![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Невротическая религиозность-4
Тут где-то пробегал текст про НАДОвцев. Очень это трогательно совпало с прочтением мной 3-й главы "Невроза и личностного роста" К. Хорни, которая так и называется - "ТИРАНИЯ "НАДО"".
Теперь мы обсудим тот аспект самоидеализации (кратко упомянутый в первой главе), в котором фокусом является его внутренний мир. В противоположность Пигмалиону, который пытался в свое, соответствующее его канонам красоты, творение превратить другого, невротик берется за работу по переплавке в высшее существо самого себя. Он ставит свою душу перед своим же образом совершенства и бессознательно говорит себе: "Забудь о том никудышном существе, которым ты являешься; вот каким тебе Надо быть, и быть таким идеальным – вот все, что имеет значение. Ты должен быть в состоянии вытерпеть все, понять все, нравиться всем, быть всегда продуктивным". Это лишь немногие из внутренних предписаний. Они безжалостны и непреклонны, и я назову их "тиранией Надо".
(...)
Ему Надо быть пределом честности, щедрости, внимательности, справедливости, достоинства, храбрости, заботливости. Ему Надо быть совершенным любовником, мужем, учителем. Он Должен вынести все, угодить всем, любить своих родителей, жену и страну; или же, напротив, ему Нельзя привязываться ни к чему и ни к кому, ничто Не Должно иметь для него значения, он Не Должен чувствовать обиду, а Должен быть всегда спокойным и умиротворенным. Он Должен всегда получать наслаждение от жизни, или же, он Должен быть выше забав и развлечений. Он Должен быть непосредственным, он Должен всегда сдерживать свои чувства. Ему Надо знать, понимать и предвидеть все. Он Обязан не сходя с места разрешить любую проблему, свою или чужую. Он Должен преодолеть любые трудности, как только они появятся. Ему Нельзя уставать или болеть. Он всегда Должен суметь устроится на работу. Все, что можно сделать не меньше, чем за два-три часа, он Должен делать за час.
"Надо" играет большую роль и в невротической религиозности. Речь тут не идет о таких вещах, как, скажем, исполнение церковных заповедей. Тирания НАДО в духовной жизни невротика простирается гораздо дальше и сопряжена с такой же нереальностью ожиданий и требований, как и в отношених с внешним миром. Невротик находится во власти НАДО, которые зачастую противоречат друг другу - например, он обязывает себя заниматься и созерцательной молитвой, и благотворительностью столько времени, что в 24-часовые сутки это просто не может уместиться. Или включает в свои НАДО эмоции и отношения, над которыми просто не властен. Одно из самых убийственных НАДО в этом смысле - необходимость любить Бога и ближнего. Предоставляю слово опять К. Хорни, у нее есть вполне живой пример такого невротического отношения к любви:
У меня была пациентка, для которой фигура епископа Мириеля (Гюго, "Отверженные") стала важным символом. Она считала, что должна походить на него. Но у нее не было ни одной установки или качества, которые давали епископу силу вести себя с преступником так, как это описано в романе. Она могла иногда заниматься благотворительностью, поскольку считала, что ей Надо быть сострадательной, но она не испытывала сострадания. На самом деле она не испытывала особо теплых чувств ни к кому. Она вечно боялась, как бы кто-нибудь не извлек из нее выгоду. Всякий раз, когда она не могла найти свою вещь, она думала, что ее украли. Хотя она и не отдавала себе в том отчета, но невроз сделал ее эгоцентричной, сосредоточенной на собственной выгоде, что прикрывалось компульсивными смирением и добротой. Хотелось ли ей в тот период видеть в себе такое и работать над этим? Конечно нет. И здесь тоже в ход шли слепые приказы, которые могли привести только к самообману или к несправедливой самокритике.
Ситуация осложняется, если отягощенный неврозом верующий нарывается на невротичного пастыря и находит в его лице человека, который за него формулирует невротические завышенные требования. Всем нам знакомый иеромонах с его проповедью самопожертвования в случае внематочной беременности - это готовая свечка для мотыльков, сиречь невротично-религиозных девушек.
Засада с этими требованиями к себе состоит в том, что они очень легко маскируются под реальные заповеди Господни. Если у человека есть компульсивная тяга к уничижению - нужно совсем небольшое усилие в области самообмана, чтобы выдать ее за искреннее покаяние и смирение. Потому что гораздо проще сказать, что ты еси грязь, прах, пес смердящий и свиния в калу, нежели честно подойти к вопросу испытания совести. То же можно сказать и о скрупулезном выполнении обрядовых требований - нужно честно отдать себе отчет в том, не является ли это погружение в "надо" уходом от своих реальных проблем.
Очень хорошую картину невротического "надо" оставил по себе Лютер. Вот что пишет биограф Роланд Бейнтон:
"Он постился - иногда трое суток подряд. Посты утешали его больше, нежели праздники. Великий пост умиротворял Лютера лучше, чем Пасха. Он возлагал на себя бдения и молитвы помимо тех, что были установлены правилами. Он отказался от полагавшихся ему одеял и чуть не простудился насмерть. Временами он гордился своей святостью, говоря: "Сегодня я не сделал ничего дурного". Затем наступали сомнения: "Достаточно ли ты постился? Достаточно ли ты беден?" Он отказался от всего, оставив лишь ту одежду, которая позволяла сохранять благопристойность. Позднее Лютер говорил, что, по его убеждению, подобным аскетизмом он нанес непоправимый ущерб своему пищеварению.
"Я был добрым монахом, соблюдая установления моего ордена так строго, что могу сказать, что коли мог бы монах попасть на небеса через свое монашество, то это был бы я. Вся знавшая меня монастырская братия согласится с этим. Продолжай я и далее подобным образом, я бы изнурил себя бдениями, молитвами, чтением и другой работой".
Но самые суровые ограничения и самодисциплина не приносили внутреннего покоя. Цель борьбы заключалась в том, чтобы преодолеть свои грехи, но никогда у Лютера не возникало ощущения близости к успеху.
(...)
Проблема же заключалась в том, что Бога он удовлетворить не мог никак. Позднее в комментарии к Нагорной проповеди Лютер ярко описал свое разочарование. Говоря о наставлениях Иисуса, он отметил:
"Слово это слишком высокое и тяжелое, чтобы кто-то сумел исполнить его. Это доказывается не просто словом нашего Господа, но также и нашими собственными переживаниями и ощущениями. Возьмите любого добродетельного человека. Он прекрасно ладит с теми, кто не противоречит ему, но, встретив самое незначительное возражение, вспыхнет гневом... если не против друзей, так против врагов. Плоть и кровь не могут подняться над этим".
Мы знаем, куда это привело Лютера - к расколу. Невротическая религиозность, в каких бы благочестивых, на первый взгляд, формах она ни выражалась, в конечном счете уводит от Бога.
Надо сказать, что диктатура "надо" нередко обращается полной апатией. Осознавая невыполнимость требований к себе, невротик не пытается пересмотреть их и редуцировать до какого-то реалистичного уровня - нет, он либо хочет выполнять все скопом, олибо отказывается от всех сразу. "Все или ничего" - его девиз. Антрекот очень любит говорить в таких случаях: "если не 0, то 100". По меткому слову Хорни, различным Надо недостает нравственной серьезности искренних идеалов. Попавшие в их тиски не стремятся, например, стать честнее, а желают достичь абсолютной честности; а до нее – рукой подать, или она уже достигнута в воображении.
Но апатия - это на самом деле лучший из возможных выходов. Есть еще такой дивный вариант как соматические функциональные расстройства - одышка, головокружения, нарушения сна, учащенное сердцебиение, гастриты и поджидающие в конце пути инфаркты и инсульты.
Теперь мы обсудим тот аспект самоидеализации (кратко упомянутый в первой главе), в котором фокусом является его внутренний мир. В противоположность Пигмалиону, который пытался в свое, соответствующее его канонам красоты, творение превратить другого, невротик берется за работу по переплавке в высшее существо самого себя. Он ставит свою душу перед своим же образом совершенства и бессознательно говорит себе: "Забудь о том никудышном существе, которым ты являешься; вот каким тебе Надо быть, и быть таким идеальным – вот все, что имеет значение. Ты должен быть в состоянии вытерпеть все, понять все, нравиться всем, быть всегда продуктивным". Это лишь немногие из внутренних предписаний. Они безжалостны и непреклонны, и я назову их "тиранией Надо".
(...)
Ему Надо быть пределом честности, щедрости, внимательности, справедливости, достоинства, храбрости, заботливости. Ему Надо быть совершенным любовником, мужем, учителем. Он Должен вынести все, угодить всем, любить своих родителей, жену и страну; или же, напротив, ему Нельзя привязываться ни к чему и ни к кому, ничто Не Должно иметь для него значения, он Не Должен чувствовать обиду, а Должен быть всегда спокойным и умиротворенным. Он Должен всегда получать наслаждение от жизни, или же, он Должен быть выше забав и развлечений. Он Должен быть непосредственным, он Должен всегда сдерживать свои чувства. Ему Надо знать, понимать и предвидеть все. Он Обязан не сходя с места разрешить любую проблему, свою или чужую. Он Должен преодолеть любые трудности, как только они появятся. Ему Нельзя уставать или болеть. Он всегда Должен суметь устроится на работу. Все, что можно сделать не меньше, чем за два-три часа, он Должен делать за час.
"Надо" играет большую роль и в невротической религиозности. Речь тут не идет о таких вещах, как, скажем, исполнение церковных заповедей. Тирания НАДО в духовной жизни невротика простирается гораздо дальше и сопряжена с такой же нереальностью ожиданий и требований, как и в отношених с внешним миром. Невротик находится во власти НАДО, которые зачастую противоречат друг другу - например, он обязывает себя заниматься и созерцательной молитвой, и благотворительностью столько времени, что в 24-часовые сутки это просто не может уместиться. Или включает в свои НАДО эмоции и отношения, над которыми просто не властен. Одно из самых убийственных НАДО в этом смысле - необходимость любить Бога и ближнего. Предоставляю слово опять К. Хорни, у нее есть вполне живой пример такого невротического отношения к любви:
У меня была пациентка, для которой фигура епископа Мириеля (Гюго, "Отверженные") стала важным символом. Она считала, что должна походить на него. Но у нее не было ни одной установки или качества, которые давали епископу силу вести себя с преступником так, как это описано в романе. Она могла иногда заниматься благотворительностью, поскольку считала, что ей Надо быть сострадательной, но она не испытывала сострадания. На самом деле она не испытывала особо теплых чувств ни к кому. Она вечно боялась, как бы кто-нибудь не извлек из нее выгоду. Всякий раз, когда она не могла найти свою вещь, она думала, что ее украли. Хотя она и не отдавала себе в том отчета, но невроз сделал ее эгоцентричной, сосредоточенной на собственной выгоде, что прикрывалось компульсивными смирением и добротой. Хотелось ли ей в тот период видеть в себе такое и работать над этим? Конечно нет. И здесь тоже в ход шли слепые приказы, которые могли привести только к самообману или к несправедливой самокритике.
Ситуация осложняется, если отягощенный неврозом верующий нарывается на невротичного пастыря и находит в его лице человека, который за него формулирует невротические завышенные требования. Всем нам знакомый иеромонах с его проповедью самопожертвования в случае внематочной беременности - это готовая свечка для мотыльков, сиречь невротично-религиозных девушек.
Засада с этими требованиями к себе состоит в том, что они очень легко маскируются под реальные заповеди Господни. Если у человека есть компульсивная тяга к уничижению - нужно совсем небольшое усилие в области самообмана, чтобы выдать ее за искреннее покаяние и смирение. Потому что гораздо проще сказать, что ты еси грязь, прах, пес смердящий и свиния в калу, нежели честно подойти к вопросу испытания совести. То же можно сказать и о скрупулезном выполнении обрядовых требований - нужно честно отдать себе отчет в том, не является ли это погружение в "надо" уходом от своих реальных проблем.
Очень хорошую картину невротического "надо" оставил по себе Лютер. Вот что пишет биограф Роланд Бейнтон:
"Он постился - иногда трое суток подряд. Посты утешали его больше, нежели праздники. Великий пост умиротворял Лютера лучше, чем Пасха. Он возлагал на себя бдения и молитвы помимо тех, что были установлены правилами. Он отказался от полагавшихся ему одеял и чуть не простудился насмерть. Временами он гордился своей святостью, говоря: "Сегодня я не сделал ничего дурного". Затем наступали сомнения: "Достаточно ли ты постился? Достаточно ли ты беден?" Он отказался от всего, оставив лишь ту одежду, которая позволяла сохранять благопристойность. Позднее Лютер говорил, что, по его убеждению, подобным аскетизмом он нанес непоправимый ущерб своему пищеварению.
"Я был добрым монахом, соблюдая установления моего ордена так строго, что могу сказать, что коли мог бы монах попасть на небеса через свое монашество, то это был бы я. Вся знавшая меня монастырская братия согласится с этим. Продолжай я и далее подобным образом, я бы изнурил себя бдениями, молитвами, чтением и другой работой".
Но самые суровые ограничения и самодисциплина не приносили внутреннего покоя. Цель борьбы заключалась в том, чтобы преодолеть свои грехи, но никогда у Лютера не возникало ощущения близости к успеху.
(...)
Проблема же заключалась в том, что Бога он удовлетворить не мог никак. Позднее в комментарии к Нагорной проповеди Лютер ярко описал свое разочарование. Говоря о наставлениях Иисуса, он отметил:
"Слово это слишком высокое и тяжелое, чтобы кто-то сумел исполнить его. Это доказывается не просто словом нашего Господа, но также и нашими собственными переживаниями и ощущениями. Возьмите любого добродетельного человека. Он прекрасно ладит с теми, кто не противоречит ему, но, встретив самое незначительное возражение, вспыхнет гневом... если не против друзей, так против врагов. Плоть и кровь не могут подняться над этим".
Мы знаем, куда это привело Лютера - к расколу. Невротическая религиозность, в каких бы благочестивых, на первый взгляд, формах она ни выражалась, в конечном счете уводит от Бога.
Надо сказать, что диктатура "надо" нередко обращается полной апатией. Осознавая невыполнимость требований к себе, невротик не пытается пересмотреть их и редуцировать до какого-то реалистичного уровня - нет, он либо хочет выполнять все скопом, олибо отказывается от всех сразу. "Все или ничего" - его девиз. Антрекот очень любит говорить в таких случаях: "если не 0, то 100". По меткому слову Хорни, различным Надо недостает нравственной серьезности искренних идеалов. Попавшие в их тиски не стремятся, например, стать честнее, а желают достичь абсолютной честности; а до нее – рукой подать, или она уже достигнута в воображении.
Но апатия - это на самом деле лучший из возможных выходов. Есть еще такой дивный вариант как соматические функциональные расстройства - одышка, головокружения, нарушения сна, учащенное сердцебиение, гастриты и поджидающие в конце пути инфаркты и инсульты.
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
?
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
не могу удержаться только от одного возражения - Лютер от Бога не ушёл... (ну протестант я, простите :) )
(no subject)
(no subject)
no subject
еще раз: спасибо за Вашу честность-прямолинейность. это редкое качество и нужное. я бы уже за это был бы рад быть у Вас в друзьях, невзирая на заявленную Вами меркантильность :)
Ваши друзья, если они разбираются в людях, должны ценить в Вас эту прямоту и чистосердечие.
Надо срочно что-то делать!
no subject
no subject
— Помилуйте! Все это так, это и есть синдром длительного унижения, и его тоже нужно лечить!
Вяч. Рыбаков, "Очаг на башне" (~1985). Книга весьма показательна в плане человеческой психологии.
показались связанными две фразы:
"Сегодня я не сделал ничего дурного".
Лютер
"Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь"
- Понятно, кто.
М-да.