![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
"Теперь я - король демонов". Продолжение.
Группа косплейных иностранцев из экзотического городка в две минуты превратилась в героев саспенс-драмы. Не, нифига это никакой не тематический парк.
И как я, дурак, сразу этого не понял. Но все-таки, где я? Воздух чистый – я что, в Ниигате? Или в России где-то, в деревне? А как это меня сюда отправили так быстро?
Эй, русские! Вы чего камнями кидаетесь, больно же!
В японца надо камнями покидать, чтобы до него дошло, что он не в тематическом парке. Ну что это за привычка – кидаться камнями вместо того. чтобы искать взаимопонимания? Сколько бы ни стоил ваш аттракцион, но нападать на человека за бесплатный проход с камнями и всякими мотыгами – немного чересчур… Понимаете, у меня тут кошелек отобрали, так что мне и платить-то нечем! Я потом занесу как-нибудь!
Ох, да тут где-нибудь есть хоть один телефон? Я бы в Японию позво… В Японию? Камни, грязь, здоровущие вилы в руках поселян… Я повернулся к ним спиной и побежал от них прочь, чувствуя, что вот-вот расплачусь как ребенок.
Небо по-прежнему оставалось пустым и голубым. Янки перехватили меня в четыре часа дня, а тут как будто и полдень еще не наступил. Мог я проваляться без сознания больше пятнадцати часов? Так, что посреди дороги поблизости от села меня никто не обнаружил? Например, охрана тематического парка?
Хотя майский день был солнечным, моя школьная форма никак не сохла. Я чувствовал себя страшно одиноко, а голова трещала от вопросов, которые некому было задать. А может, от того, что я трснулся лбом о землю.
За мной гнались, в меня швыряли камнями без всякой причины, и никто не шел на помощь...
Как вдруг раздался громкий властный голос, прокричавший какую-то команду. Я остановился и поднял голову с чувством благодарности – этот мужик явно скомандовал прекратить обстрел. Камни больше не летели в меня.
- К-к… - промямлил я, вытаращив глаза на всадника, чей голос остановил поселян. Вообще-то я хотел сказать «Кто вы?», но язык почему-то заплетался.
Одежда у него покроем не очень отличалась от прикида этих поселян, но была сшита из роскошной ткани, один слой – сверкающая парча, другой – тонкий газ. Мужик, затянутый в эту суперскую одежку, сошел с коня и в два шага приблизился ко мне.
Ох и квадрат! Такому только в американский футбол играть! Я бы, растопырив руки, не мог коснуться его плечей. Волосы, правда, подгуляли – хоть и золотые, но уже редеют. И голубые глаза слегка косят влево. Зато нос – что называется, римский, на подбородке – ямка, словом – шикарный мачо белой расы. Как раз такой экземпляр, с какими обожают фотографироваться японские девочки, балдеющие от иностранцев – а зрелые тетки пихают им деньги в трусы. Недостатком можно было бы назвать разве что крупные треугольные ноздри.
Про себя я назвал этого дядьку Дэнвером Бронкосом . Что-то мне показалось, что он для этой команды больше всего подошел бы.
Он что-то сказал этим поселянам, и они опустились перед ним на колени.
- Э-э-э, большое спасибо, что угомонили их, - сказал я.
Мужик молча развернулся ко мне, и своими лапищами стиснул мою голову.
Блин, подумал я, как бы он сейчас не послал ее в долгий пас на 90 ярдов. Мне такой тачдаун нафиг не нужен.
Но он только соединил пальцы у меня на макушке и несклько секунд не двигался.
- Ы-ы-ы… - тихонечко вякнул я, когда вдруг стало больно. Но не от его рук, а как-то изнутри. Я решил поначалу, что это запоздалый шок.
Вместе с болью так же запоздало пришел страх, и он был сильней.
Как только этот дядька убрал свои ладони, в уши мне прямо-таки хлынули звуки. Как будто воду лили через уши прямо в мозг. Шум ветра, шелест деревьев, голоса животных, плач младенца где-то поблизости, людская речь – все это вдруг сделалось очень четким, а люди разом заговорили по-японски. Ух ты! А еще пять минут назад ни слова не понимали. Вот было бы здорово, если бы все туристы так могли – раз, и научиться!
А ведь делали вид, что не понимают. Вредные люди все-таки.
Супермачо улыбнулся во весь рот.
- Ну как? теперь понимаешь нашу речь?
- Ой, вы очень хорошо говорите, чисто и без напряжения – прямо даже не скажешь, что вы иностранец, до того свободно получается! Акцента совсем не слышно.
- Спасибо. Опиши-ка мне свое положение.
- Ну я, это, попал сам не знаю, куда, который час – тоже не знаю, часы с собой не взял, мобильник забрали… Так что – это – спасибо – вам – большое, и – извините, - я старался говорить почетче, иностранец все-таки, - но – не – могли – бы – вы – объяснить, где – это – я?
- Что? – Дэнвер Бронкос, уперев руки в боки, посмотрел на меня сверху вниз. – Мало того, что на нового короля демонов и смотреть неловко, так он еще и глуповат?
Глуповат?
- Вы лучше выбирайте выражения. Все-таки вы меня видите в первый раз, а я, между прочим, ранимый подросток!
И я гордо вскинул голову. Дурацкая привычка, знаю.
И, чисто так, между нами - со времен младшей школы я показывал нехилые способности в логике и математике. Когда показывают викторину, я успеваю дать ответ раньше, чем замигает красная лампочка! А на уроках музыки я с первых тактов узнавал Турецкий Марш, еще в четвертом классе! Учительница музыки была в меня просто влюблена за это.
- И, совсем уж начистоту – в центральной высшей школе префектуры , где я учусь, середнячков не держат. Но даже там мне все завидуют – а ведь я всего полгода как вернулся из Бостона! Словом, никто и никогда меня не называл дураком – и тут здрасьте вам, глуповат!
На самом деле, имея отца – банковскую элиту, и братца-Хитоцубаси , я вовсе не чувствовал себя выдающимся интеллектуалом – так, на уровне средней температуры по палате. Но не мог же я уронить честь семьи! Особенно перед всякой деревенщиной.
- Похоже, что ты и вправду сын Фелиции...
- Фели… кого? Это какая-то местная аристократка? – мне кажется, я опять растерял все слова. Языковой барьер приобретал глобальные размеры.
Блин, ну не можетже персонал тематического парка так вот просто обзывать клиентов дураками. В индустрии обслуживания гость – это бог! Так мне, по крайней мере, рассказывали про японский персонал.
Тут кто-то из этих косплейных поселян заорал дурным голосом:
- Он демон!
- Уберите детей, пока он их не сглазил!
- Да поздно уже, теперь всю деревню придется спалить, как Кентенау двадцать лет назад…
- Брось, он совсем молод и не вооружен – так что, может, и пронесет… Глаза и волосы у него совсем черные, такая редкая пташка сама в руки прилетела! Они не стареют и не умирают – за таких рабов на западе дают хорошие деньги.
- Да, и я тоже слышал, что за одну маленькю птичку можно выручить кругленькую сумму…
- Он же демон! Даром, что невооружен – как колданет!
- Ну и что? С нами сам господин Адальберт, нешто он не поможет? Господин Адальберт, силой божьей сдержите-ка этого демона, пока он нам вреда не наделал!
О чем это они? Хотя я и понимал теперь их речь, но смысл ее доходил до меня туго.
Кто-то, я не успел заметить, кто, ударил меня в левый висок, и я почти потерял сознание. Погодите! Вы чего? Зачем бить? Я что, выгляжу таким страшным? Эй, у меня есть право защищать свои человеческие права! И право на убежище! И на допустимую самооборону!
Только без паники!
Вот блин. У этих поселян сделались такие лица, словно они сейчас будут драться не на жизнь, а насмерть. А этот мужик, Адельберт, и пальцем не думает шевелить. А ведь таскает зачем-то здоровый меч, весь из себя грозный такой!
- Эй, вы, успокойтесь, - процедил он сквозь зубы. – Может быть, стоит тебе кое-что объяснить…
И тут откуда-то послышался ритмичный стук. Он быстро приближался, и вся публика повернулась в ту сторону.
Я вдруг понял, что это стук копыт. Несколько лошадей неслись во весь опор, и земля слегка подрагивала в такт их бегу. Такой мощный звук!
- Ю-ри! – крикнул мне всадник, летящий впереди всех.
Опа. Принц на белом коне, мчится меня спасать…
- Ка… - промямлил я. При виде такого зрелища можно ограничиться только одним "ка" и не проговаривать "кого хрена". Все и так поймут.
И хотя из троих всадников ни один не скакал на белой лошади, в моем положении харчами перебирать не приходилось.
А над ними…
За пятнадцать лет и девять месяцев своей жизни я и в натуре не видел, и вообразить не мог такого. В синем небе порхал скелет, так, как бцудто скелеты только и делают, что летают – коричневатый от старости, словно из бамбука свинченный, а крылья – как промасленная бумага: хлоп-хлоп-хлоп!
Может, в нашем мире скелеты не летают потому что никто не догадывается приделывать к ним крылья? Если его сделали, то сделали офигительно. На чем он держится? На рояльных струнах подвешен? Или у него независимый источник питания и пропеллер? Что-то не видно ни того, ни другого… Ну и сооружение!
- Адальберт, убирайся! – скачуший во главе всадник сдвинул черные брови. Конь под ним был гнедой, а из ножен он выхватил меч, и его спутники – тоже. Выглядел он… ну как будто из Японской Конноспортивной Ассоциации. И, похоже, вся эта гоп-компания хорошо его знала. Этот молодой парень выглядел и говорил как прирожденный лидер, лицо и голос серьезные такие, двое других явно были его подчиненными.
- Не причинять вреда простолюдинам! Это не солдаты, помните!
- Так точно, ваша милость!
Примечания
Дэнвер Бронкос - профессиональная футбольная команда из штата Колорадо
Хитоцубаси - престижнейший университет Японии, если говорить о социальных и экономических науках.
И как я, дурак, сразу этого не понял. Но все-таки, где я? Воздух чистый – я что, в Ниигате? Или в России где-то, в деревне? А как это меня сюда отправили так быстро?
Эй, русские! Вы чего камнями кидаетесь, больно же!
В японца надо камнями покидать, чтобы до него дошло, что он не в тематическом парке. Ну что это за привычка – кидаться камнями вместо того. чтобы искать взаимопонимания? Сколько бы ни стоил ваш аттракцион, но нападать на человека за бесплатный проход с камнями и всякими мотыгами – немного чересчур… Понимаете, у меня тут кошелек отобрали, так что мне и платить-то нечем! Я потом занесу как-нибудь!
Ох, да тут где-нибудь есть хоть один телефон? Я бы в Японию позво… В Японию? Камни, грязь, здоровущие вилы в руках поселян… Я повернулся к ним спиной и побежал от них прочь, чувствуя, что вот-вот расплачусь как ребенок.
Небо по-прежнему оставалось пустым и голубым. Янки перехватили меня в четыре часа дня, а тут как будто и полдень еще не наступил. Мог я проваляться без сознания больше пятнадцати часов? Так, что посреди дороги поблизости от села меня никто не обнаружил? Например, охрана тематического парка?
Хотя майский день был солнечным, моя школьная форма никак не сохла. Я чувствовал себя страшно одиноко, а голова трещала от вопросов, которые некому было задать. А может, от того, что я трснулся лбом о землю.
За мной гнались, в меня швыряли камнями без всякой причины, и никто не шел на помощь...
Как вдруг раздался громкий властный голос, прокричавший какую-то команду. Я остановился и поднял голову с чувством благодарности – этот мужик явно скомандовал прекратить обстрел. Камни больше не летели в меня.
- К-к… - промямлил я, вытаращив глаза на всадника, чей голос остановил поселян. Вообще-то я хотел сказать «Кто вы?», но язык почему-то заплетался.
Одежда у него покроем не очень отличалась от прикида этих поселян, но была сшита из роскошной ткани, один слой – сверкающая парча, другой – тонкий газ. Мужик, затянутый в эту суперскую одежку, сошел с коня и в два шага приблизился ко мне.
Ох и квадрат! Такому только в американский футбол играть! Я бы, растопырив руки, не мог коснуться его плечей. Волосы, правда, подгуляли – хоть и золотые, но уже редеют. И голубые глаза слегка косят влево. Зато нос – что называется, римский, на подбородке – ямка, словом – шикарный мачо белой расы. Как раз такой экземпляр, с какими обожают фотографироваться японские девочки, балдеющие от иностранцев – а зрелые тетки пихают им деньги в трусы. Недостатком можно было бы назвать разве что крупные треугольные ноздри.
Про себя я назвал этого дядьку Дэнвером Бронкосом . Что-то мне показалось, что он для этой команды больше всего подошел бы.
Он что-то сказал этим поселянам, и они опустились перед ним на колени.
- Э-э-э, большое спасибо, что угомонили их, - сказал я.
Мужик молча развернулся ко мне, и своими лапищами стиснул мою голову.
Блин, подумал я, как бы он сейчас не послал ее в долгий пас на 90 ярдов. Мне такой тачдаун нафиг не нужен.
Но он только соединил пальцы у меня на макушке и несклько секунд не двигался.
- Ы-ы-ы… - тихонечко вякнул я, когда вдруг стало больно. Но не от его рук, а как-то изнутри. Я решил поначалу, что это запоздалый шок.
Вместе с болью так же запоздало пришел страх, и он был сильней.
Как только этот дядька убрал свои ладони, в уши мне прямо-таки хлынули звуки. Как будто воду лили через уши прямо в мозг. Шум ветра, шелест деревьев, голоса животных, плач младенца где-то поблизости, людская речь – все это вдруг сделалось очень четким, а люди разом заговорили по-японски. Ух ты! А еще пять минут назад ни слова не понимали. Вот было бы здорово, если бы все туристы так могли – раз, и научиться!
А ведь делали вид, что не понимают. Вредные люди все-таки.
Супермачо улыбнулся во весь рот.
- Ну как? теперь понимаешь нашу речь?
- Ой, вы очень хорошо говорите, чисто и без напряжения – прямо даже не скажешь, что вы иностранец, до того свободно получается! Акцента совсем не слышно.
- Спасибо. Опиши-ка мне свое положение.
- Ну я, это, попал сам не знаю, куда, который час – тоже не знаю, часы с собой не взял, мобильник забрали… Так что – это – спасибо – вам – большое, и – извините, - я старался говорить почетче, иностранец все-таки, - но – не – могли – бы – вы – объяснить, где – это – я?
- Что? – Дэнвер Бронкос, уперев руки в боки, посмотрел на меня сверху вниз. – Мало того, что на нового короля демонов и смотреть неловко, так он еще и глуповат?
Глуповат?
- Вы лучше выбирайте выражения. Все-таки вы меня видите в первый раз, а я, между прочим, ранимый подросток!
И я гордо вскинул голову. Дурацкая привычка, знаю.
И, чисто так, между нами - со времен младшей школы я показывал нехилые способности в логике и математике. Когда показывают викторину, я успеваю дать ответ раньше, чем замигает красная лампочка! А на уроках музыки я с первых тактов узнавал Турецкий Марш, еще в четвертом классе! Учительница музыки была в меня просто влюблена за это.
- И, совсем уж начистоту – в центральной высшей школе префектуры , где я учусь, середнячков не держат. Но даже там мне все завидуют – а ведь я всего полгода как вернулся из Бостона! Словом, никто и никогда меня не называл дураком – и тут здрасьте вам, глуповат!
На самом деле, имея отца – банковскую элиту, и братца-Хитоцубаси , я вовсе не чувствовал себя выдающимся интеллектуалом – так, на уровне средней температуры по палате. Но не мог же я уронить честь семьи! Особенно перед всякой деревенщиной.
- Похоже, что ты и вправду сын Фелиции...
- Фели… кого? Это какая-то местная аристократка? – мне кажется, я опять растерял все слова. Языковой барьер приобретал глобальные размеры.
Блин, ну не можетже персонал тематического парка так вот просто обзывать клиентов дураками. В индустрии обслуживания гость – это бог! Так мне, по крайней мере, рассказывали про японский персонал.
Тут кто-то из этих косплейных поселян заорал дурным голосом:
- Он демон!
- Уберите детей, пока он их не сглазил!
- Да поздно уже, теперь всю деревню придется спалить, как Кентенау двадцать лет назад…
- Брось, он совсем молод и не вооружен – так что, может, и пронесет… Глаза и волосы у него совсем черные, такая редкая пташка сама в руки прилетела! Они не стареют и не умирают – за таких рабов на западе дают хорошие деньги.
- Да, и я тоже слышал, что за одну маленькю птичку можно выручить кругленькую сумму…
- Он же демон! Даром, что невооружен – как колданет!
- Ну и что? С нами сам господин Адальберт, нешто он не поможет? Господин Адальберт, силой божьей сдержите-ка этого демона, пока он нам вреда не наделал!
О чем это они? Хотя я и понимал теперь их речь, но смысл ее доходил до меня туго.
Кто-то, я не успел заметить, кто, ударил меня в левый висок, и я почти потерял сознание. Погодите! Вы чего? Зачем бить? Я что, выгляжу таким страшным? Эй, у меня есть право защищать свои человеческие права! И право на убежище! И на допустимую самооборону!
Только без паники!
Вот блин. У этих поселян сделались такие лица, словно они сейчас будут драться не на жизнь, а насмерть. А этот мужик, Адельберт, и пальцем не думает шевелить. А ведь таскает зачем-то здоровый меч, весь из себя грозный такой!
- Эй, вы, успокойтесь, - процедил он сквозь зубы. – Может быть, стоит тебе кое-что объяснить…
И тут откуда-то послышался ритмичный стук. Он быстро приближался, и вся публика повернулась в ту сторону.
Я вдруг понял, что это стук копыт. Несколько лошадей неслись во весь опор, и земля слегка подрагивала в такт их бегу. Такой мощный звук!
- Ю-ри! – крикнул мне всадник, летящий впереди всех.
Опа. Принц на белом коне, мчится меня спасать…
- Ка… - промямлил я. При виде такого зрелища можно ограничиться только одним "ка" и не проговаривать "кого хрена". Все и так поймут.
И хотя из троих всадников ни один не скакал на белой лошади, в моем положении харчами перебирать не приходилось.
А над ними…
За пятнадцать лет и девять месяцев своей жизни я и в натуре не видел, и вообразить не мог такого. В синем небе порхал скелет, так, как бцудто скелеты только и делают, что летают – коричневатый от старости, словно из бамбука свинченный, а крылья – как промасленная бумага: хлоп-хлоп-хлоп!
Может, в нашем мире скелеты не летают потому что никто не догадывается приделывать к ним крылья? Если его сделали, то сделали офигительно. На чем он держится? На рояльных струнах подвешен? Или у него независимый источник питания и пропеллер? Что-то не видно ни того, ни другого… Ну и сооружение!
- Адальберт, убирайся! – скачуший во главе всадник сдвинул черные брови. Конь под ним был гнедой, а из ножен он выхватил меч, и его спутники – тоже. Выглядел он… ну как будто из Японской Конноспортивной Ассоциации. И, похоже, вся эта гоп-компания хорошо его знала. Этот молодой парень выглядел и говорил как прирожденный лидер, лицо и голос серьезные такие, двое других явно были его подчиненными.
- Не причинять вреда простолюдинам! Это не солдаты, помните!
- Так точно, ваша милость!
Примечания
Дэнвер Бронкос - профессиональная футбольная команда из штата Колорадо
Хитоцубаси - престижнейший университет Японии, если говорить о социальных и экономических науках.
no subject
no subject
Как манны небесной, жду появления Гюнтера. *.*