикол какой, но так хотелось бы почитать что-нибудь Ваше "оттуда и в аналогичном стиле"!
В любом случае: громадное Вам спасибо за ПТСР (всю дорогу перечитываю, аж истрепались оба тома) и успехов!
Плюс к тому -- хорошего настроения!
С глубочайшим уважением
М. Галкин
no subject
Классно!
Опять-таки, отношение к простолюдинам хорошо переводится.
Проезжая на красный свет на углу Садовой, Доронин сбил пешехода . Но не такое это было событие, чтобы стоило ради него останавливаться, и они продолжали нестись вперед, сверкая мигалками, словно у машин выросли крылья.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Да, Чечня - не совсем то, но отлично подходит Дагестан.
no subject
no subject
Хотя отношение поймано.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject