![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Одна моя старая статья
Право на лево, или Как делают коммунистом
У меня недавно был опыт, полезный и душе и телу: я работала на обувной фабрике «Орель». Рекомендую всем, кто страдает чувством отрыва от реальности. За время работы я поняла, что большинство моих проблем относится к классу «жемчуг мелок». Но песня сейчас не об этом, а о любви. О моей нежной любви к либеральной идеологии, которая подкреплена с левого фланга опытом гегемонской жизни, а с правого – участием в одном сетевом форуме.
Оговорюсь сразу: до этой дискуссии мне казалось, что я стою на правых экономических позициях. Беды нашей экономики, по-моему, не в том, что она либеральна, а в том, что она недостаточно либеральна. Я изо всех сил не хочу возвращения социализма и до недавнего времени все удивлялась, отчего у нас так активно не любят либералов. Ведь неплохие же люди, умные, трудолюбивые и иногда (чего в природе только не бывает) честные. В конце концов, можно их не любить пассивно. Да и среди людей с левыми убеждениями мне попадались нередко хорошие. Но вот как только они видят либерала – оскал, пена, глаза красные и поводок трещит. Неадекватная, словом, реакция.
Итак, поработала я на фабрике, попросыпалась в пять утра, подышала клеем, погрела обед на заводском термостате, повыдергивала скобки из подошв… словом, хлебнула немножко той жизни, которую не меньше половины нашего народа едят каждый день, всю жизнь и столовыми ложками. Я пыталась разгадать крутую загадку бытия: как можно прожить, работая 8 часов в день и зарабатывая около 20-30 долларов в месяц. Если бы у меня было столько смелости, сколько у Свв. Франциска и Доминика, я бы, возможно, сумела дожить на фабрике
до разрешения этой загадки. Однако ж ее не хватило – впрочем, это отдельная тема, которую я поднимать не буду. Скажу о главном: я поняла, почему такое количество народу голосует за коммунистов. По одной простой причине: люди знают, что с ними обходятся несправедливо, платя копейки за тяжелый и нужный обществу труд. Но ни у кого, кроме коммунистов, не хватает смелости сказать, что это несправедливо. Я сейчас не хочу говорить, насколько честны коммунисты. Я только заостряю внимание на важном факторе: одни коммунисты озвучивают то, что думают и чувствуют очень и очень многие.
Но, живя жизнью пролетария, внутре себя я оставалась интеллигентом, мне требовалась некоторая умственная жизнь, которой я жила по ночам на сетевом форуме. Вот на этом форуме мне и был явлен, так сказать, либерализм с человеческим лицом.
В вялой дискуссии, кажется, о шариатском семейном праве, я обронила слова «неравноценный обмен», имея в виду обмен труда на капитал между странами «первого мира» и странами «третьего».
Что тут началось. Мама моя родная. Воспроизвожу дословно.
Я: исламское право "программирует" общество на неравноценный обмен ничуть не меньше, чем евроамериканское потребительство.
Оппонент: Пардон, а где обмен и кто на что меняет?
Я: Как кто что? Труд на матценности, есснно.
Оппонент: Я дико извиняюсь, но поподробнее. Где именно происходит обмен? И почему он "неэквивалентный"?
Я: Дык, везде, где люди работают. А неэквивалентный - это когда тайский работяга получает 100 долларов в месяц за пайку таких же микросхем, за которые американский работяга получал бы 1500 долларов в месяц. Труд тайского работяги стоит дешевле, чем такой же - американского, поэтому обмен - неэквивалентный.
Оппонент: Ну мне прямо с вас смеяться хочется! Где ж он таки неэквивалентный? Если б тайский работяга жил в США - он и получал бы 1500, а не 100 (точнее, ничего б не получал, т.к. не паяют больше в Штатах схемы). За морем телушка полушка, да рупь перевоз, народ давно еще подметил.
Я: Это мне напоминает речь нашего бывшего мэра: "Если бы все могли жить в частных домах, то все бы в них и жили". Как насчет - я понимаю, что довольно архаичного - понятия "справедливость"?
Подключается второй оппонент (следите за ходом его мысли): О ногах и справедливости. Есть безногие и есть с ногами. Если безногому подарить машину, то это не есть точный эквивалент. Если заплатить ему деньги - тоже, а вот если отрезать ногастому ноги - запросто достигается справедливость. Вот такое интересное понятие: слово звучит красиво, а в том варианте, который достигается просто концентрированный раствор безобразия.
Первый оппонент: Применительно к экономике понятие "справедливость" принято заменять понятием "социализм". Неэкономическая это категория.
Стоп! Вот здесь прошу сделать паузу и съесть твикс.
Нота Бени: мой первый оппонент – христианин и довольно известный в Сети апологет Юрий Аммосов. По идее, экономические и нравственные категории (справедливость относится к последним) он должен различать. Вроде бы различает: справедливость, говорит, – категория неэкономическая. Но первая фраза опровергает вторую: как только справедливость прикладывают к экономике, получается социализм. Для него это само собой разумеется. Это не нужно даже доказывать. Капиталист не может справедливо оценивать труд своих рабочих. Априори. Как только попытается, он тем самым будет уже социалист, да?
Второй оппонент видит справедливость только в образе уравниловки, причем самой отвратительной. И чем дальше – тем дискуссия напряженней и показательней.
Я: Да. А я и не говорила, что мыслю экономическими категориями /справедливость, напомню, - нравственная/. Вы хотите сказать, что неэквивалентный обмен в интересах экономики? Флаг в руки. Но давайте назовем кошку кошкой.
Аммосов: Нет. См. N, который уже объяснил, что "эквивалентность" - это когда здоровому отрезают ноги.
Ужасти какие, правда? Если уж прибегать к таким аналогиям – то для безногих есть машины с ручным управлением. Но об этом оппоненты не вспоминают. Любая альтернатива видится им только в форме дикой крайности. А кто видит ее иначе – то левак и даже ультралевак.
Так я со своей умеренной «правостью» не успев моргнуть, оказалась на ультралевом фланге.
Аммосов: Пора б перестать мыслить в категориях lex talionis. То, что справедливо для отнимающего, несправедливо для отнимаемого. Что хорошо лентяю, плохо труженику. Словом, это не имеет никакого отношения к экономике, потому как "справедливость" - абсолютно субъективистская категория. (Очаровательно звучит в устах христианина, ну да ладно – О. Б.)
Великий Инквизитор, помнится, примерно так же излагал - "Накорми, тогда и спрашивай с них добродетели!" -- вот что напишут на знамени, которое воздвигнут против Тебя и которым разрушится храм Твой". Этакое "социальное служение", когда всех насильно евроокладом благодетельствовать велят - не столько помощь, сколько развращение.
Я: Платить столько, сколько человек зарабатывает - развращение?
2-й оппонент: А он столько и зарабатывает сколько ему платят.
Аммосов: Именно столько вашему несчастному таиландцу и платят. Я тоже зарабатываю меньше американца на аналогичной должности, но несправедливостью это не считаю. Я зарабатываю сообразно своему труду, американец - своему. В разных местах труд стоит по-разному, и экономические основания для этого очень просты - он самый немобильный из всех составных частей производства (труд, капитал, материалы, энергия и пр.)
И вот тут я попрошу еще раз сделать стоп. Потому что слово в слово Аммосов и второй мой оппонент повторили расхожий наш право-«либеральный» слоган: ты стоишь ровно столько, сколько тебе платят. Если платят столько, что ты не можешь на это жить – сам дурак. Или плохо работаешь, или не там работаешь или что-то еще.
Настало мне, думаю, время открыть карты и объяснить, что я не из третьих уст знаю о том, что такое неравноценный обмен труда на деньги.
Я: Не сыпьте мне соль на рану - я на днях с производства, где женщинам на обувном конвейере платят 40 баксов в месяц. Нужно быть лицемером, чтобы говорить, что восьмичасовой день ишачьей работы стоит два бакса.
Подключается третий оппонент:
3-й оппонент: Угу... Взять все и поделить? Уже было, может предложите что-то более жизнеспособное?
Стоп! Еще одна пауза.
Прошу обратить внимание: слова «взять и поделить» произнесла не я. По ходу дальнейшего спора много цитировали Булгакова, но все это была не я. Однако мою позицию упорно пытались проиллюстрировать цитатами из «Собачьего сердца». Это вообще очень популярный среди наших «новых правых» рассказ, как я погляжу. (На втором месте в хит-параде литературных пристрастий – строчка Бродского «Ворюга мне милей, чем кровопийца»).
Я: А как Вам такой вариант: платить человеку столько, чтобы он мог на эти деньги жить?
2-й оппонент: А как Вам вариант сдвинуть попу и заняться тем, за что платят как раз столько, что можно жить?
Я: N, ответьте мне на один простой вопрос: а почему такую же (на наши деньги) зарплату получают и люди, которые действительно делают хорошие и нужные вещи? Вот этот выверт экономики Вы чем обосновываете?
2-й оппонент: Кагеро, вы знаете, кто как вопрос задаст, тот то и получает в ответе. Ну такое я существо непонятное, что с некоторых пор я не задаю вопросы по профилю "Кто виноват", а исключительно "Что делать". Понимаете? Потому что возможно я тупой и ограниченный, но я просто НЕ ВИЖУ, что изменится после ответа на вопрос "Кто виноват".
3-й оппонент: Не надо искать виновных - это ни к чему не приведет, надо исправлять сложившееся положение.
Честно говоря, с этого места начиная, появляется такое ощущение, что я попала в театр абсурда. Я отнюдь не спрашивала «кто виноват». Я всего лишь констатировала факт: люди, которые много и хорошо работают, кое-где у нас порой живут плохо и получают мало. И слышала в ответ: а что вы предлагаете – взять все и поделить? Для начала, говорю я, давайте признаем, что очень многие люди в нашей стране зарабатывают незаслуженно мало. Потому что с мертвой точки что-либо сдвинется только при условии, что мы захотим сдвигать, а мы захотим, только если признаем status quo неудовлетворительным. Нет, он вполне удовлетворительный, говорят наши оппоненты, раз вы ничего не можете предложить. И da capo.
Если бы это была всего лишь отдельно взятая дискуссия на отдельно взятом форуме, тут не о чем было бы и огород городить. Ну да, трое-четверо граждан по каким-то причинам считают так, а не иначе. В конце концов на моей стороне тоже выступили несколько человек (немедленно записанные в леваки и социалисты).
Но в том-то и дело, что это не отдельно взятый форум в Сети так мыслит – в странах б. СССР есть нехилая прослойка людей, мыслящих подобным образом. Эти люди, как я понимаю, в массе своей социально активны, то есть, именно они делают дела в бизнесе и политике. Не самые большие дела – они скорее среднее управленческое звено. Они пишут в сетевой и обычной прессе. Делают телевидение. Сами себя они богатыми не считают – по их расчетам, им впритык хватает на самое необходимое: холодильник, пылесос, стиральную машину… Они много работают, именно к ним применимо определение «трудоголики». Поэтому мысль о том, что их зарплата может быть незаслуженно большой, им противна – по себе знаю. У них очень живо чувство, что они заработали каждую копейку из полученных. Может, оно и правильно. Выражаясь неэкономическими категориями – справедливо. Так с этим никто и не спорит. Но почему-то, едва заходит речь о том, что с рабочими и бюджетниками обходятся несправедливо, именно эта прослойка поднимает такой хай, словно именно сейчас начнут потрошить именно ее карманы.
У меня недавно был опыт, полезный и душе и телу: я работала на обувной фабрике «Орель». Рекомендую всем, кто страдает чувством отрыва от реальности. За время работы я поняла, что большинство моих проблем относится к классу «жемчуг мелок». Но песня сейчас не об этом, а о любви. О моей нежной любви к либеральной идеологии, которая подкреплена с левого фланга опытом гегемонской жизни, а с правого – участием в одном сетевом форуме.
Оговорюсь сразу: до этой дискуссии мне казалось, что я стою на правых экономических позициях. Беды нашей экономики, по-моему, не в том, что она либеральна, а в том, что она недостаточно либеральна. Я изо всех сил не хочу возвращения социализма и до недавнего времени все удивлялась, отчего у нас так активно не любят либералов. Ведь неплохие же люди, умные, трудолюбивые и иногда (чего в природе только не бывает) честные. В конце концов, можно их не любить пассивно. Да и среди людей с левыми убеждениями мне попадались нередко хорошие. Но вот как только они видят либерала – оскал, пена, глаза красные и поводок трещит. Неадекватная, словом, реакция.
Итак, поработала я на фабрике, попросыпалась в пять утра, подышала клеем, погрела обед на заводском термостате, повыдергивала скобки из подошв… словом, хлебнула немножко той жизни, которую не меньше половины нашего народа едят каждый день, всю жизнь и столовыми ложками. Я пыталась разгадать крутую загадку бытия: как можно прожить, работая 8 часов в день и зарабатывая около 20-30 долларов в месяц. Если бы у меня было столько смелости, сколько у Свв. Франциска и Доминика, я бы, возможно, сумела дожить на фабрике
до разрешения этой загадки. Однако ж ее не хватило – впрочем, это отдельная тема, которую я поднимать не буду. Скажу о главном: я поняла, почему такое количество народу голосует за коммунистов. По одной простой причине: люди знают, что с ними обходятся несправедливо, платя копейки за тяжелый и нужный обществу труд. Но ни у кого, кроме коммунистов, не хватает смелости сказать, что это несправедливо. Я сейчас не хочу говорить, насколько честны коммунисты. Я только заостряю внимание на важном факторе: одни коммунисты озвучивают то, что думают и чувствуют очень и очень многие.
Но, живя жизнью пролетария, внутре себя я оставалась интеллигентом, мне требовалась некоторая умственная жизнь, которой я жила по ночам на сетевом форуме. Вот на этом форуме мне и был явлен, так сказать, либерализм с человеческим лицом.
В вялой дискуссии, кажется, о шариатском семейном праве, я обронила слова «неравноценный обмен», имея в виду обмен труда на капитал между странами «первого мира» и странами «третьего».
Что тут началось. Мама моя родная. Воспроизвожу дословно.
Я: исламское право "программирует" общество на неравноценный обмен ничуть не меньше, чем евроамериканское потребительство.
Оппонент: Пардон, а где обмен и кто на что меняет?
Я: Как кто что? Труд на матценности, есснно.
Оппонент: Я дико извиняюсь, но поподробнее. Где именно происходит обмен? И почему он "неэквивалентный"?
Я: Дык, везде, где люди работают. А неэквивалентный - это когда тайский работяга получает 100 долларов в месяц за пайку таких же микросхем, за которые американский работяга получал бы 1500 долларов в месяц. Труд тайского работяги стоит дешевле, чем такой же - американского, поэтому обмен - неэквивалентный.
Оппонент: Ну мне прямо с вас смеяться хочется! Где ж он таки неэквивалентный? Если б тайский работяга жил в США - он и получал бы 1500, а не 100 (точнее, ничего б не получал, т.к. не паяют больше в Штатах схемы). За морем телушка полушка, да рупь перевоз, народ давно еще подметил.
Я: Это мне напоминает речь нашего бывшего мэра: "Если бы все могли жить в частных домах, то все бы в них и жили". Как насчет - я понимаю, что довольно архаичного - понятия "справедливость"?
Подключается второй оппонент (следите за ходом его мысли): О ногах и справедливости. Есть безногие и есть с ногами. Если безногому подарить машину, то это не есть точный эквивалент. Если заплатить ему деньги - тоже, а вот если отрезать ногастому ноги - запросто достигается справедливость. Вот такое интересное понятие: слово звучит красиво, а в том варианте, который достигается просто концентрированный раствор безобразия.
Первый оппонент: Применительно к экономике понятие "справедливость" принято заменять понятием "социализм". Неэкономическая это категория.
Стоп! Вот здесь прошу сделать паузу и съесть твикс.
Нота Бени: мой первый оппонент – христианин и довольно известный в Сети апологет Юрий Аммосов. По идее, экономические и нравственные категории (справедливость относится к последним) он должен различать. Вроде бы различает: справедливость, говорит, – категория неэкономическая. Но первая фраза опровергает вторую: как только справедливость прикладывают к экономике, получается социализм. Для него это само собой разумеется. Это не нужно даже доказывать. Капиталист не может справедливо оценивать труд своих рабочих. Априори. Как только попытается, он тем самым будет уже социалист, да?
Второй оппонент видит справедливость только в образе уравниловки, причем самой отвратительной. И чем дальше – тем дискуссия напряженней и показательней.
Я: Да. А я и не говорила, что мыслю экономическими категориями /справедливость, напомню, - нравственная/. Вы хотите сказать, что неэквивалентный обмен в интересах экономики? Флаг в руки. Но давайте назовем кошку кошкой.
Аммосов: Нет. См. N, который уже объяснил, что "эквивалентность" - это когда здоровому отрезают ноги.
Ужасти какие, правда? Если уж прибегать к таким аналогиям – то для безногих есть машины с ручным управлением. Но об этом оппоненты не вспоминают. Любая альтернатива видится им только в форме дикой крайности. А кто видит ее иначе – то левак и даже ультралевак.
Так я со своей умеренной «правостью» не успев моргнуть, оказалась на ультралевом фланге.
Аммосов: Пора б перестать мыслить в категориях lex talionis. То, что справедливо для отнимающего, несправедливо для отнимаемого. Что хорошо лентяю, плохо труженику. Словом, это не имеет никакого отношения к экономике, потому как "справедливость" - абсолютно субъективистская категория. (Очаровательно звучит в устах христианина, ну да ладно – О. Б.)
Великий Инквизитор, помнится, примерно так же излагал - "Накорми, тогда и спрашивай с них добродетели!" -- вот что напишут на знамени, которое воздвигнут против Тебя и которым разрушится храм Твой". Этакое "социальное служение", когда всех насильно евроокладом благодетельствовать велят - не столько помощь, сколько развращение.
Я: Платить столько, сколько человек зарабатывает - развращение?
2-й оппонент: А он столько и зарабатывает сколько ему платят.
Аммосов: Именно столько вашему несчастному таиландцу и платят. Я тоже зарабатываю меньше американца на аналогичной должности, но несправедливостью это не считаю. Я зарабатываю сообразно своему труду, американец - своему. В разных местах труд стоит по-разному, и экономические основания для этого очень просты - он самый немобильный из всех составных частей производства (труд, капитал, материалы, энергия и пр.)
И вот тут я попрошу еще раз сделать стоп. Потому что слово в слово Аммосов и второй мой оппонент повторили расхожий наш право-«либеральный» слоган: ты стоишь ровно столько, сколько тебе платят. Если платят столько, что ты не можешь на это жить – сам дурак. Или плохо работаешь, или не там работаешь или что-то еще.
Настало мне, думаю, время открыть карты и объяснить, что я не из третьих уст знаю о том, что такое неравноценный обмен труда на деньги.
Я: Не сыпьте мне соль на рану - я на днях с производства, где женщинам на обувном конвейере платят 40 баксов в месяц. Нужно быть лицемером, чтобы говорить, что восьмичасовой день ишачьей работы стоит два бакса.
Подключается третий оппонент:
3-й оппонент: Угу... Взять все и поделить? Уже было, может предложите что-то более жизнеспособное?
Стоп! Еще одна пауза.
Прошу обратить внимание: слова «взять и поделить» произнесла не я. По ходу дальнейшего спора много цитировали Булгакова, но все это была не я. Однако мою позицию упорно пытались проиллюстрировать цитатами из «Собачьего сердца». Это вообще очень популярный среди наших «новых правых» рассказ, как я погляжу. (На втором месте в хит-параде литературных пристрастий – строчка Бродского «Ворюга мне милей, чем кровопийца»).
Я: А как Вам такой вариант: платить человеку столько, чтобы он мог на эти деньги жить?
2-й оппонент: А как Вам вариант сдвинуть попу и заняться тем, за что платят как раз столько, что можно жить?
Я: N, ответьте мне на один простой вопрос: а почему такую же (на наши деньги) зарплату получают и люди, которые действительно делают хорошие и нужные вещи? Вот этот выверт экономики Вы чем обосновываете?
2-й оппонент: Кагеро, вы знаете, кто как вопрос задаст, тот то и получает в ответе. Ну такое я существо непонятное, что с некоторых пор я не задаю вопросы по профилю "Кто виноват", а исключительно "Что делать". Понимаете? Потому что возможно я тупой и ограниченный, но я просто НЕ ВИЖУ, что изменится после ответа на вопрос "Кто виноват".
3-й оппонент: Не надо искать виновных - это ни к чему не приведет, надо исправлять сложившееся положение.
Честно говоря, с этого места начиная, появляется такое ощущение, что я попала в театр абсурда. Я отнюдь не спрашивала «кто виноват». Я всего лишь констатировала факт: люди, которые много и хорошо работают, кое-где у нас порой живут плохо и получают мало. И слышала в ответ: а что вы предлагаете – взять все и поделить? Для начала, говорю я, давайте признаем, что очень многие люди в нашей стране зарабатывают незаслуженно мало. Потому что с мертвой точки что-либо сдвинется только при условии, что мы захотим сдвигать, а мы захотим, только если признаем status quo неудовлетворительным. Нет, он вполне удовлетворительный, говорят наши оппоненты, раз вы ничего не можете предложить. И da capo.
Если бы это была всего лишь отдельно взятая дискуссия на отдельно взятом форуме, тут не о чем было бы и огород городить. Ну да, трое-четверо граждан по каким-то причинам считают так, а не иначе. В конце концов на моей стороне тоже выступили несколько человек (немедленно записанные в леваки и социалисты).
Но в том-то и дело, что это не отдельно взятый форум в Сети так мыслит – в странах б. СССР есть нехилая прослойка людей, мыслящих подобным образом. Эти люди, как я понимаю, в массе своей социально активны, то есть, именно они делают дела в бизнесе и политике. Не самые большие дела – они скорее среднее управленческое звено. Они пишут в сетевой и обычной прессе. Делают телевидение. Сами себя они богатыми не считают – по их расчетам, им впритык хватает на самое необходимое: холодильник, пылесос, стиральную машину… Они много работают, именно к ним применимо определение «трудоголики». Поэтому мысль о том, что их зарплата может быть незаслуженно большой, им противна – по себе знаю. У них очень живо чувство, что они заработали каждую копейку из полученных. Может, оно и правильно. Выражаясь неэкономическими категориями – справедливо. Так с этим никто и не спорит. Но почему-то, едва заходит речь о том, что с рабочими и бюджетниками обходятся несправедливо, именно эта прослойка поднимает такой хай, словно именно сейчас начнут потрошить именно ее карманы.
Re: У них был перегрев
http://www.mises.org/fullstory.aspx?control=53&id=70
Лхе - это к чему?
С уважением,
Антрекот
Re: Лхе - это к чему?
2. Ну да, одной рукой провоцируем отказы (путем искусственного поддержания конкурентоспособности отрасли А - дешевыми кредитами - в ущерб отрасли Б), а другой страхуемся от них (поддерживая - уже, в свою очередь, адресно - отрасль Б).
Т.е. я понимаю, когда речь идет о каком-то страховочном фонде на случай, например, войны, когда "национальная консолидация" рвет торговые связи (так, кстати, было не всегда). Но пример с азиатским кризисом неудачен - потому что войны не было, а были разрушительные последствия регулирующих мер, частично скомпенсированные другими регулирующими мерами. Если ходить на костылях при здоровых ногах, костыли рано или поздно окажутся реально нужны, никто не спорит.
Pro stimulirovanie potreblenia - soglashus'
2. Vy neskol'ko nepravil'nyj primer privodite. Potomu chto doregulirovalis' u sosedej, a auknulos' by u nas, esli by my solomki ne podstelili. To est' ono vse ravno auknulos', no na porjadki men'she. Kak my mogli ih bankovskuju politiku menjat'? Vojnu Japonii objavljat'? Ili MVF (vot komu nado by, konechno...)?
S uvazheniem,
Antrekot
Re: Pro stimulirovanie potreblenia - soglashus'
По идее, если у "соседей" кризис взаимных обязательств, "нам" же должно быть лучше - скупаем их активы (от зданий до брендов) по дешевке и разворачиваем собственное производство.
Так мы частично это и сделали,
В результате наш доллар с 75 до 50 американских центов просел, пока все это устаканивалось (это я не в том смысле, что это само по себе плохо, это я о том, как нас тряхнуло).
С уважением,
Антрекот
Re: Так мы частично это и сделали,
"Было чем, потому что правительство озаботилось сохранением" -- в смысле?
Дотации и пр. нерентабельной отрасли объективно ведут к тому, что в этой отрасли задерживается больше капитала, чем задерживалось бы без дотаций. Но именно капитала, а не ликвидных активов типа "остатки на счетах" - если бы они там задерживались, отрасль обошлась бы без дотаций (а если действительно обошлась бы, но дотировалась, то вот вам и "паразитический класс" готов). А в другие отрасли, где могли бы накапливаться сливки, капитала идет меньше.
Единственное объяснение, которое я могу протянуть от и до - банки кредитовали "наши" нерентабельные отрасли вместо того, чтобы кредитовать "соседские" - искусственно-рентабельные и, следовательно, рискованные. Т.е. государство (читай налогоплательщики) фактически выплачивало проценты по займам нерентабельных отраслей. А не проще ли было (если уж считать чиновников a priori умней частных инвесторов) вложиться в заведомо рентабельные отрасли, хотя бы и очень чужие (типа, условно говоря, "добычи урана в Южной Африке")? Потому что очень уж схема похожа на советскую колхозную: кормить корову зерном, чтобы она производила ценный навоз для производства зерна.
Риски от того, что "они покупали наши товары, а теперь их не стало", в принципе неустранимы. Почему ими должен заниматься кто-то хитрый и большой, а не, скажем, страховые компании, - непонятно. Т.е. понятно в одном случае: хитрый и большой понимает некую опасность, но в принципе не может объяснить ее страховым компаниям. Скажем, если бы австралийское правительство собиралось объявить ядерную войну Японии и держало свое намерение в секрете, меры имели бы какой-то смысл. А так - нет.
Так этим в основном и занимаются частные лица
Государство framework для этого создает.
А почему не уран в Южной Африке? Потому что у Австралии паранойя. Потому что у нас хм, соседи. Потому что нас один раз в период депрессии уже пытались давить экономическим шантажом. Вот Сумчатландия и предпочитает на всякий пожарный случай все иметь и все уметь. Чтобы любое производство можно было развернуть за месяцы.
С уважением,
Антрекот