эффект (отлючение боли) длится не 6 часов, а пять, потом четыре, три и так далее. Уколоть еще раз нельзя - ПДД достигнуто, лишний укол - та же эвтаназия.Итак, прямой вопрос - какие выходы вы сейчас видите для таких людей?
К счастью, выход очень часто есть, о нем ниже. Но, допустим, воспользоваться им, по разным причинам, нельзя и дело обстоит точно так, как описано. Тогда я за то, чтобы дать в крайних случаях всякому неизлечимому онкобольному возможность повышать частоту обезболивания, убедившись, что он (или родитель больного ребенка) понимает и соглашается с опасностью передозировки, а ответственные специалисты письменно подтвердили, что другая возможность снятия сильной боли недоступна. Только я бы не стал это эвтаназией называть. Цель эвтаназии наверняка и безболезненно убить. Тут же цель -- дать уже привычное спасение от нестерпимых страданий. Еще не факт, что больной умрет от побочных эффектов его применения. ПДД для некоторых препаратов не определена, а для других установлена с запасом. Такое решение потребует изменения только медицинских нормативов, и оно не будет столь радикальным, как разрешение эвтаназии. А, значит, и добиться его легче. Вдобавок, при значительном прогрессе в технике обезболивания такая практика сама собой прекратится.
Сейчас, кстати, врача вынуждают опасаться не столько вреда здоровью больного, сколько репрессий за нарушение строгих правил обращения с наркотиками. Врач скорой может снять боль наркотиком у травмированного и доставить его в стационар, но не может отчитаться за дозу для домашнего больного -- нет такого в лицензии скорой. При том, что превышения ПДД не будет и жизни пациента этот укол не сократит.
Теперь о выходах.
1. В начале обезболивания концентрация наркотика превышает необходимый порог, боль возвращается, когда она падает. Если обеспечить постоянство концентрации (пластырь с фентанилом, капельница), то эффективность подрастет и при прежней дозе.
2. Толерантность (вследствие привыкания) может быть специфической. Тогда пытаемся менять теряющий эффективность препарат на другой.
2. Блокады, пролонгированная эпидуральная и субарахноидальная анестезия, даже хирургическое рассечение проводящих боль нервных путей. Тут есть примеры подобные Вашему.
У 40 больных в возрасте от 50 до 65 лет со злокачественными новообразованиями легких, молочной железы с вторичными изменениями в костях таза, нижних конечностей, ребрах выполнялась эпидуральная анестезия с целью купирования болевого синдрома. Болевой синдром был настолько сильный, что пациенты сутками находились в постели в вынужденном положение, а внутримышечное введение наркотических аналгетиков в сочетание с адъювантами приносило облегчение на 2-2,5 часа...
...Отмечено, что при эпидуральном введении даларгина с наркотическими аналгетиками существенно увеличивается время аналгезии, толерантность к последним развивается медленнее, снижается их суточная потребность и выраженность паранаркотических эффектов. Существенно то, что лей-энкефалин не вызывает зависимости, при его использовании не развивается тахифилаксия (или развивается очень медленно), и поэтому он пригоден к длительному применению. Кроме того, даларгин – препарат, не относящийся к официальному списку наркотических и сильнодействующих веществ, доступен для покупки в широкой аптечной сети и не обладает нежелательными свойствами наркотических аналгетиков.
4. Настрой страдающего может огромное значение иметь. Люди не замыкающиеся в страдании, вместе с верой, со смыслом жизни, близкими людьми или даже делом, которое никак нельзя бросить, получают силы и выносливость. У меня были случаи в этом убедиться.
Видители, как раз наркотики - та вещь, ПДД которой изучено особенно хорошо (в силу уже одной колоссальной медицинской статистики). И смертельные дозы (особенно, когда уже не первый день больного пользуют и можно сравнить реакцию с уже изученными примерами) любой врач назовет безошибочно. Спору нет, медицинские чудеса случаются, но рассчитывать на них законодательно было бы странно. Только не подумайте, что я тут возражаю - я-то, как вы понимате, всеми руками и ногами "за" такую поправку к законам. И не может не радовать факт, что если эвтаназию назвать другим словом и упомянуть, что "не исключен и случай выживания (не вдаваясь в подробности аспектов этого выживания)", то и самые яростные противники помощи в смерти согласятся на ее разрешение.
смертельные дозы ... любой врач назовет безошибочно Для взрослого (70 кг) смертельная суточная доза (обычных, не пролонгированных форм) морфина 100-500 мг (уже пятикратная разница в оценке), вследствие привыкания может увеличиваться до 3-4 г (т.е. возрастать многократно). Врач ограничен законом -- Государственной фармакопеей (таблица высших разовых и суточных доз, список А) 50 мг. Упаси, Боже, кого-нибудь на практике проверять эти мои соображения -- я компьютерщик, а не доктор.
Всеми руками и ногами голосовать не смогу, боюсь, что лучше оказаться на месте больного, чем на месте доктора вынужденного подписывать такие бумаги -- сострадательный надорвет сердце, более толстокожий совсем деформируется. Ой! Так, в сомнении, подниму один пальчик. В мире десятки миллионов тяжелых онкобольных, трем четвертям нужно обезболивание, четыре пятых из них можно удовлетворить стандартной трехступенчатой схемой ВОЗ. Остаются миллионы страдальцев. Большинству из них помогла бы квалифицированная помощь самых классных специалистов. Но кто-то таки останется в безвыходном положении. Тут или медикаментозная кома или такой сомнительный вариант. Может кома и лучше? Из нее можно вывести и посмотреть, не унялась ли боль. Не знаю.
Лично для меня есть надежда на еще одну дверцу. Не знаю, насколько пара дней острой зубной боли без анальгетиков попадает в тему, но некоторую надежду и этот опыт дает. В первый раз это было так, во второй я сначала растранжирил несколько дней отведенных на важное дело, а в последний момент пришлось выбирать -- лечить зуб или, вспомнив первый случай, исправлять положение. Хреново, но таки получилось :) Пока все разгреб, нарыв сам вскрылся и распухшая щека в норму пришла. Полюс мамин опыт, -- из совсем больного человека получилась хорошая сиделка у постели умиравшей бедной моей бабушки. Снова появилась более важная, чем боль забота и она снова смогла мобилизовать силы. В те полгода скорую для нее вызывали редко и это был первый год без привычной больницы.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
no subject
К счастью, выход очень часто есть, о нем ниже. Но, допустим, воспользоваться им, по разным причинам, нельзя и дело обстоит точно так, как описано. Тогда я за то, чтобы дать в крайних случаях всякому неизлечимому онкобольному возможность повышать частоту обезболивания, убедившись, что он (или родитель больного ребенка) понимает и соглашается с опасностью передозировки, а ответственные специалисты письменно подтвердили, что другая возможность снятия сильной боли недоступна. Только я бы не стал это эвтаназией называть. Цель эвтаназии наверняка и безболезненно убить. Тут же цель -- дать уже привычное спасение от нестерпимых страданий. Еще не факт, что больной умрет от побочных эффектов его применения. ПДД для некоторых препаратов не определена, а для других установлена с запасом. Такое решение потребует изменения только медицинских нормативов, и оно не будет столь радикальным, как разрешение эвтаназии. А, значит, и добиться его легче. Вдобавок, при значительном прогрессе в технике обезболивания такая практика сама собой прекратится.
Сейчас, кстати, врача вынуждают опасаться не столько вреда здоровью больного, сколько репрессий за нарушение строгих правил обращения с наркотиками. Врач скорой может снять боль наркотиком у травмированного и доставить его в стационар, но не может отчитаться за дозу для домашнего больного -- нет такого в лицензии скорой. При том, что превышения ПДД не будет и жизни пациента этот укол не сократит.
Теперь о выходах.
1. В начале обезболивания концентрация наркотика превышает необходимый порог, боль возвращается, когда она падает. Если обеспечить постоянство концентрации (пластырь с фентанилом, капельница), то эффективность подрастет и при прежней дозе.
2. Толерантность (вследствие привыкания) может быть специфической. Тогда пытаемся менять теряющий эффективность препарат на другой.
2. Блокады, пролонгированная эпидуральная и субарахноидальная анестезия, даже хирургическое рассечение проводящих боль нервных путей. Тут есть примеры подобные Вашему.
У 40 больных в возрасте от 50 до 65 лет со злокачественными новообразованиями легких, молочной железы с вторичными изменениями в костях таза, нижних конечностей, ребрах выполнялась эпидуральная анестезия с целью купирования болевого синдрома. Болевой синдром был настолько сильный, что пациенты сутками находились в постели в вынужденном положение, а внутримышечное введение наркотических аналгетиков в сочетание с адъювантами приносило облегчение на 2-2,5 часа...
...Отмечено, что при эпидуральном введении даларгина с наркотическими аналгетиками существенно увеличивается время аналгезии, толерантность к последним развивается медленнее, снижается их суточная потребность и выраженность паранаркотических эффектов. Существенно то, что лей-энкефалин не вызывает зависимости, при его использовании не развивается тахифилаксия (или развивается очень медленно), и поэтому он пригоден к длительному применению. Кроме того, даларгин – препарат, не относящийся к официальному списку наркотических и сильнодействующих веществ, доступен для покупки в широкой аптечной сети и не обладает нежелательными свойствами наркотических аналгетиков.
4. Настрой страдающего может огромное значение иметь. Люди не замыкающиеся в страдании, вместе с верой, со смыслом жизни, близкими людьми или даже делом, которое никак нельзя бросить, получают силы и выносливость. У меня были случаи в этом убедиться.
no subject
Только не подумайте, что я тут возражаю - я-то, как вы понимате, всеми руками и ногами "за" такую поправку к законам. И не может не радовать факт, что если эвтаназию назвать другим словом и упомянуть, что "не исключен и случай выживания (не вдаваясь в подробности аспектов этого выживания)", то и самые яростные противники помощи в смерти согласятся на ее разрешение.
no subject
Для взрослого (70 кг) смертельная суточная доза (обычных, не пролонгированных форм) морфина 100-500 мг (уже пятикратная разница в оценке), вследствие привыкания может увеличиваться до 3-4 г (т.е. возрастать многократно). Врач ограничен законом -- Государственной фармакопеей (таблица высших разовых и суточных доз, список А) 50 мг. Упаси, Боже, кого-нибудь на практике проверять эти мои соображения -- я компьютерщик, а не доктор.
Всеми руками и ногами голосовать не смогу, боюсь, что лучше оказаться на месте больного, чем на месте доктора вынужденного подписывать такие бумаги -- сострадательный надорвет сердце, более толстокожий совсем деформируется. Ой! Так, в сомнении, подниму один пальчик. В мире десятки миллионов тяжелых онкобольных, трем четвертям нужно обезболивание, четыре пятых из них можно удовлетворить стандартной трехступенчатой схемой ВОЗ. Остаются миллионы страдальцев. Большинству из них помогла бы квалифицированная помощь самых классных специалистов. Но кто-то таки останется в безвыходном положении. Тут или медикаментозная кома или такой сомнительный вариант. Может кома и лучше? Из нее можно вывести и посмотреть, не унялась ли боль. Не знаю.
Лично для меня есть надежда на еще одну дверцу. Не знаю, насколько пара дней острой зубной боли без анальгетиков попадает в тему, но некоторую надежду и этот опыт дает. В первый раз это было так, во второй я сначала растранжирил несколько дней отведенных на важное дело, а в последний момент пришлось выбирать -- лечить зуб или, вспомнив первый случай, исправлять положение. Хреново, но таки получилось :) Пока все разгреб, нарыв сам вскрылся и распухшая щека в норму пришла. Полюс мамин опыт, -- из совсем больного человека получилась хорошая сиделка у постели умиравшей бедной моей бабушки. Снова появилась более важная, чем боль забота и она снова смогла мобилизовать силы. В те полгода скорую для нее вызывали редко и это был первый год без привычной больницы.