![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Глава 5
Глава 5
Черная звезда
Господин Эрнистир отложил прочитанное донесение и дважды ударил молоточком в медное кольцо. Секретарь знал, что это означает: впустить посетителя. Глава Тайной службы не любил лишних разговоров, предпочитая систему сигналов, которая сложилась у них с секретарем как-то сама собой за сорок лет совместной службы. Все, кто находился в подчинении у господина Эрнистира, очень быстро улавливали суть этой системы и тоже действовали без лишних слов, повинуясь привычке, почти ритуалу.
Дамрод вошел в кабинет, молча поклонился и молча же сел в кресло перед столом. Господин Эрнистир поводил рукой над несколькими ворохами бумаг на столе и выудил кипу листов, исписанных четким полууставом.
- Подобен вихрю красного песка, - без выражения прочитал господин Эрнистир, – быстрее птицы, легче лепестка, в полночный край летел мой конь гнедой, вздымая пыль на лигу за собой… И так одиннадцать страниц. Ты можешь это объяснить?
- Я скучал, - Дамрод пожал плечами. – Капитан Берелах – тоже.
- Понятно. Надеюсь, ты не поступился правдой ради удачной рифмы.
- Никоим образом. Конь действительно был превосходный, на харадском тракте меня ждала засада, их было четверо, кольчуга показала себя очень хорошо, и если бы самострелы были у троих, а не у одного – они бы даже справились.
- Как ты думаешь, кто это был?
- Стрелок и двое рубак – харадцы, а вот четвертый, главный – гондорец, причем готов биться об заклад – из Пеларгира. Я знаю, кто ковал его коня, у этого мастера есть личное клеймо…
- Это еще ничего не значит, он мог просто подковать коня в Пеларгире. Куда ты его ранил?
- В бедро и в лицо. У него должен быть надрублен нос.
- Это хорошая примета, мы постараемся его найти, - господин Эрнистир отложил стихотворный доклад в сторону. – В следующий раз борись со скукой каким-нибудь иным способом.
- Эти доклады все равно пишут для того, чтобы их не читать… - поморщился Дамрод.
- Ошибаешься. Его величество обеспокоен пропажей людей на юге, и твой доклад он читать будет. Есть хорошее извинение тому, что почерк не твой: ты был ранен в правую руку. Но кому-то из моих людей придется потратить время на то, чтобы переписать его прозой. Или ты хочешь, чтобы государь с его эльфийским вкусом оценил твои стихи?
- Упаси меня все святые силы!
- Наверное, имело бы смысл заставить переписать все это тебя… Но ты, к сожалению, обоерукий только как мечник, не как писарь. Зачем ты опять поднял бузу?
- Если бы я не поднял бузы, это было бы странно. Не в моем духе.
- Ты хватил через край.
- Это как раз в моем духе.
- Что делал в доме Хэрумора бывший капитан итилиенской стражи?
- Спросите у него сами.
- Где ты с ним познакомился?
- Да там же, в доме свояка.
- Врешь. Когда он накричал на тебя, ты назвал его по имени, и прибавил, что не ожидал его там увидеть. Раньше ты знаком с ним не был. Берелах – его сын. Ты ехал от Пеларгира не по тракту, а через Эмин Арнен, лишь затем, чтобы привезти Борласу какую-то весточку от сына, да прийти поскандалить в дом к бабе, которую тебе уже давно пора забыть! Ты становишься ненадежным, Дамрод.
- Неправда ваша. Я передал свое донесение курьеру еще в Пеларгире, и господин Келас отпустил меня по ранению. Я находился не на службе и имел право заехать в дом к кому считаю нужным и передать ему что хочу.
- Это обычный курьер может быть не на службе, - сказал господин Эрнистир. – А мы с тобой на службе всегда, пока мне обратного не сказал Государь, а тебе, соответственно, я. Раненые, больные, мертвые. И если я тебе говорю, что ты становишься ненадежным, твое дело принять это к сведению. Потому что второго предупреждения не будет. Уходи, лечи руку, жди дальнейших распоряжений.
Когда Дамрод исчез, господин Эрнистир переплел пальцы и хрустнул ими, вывернув руки ладонями наружу. Посмотрел в донесение – не то, что должно стать достоянием Королевской Палаты, буде Палата его запросит, а то, что Дамрод передал в Пеларгире другому курьеру – свежему, не раненому и без особых полномочий.
Корабли не исчезают бесследно в виду берега, при тихом ветре и хорошей опытной команде. Точнее – так может исчезнуть один корабль, два – но не три. Сначала, когда исчезла малая барка, принадлежащая Королевскому Флоту, решили, что дело в неумелости мореходов. Но потом пропало торговое судно с Тол Фаласа, а совсем недавно – большой охраняемый умбарский корабль.
Три корабля не могли разбиться, не оставив совсем никаких следов, в таком узком месте, где постоянно кто-то ходит. Нашлись бы обломки на воде, нашлись бы уцелевшие, всплыли бы трупы, в конце концов – на умбарском корабле было больше ста человек. Если же корабль захватывают пираты – они делают это ради наживы. Где-то всплывет товар, где-то, глядишь, и сам корабль, переоснащенный да перекрашенный… Людей могут продать в рабство. Могут, конечно, и побросать всех за борт, перерезав глотки – но чтоб пираты позаботились о полном сокрытии следов? Это невозможно, особенно когда добыча такова, как тот охраняемый умбарский корабль. Умбарцы – не овечки, они потрепали бы пиратов, и в отлив на отмелях отыскали бы не одно ощипанное крабами тело… Да и зачем пиратам понадобился бы легкий военный барк? С какой стороны ни глянь – неважная добыча.
Но следовало проверить все – и люди Тайной Стражи искали корабли, товар и людей. Проверяли даже безумное предположение, что они угнаны в Ханд. Дамрод взял столько своих полуорков, сколько смог безопасно забрать от князя Кириана, и прошел с ними от истоков Нурн до истоков Пороса. Тщетно – на тайных дорогах хандских работорговцев эти люди не появлялись, у немногочисленных орков в Горах тени – тоже.
А Дамрода, который отправился с донесением, ждали на Харадском тракте, у переправы через Порос. Ждали, зная, что туда за ним придет корабль. Значит, следы ведут в Южный Гондор, в Пеларгир, в Адмиралтейство. Где-то там находится тот, кто знает ответ на вопросы. Если не на все, то хотя бы на некоторые. Цепочку, по которой передавали команду капитану Берелаху, восстановить нетрудно; трудней устроить старую, как этот мир, проделку с выдачей каждому в цепочке разных сведений, но и это можно. Одно плохо – это потребует времени. А семья Магистра князя Имиргиля, пропавшего вместе с кораблем, этого времени не даст.
Поэтому Государь решил попробовать с Палантиром, и пробовал четыре дня. Он осунулся, под глазами залегли глубокие тени – но, поелику он Государь – никто не в силах был ему этого запретить. И он, Эрнистир, мог только советовать Государю не слишком переутомляться – и напоминать о том, что Палантиры Осгилиата и Барад-Дура все еще не найдены. Благо, если они так и лежат где лежали – один на дне Андуина, другой - в руинах Барад-Дура. Но если их уже кто-то подобрал? И понял, как можно пустить их в ход? Да, государь Элессар пользовался Палантиром во время войны. Время было отчаянное, и требовало отчаянных действий. Государь многим рисковал, но не более, чем рисковали другие – хотя бы те хафлинги, что несли Кольцо…
Когда Эрнистир в последний раз затеял этот разговор, Государь печально посмотрел на него и спросил:
- А чем рискуют мои пропавшие без вести подданные? Чем рискуют те, кто погибнет, если в Умбаре снова вспыхнет мятеж из-за исчезновения Магистра? Разве я для своих подданных – менее Король, чем мой отец?
Эрнистир выбросил на стол последний довод:
- Вы ведь не знаете толком ничего ни о кораблях, ни о людях, с ними пропавших. Вы знаете только место – но даже вы не в силах осматривать этот пролив дни и ночи напролет. Прежде чем возвращаться к поискам – нужно продумать их стратегию. Выяснить, что именно объединяло пропавшие корабли и искать по этому признаку. На худой конец – поговорить с родичами князя, чтобы создать более прочную связь между ним и собой. Иначе – это лишь напрасная трата сил.
Государь внял этим доводам, но лишь до поры до времени. Эрнистир знал, что как только появится хоть малейшая зацепка – он опять возьмется за Палантиры.
Жаль, что Дамрод не нашел никакой зацепки. А с другой стороны…
Господин Эрнистир ругнулся. Зачем нелегкая понесла Дамрода к отцу Берелаха? Почему бывший капитан Итилиенской стражи потащился тем же вечером в дом Хэрумора? Зачем Дамрод устроил там скандал – неужели затем, чтобы эта встреча Борласа и Хэрумора не осталась незамеченной? Может, этот шалый напал на какой-то след? Господин Эрнистир не задавался вопросом – почему в таком случае Дамрод молчит. Он уже знал, что подчиненный скрытен и не любит полусырых версий. Если он сам решил проверить старика – то сам и расскажет, каков был итог проверки. Дамрод – из тех, кого не нужно ни подстегивать, ни осаживать, они от этого хуже работают.
Черная звезда
Господин Эрнистир отложил прочитанное донесение и дважды ударил молоточком в медное кольцо. Секретарь знал, что это означает: впустить посетителя. Глава Тайной службы не любил лишних разговоров, предпочитая систему сигналов, которая сложилась у них с секретарем как-то сама собой за сорок лет совместной службы. Все, кто находился в подчинении у господина Эрнистира, очень быстро улавливали суть этой системы и тоже действовали без лишних слов, повинуясь привычке, почти ритуалу.
Дамрод вошел в кабинет, молча поклонился и молча же сел в кресло перед столом. Господин Эрнистир поводил рукой над несколькими ворохами бумаг на столе и выудил кипу листов, исписанных четким полууставом.
- Подобен вихрю красного песка, - без выражения прочитал господин Эрнистир, – быстрее птицы, легче лепестка, в полночный край летел мой конь гнедой, вздымая пыль на лигу за собой… И так одиннадцать страниц. Ты можешь это объяснить?
- Я скучал, - Дамрод пожал плечами. – Капитан Берелах – тоже.
- Понятно. Надеюсь, ты не поступился правдой ради удачной рифмы.
- Никоим образом. Конь действительно был превосходный, на харадском тракте меня ждала засада, их было четверо, кольчуга показала себя очень хорошо, и если бы самострелы были у троих, а не у одного – они бы даже справились.
- Как ты думаешь, кто это был?
- Стрелок и двое рубак – харадцы, а вот четвертый, главный – гондорец, причем готов биться об заклад – из Пеларгира. Я знаю, кто ковал его коня, у этого мастера есть личное клеймо…
- Это еще ничего не значит, он мог просто подковать коня в Пеларгире. Куда ты его ранил?
- В бедро и в лицо. У него должен быть надрублен нос.
- Это хорошая примета, мы постараемся его найти, - господин Эрнистир отложил стихотворный доклад в сторону. – В следующий раз борись со скукой каким-нибудь иным способом.
- Эти доклады все равно пишут для того, чтобы их не читать… - поморщился Дамрод.
- Ошибаешься. Его величество обеспокоен пропажей людей на юге, и твой доклад он читать будет. Есть хорошее извинение тому, что почерк не твой: ты был ранен в правую руку. Но кому-то из моих людей придется потратить время на то, чтобы переписать его прозой. Или ты хочешь, чтобы государь с его эльфийским вкусом оценил твои стихи?
- Упаси меня все святые силы!
- Наверное, имело бы смысл заставить переписать все это тебя… Но ты, к сожалению, обоерукий только как мечник, не как писарь. Зачем ты опять поднял бузу?
- Если бы я не поднял бузы, это было бы странно. Не в моем духе.
- Ты хватил через край.
- Это как раз в моем духе.
- Что делал в доме Хэрумора бывший капитан итилиенской стражи?
- Спросите у него сами.
- Где ты с ним познакомился?
- Да там же, в доме свояка.
- Врешь. Когда он накричал на тебя, ты назвал его по имени, и прибавил, что не ожидал его там увидеть. Раньше ты знаком с ним не был. Берелах – его сын. Ты ехал от Пеларгира не по тракту, а через Эмин Арнен, лишь затем, чтобы привезти Борласу какую-то весточку от сына, да прийти поскандалить в дом к бабе, которую тебе уже давно пора забыть! Ты становишься ненадежным, Дамрод.
- Неправда ваша. Я передал свое донесение курьеру еще в Пеларгире, и господин Келас отпустил меня по ранению. Я находился не на службе и имел право заехать в дом к кому считаю нужным и передать ему что хочу.
- Это обычный курьер может быть не на службе, - сказал господин Эрнистир. – А мы с тобой на службе всегда, пока мне обратного не сказал Государь, а тебе, соответственно, я. Раненые, больные, мертвые. И если я тебе говорю, что ты становишься ненадежным, твое дело принять это к сведению. Потому что второго предупреждения не будет. Уходи, лечи руку, жди дальнейших распоряжений.
Когда Дамрод исчез, господин Эрнистир переплел пальцы и хрустнул ими, вывернув руки ладонями наружу. Посмотрел в донесение – не то, что должно стать достоянием Королевской Палаты, буде Палата его запросит, а то, что Дамрод передал в Пеларгире другому курьеру – свежему, не раненому и без особых полномочий.
Корабли не исчезают бесследно в виду берега, при тихом ветре и хорошей опытной команде. Точнее – так может исчезнуть один корабль, два – но не три. Сначала, когда исчезла малая барка, принадлежащая Королевскому Флоту, решили, что дело в неумелости мореходов. Но потом пропало торговое судно с Тол Фаласа, а совсем недавно – большой охраняемый умбарский корабль.
Три корабля не могли разбиться, не оставив совсем никаких следов, в таком узком месте, где постоянно кто-то ходит. Нашлись бы обломки на воде, нашлись бы уцелевшие, всплыли бы трупы, в конце концов – на умбарском корабле было больше ста человек. Если же корабль захватывают пираты – они делают это ради наживы. Где-то всплывет товар, где-то, глядишь, и сам корабль, переоснащенный да перекрашенный… Людей могут продать в рабство. Могут, конечно, и побросать всех за борт, перерезав глотки – но чтоб пираты позаботились о полном сокрытии следов? Это невозможно, особенно когда добыча такова, как тот охраняемый умбарский корабль. Умбарцы – не овечки, они потрепали бы пиратов, и в отлив на отмелях отыскали бы не одно ощипанное крабами тело… Да и зачем пиратам понадобился бы легкий военный барк? С какой стороны ни глянь – неважная добыча.
Но следовало проверить все – и люди Тайной Стражи искали корабли, товар и людей. Проверяли даже безумное предположение, что они угнаны в Ханд. Дамрод взял столько своих полуорков, сколько смог безопасно забрать от князя Кириана, и прошел с ними от истоков Нурн до истоков Пороса. Тщетно – на тайных дорогах хандских работорговцев эти люди не появлялись, у немногочисленных орков в Горах тени – тоже.
А Дамрода, который отправился с донесением, ждали на Харадском тракте, у переправы через Порос. Ждали, зная, что туда за ним придет корабль. Значит, следы ведут в Южный Гондор, в Пеларгир, в Адмиралтейство. Где-то там находится тот, кто знает ответ на вопросы. Если не на все, то хотя бы на некоторые. Цепочку, по которой передавали команду капитану Берелаху, восстановить нетрудно; трудней устроить старую, как этот мир, проделку с выдачей каждому в цепочке разных сведений, но и это можно. Одно плохо – это потребует времени. А семья Магистра князя Имиргиля, пропавшего вместе с кораблем, этого времени не даст.
Поэтому Государь решил попробовать с Палантиром, и пробовал четыре дня. Он осунулся, под глазами залегли глубокие тени – но, поелику он Государь – никто не в силах был ему этого запретить. И он, Эрнистир, мог только советовать Государю не слишком переутомляться – и напоминать о том, что Палантиры Осгилиата и Барад-Дура все еще не найдены. Благо, если они так и лежат где лежали – один на дне Андуина, другой - в руинах Барад-Дура. Но если их уже кто-то подобрал? И понял, как можно пустить их в ход? Да, государь Элессар пользовался Палантиром во время войны. Время было отчаянное, и требовало отчаянных действий. Государь многим рисковал, но не более, чем рисковали другие – хотя бы те хафлинги, что несли Кольцо…
Когда Эрнистир в последний раз затеял этот разговор, Государь печально посмотрел на него и спросил:
- А чем рискуют мои пропавшие без вести подданные? Чем рискуют те, кто погибнет, если в Умбаре снова вспыхнет мятеж из-за исчезновения Магистра? Разве я для своих подданных – менее Король, чем мой отец?
Эрнистир выбросил на стол последний довод:
- Вы ведь не знаете толком ничего ни о кораблях, ни о людях, с ними пропавших. Вы знаете только место – но даже вы не в силах осматривать этот пролив дни и ночи напролет. Прежде чем возвращаться к поискам – нужно продумать их стратегию. Выяснить, что именно объединяло пропавшие корабли и искать по этому признаку. На худой конец – поговорить с родичами князя, чтобы создать более прочную связь между ним и собой. Иначе – это лишь напрасная трата сил.
Государь внял этим доводам, но лишь до поры до времени. Эрнистир знал, что как только появится хоть малейшая зацепка – он опять возьмется за Палантиры.
Жаль, что Дамрод не нашел никакой зацепки. А с другой стороны…
Господин Эрнистир ругнулся. Зачем нелегкая понесла Дамрода к отцу Берелаха? Почему бывший капитан Итилиенской стражи потащился тем же вечером в дом Хэрумора? Зачем Дамрод устроил там скандал – неужели затем, чтобы эта встреча Борласа и Хэрумора не осталась незамеченной? Может, этот шалый напал на какой-то след? Господин Эрнистир не задавался вопросом – почему в таком случае Дамрод молчит. Он уже знал, что подчиненный скрытен и не любит полусырых версий. Если он сам решил проверить старика – то сам и расскажет, каков был итог проверки. Дамрод – из тех, кого не нужно ни подстегивать, ни осаживать, они от этого хуже работают.
no subject
- Спросите у него сами.
Странный какой-то тон. Практически оскорбительный. Этот Эрнистир непосредственно подчиняется Королю, отвечает за разведку, у него в подчинении толпа этих... особых курьеров. Почему и зачем он будет у Борласа спрашивать сам? Это даже по отношению к самому Борласу было бы невежливо - интересоваться частными делами Борласа с такой высокой колокольни, как должность Эрнистира. Тем паче, что Эрнистир "не при исполнении" не бывает, о чём говорит сам, и что Борлас, надо думать, тоже понимает - в своё время занимал пост достаточно высокий для миропознания...
Или это намёк - "слишком крупная птица, чтобы я у неё спрашивал, она больше вам по масштабу подходит"? Нет, не так звучит.